«Если бы не осетинцы, мы бы слетели в Терек»

В этот день, 12 января 1855 г., в поселок Садон горной Осетии приехал Карл Эрнст фон БЭР (1792-1876), российский исследователь немецкого происхождения, профессор, один из основоположников эмбриологии и сравнительной анатомии.

Надо сказать, что из Тифлиса до Владикавказа он добирался почти десять дней. Одна из причин была той, что непросто было нанять лошадей, которые использовались в военных нуждах. Через Кавказский хребет двигались огромные массы: на юг перебрасывались рекруты, а на север – многочисленные пленные турки.

Так, на станции Казбек профессор провел несколько ночей при комнатной температуре +4.0°. Ему удалось вырваться и продолжить путь только благодаря помощи осетин. Но теперь препятствием стал гололед.

Пятеро осетин, кроме тормозов, еле сдерживали на ледяном насте повозки с поклажей, значительное место в которой занимали собранные научные экземпляры и образцы, в то время как Бэр с больной ногой шествовал позади.

«Если бы не осетинцы, мы бы слетели в Терек», – написал впоследствии в дневнике ученый.

И все же, донельзя выбившись из сил, он добрался до Владикавказа.

«В гостинице, в двух отведенных усталому Бэру комнатах, стояли комод, три этажерки, стенное зеркало, изрезанное сверху донизу надписями, элегантные стулья и твердый диван. Не полагалось только кровати», – не без юмора отмечал биограф ученого Михаил Соловьев.

На Садонском руднике Бэр своими глазами увидел, как производились сортировка и измельчение руды при помощи машины, приводимой в движение водой р. Садон.

Руда для дальнейшей обработки отвозилась на Алагирский свинцово-серебряный завод. Туда и последовал гость.

«Я нашел постройки завода, – зафиксировал Бэр в дневнике, – совсем не столь великолепными, как их описывает в пышных фразах Соллогуб (граф, писатель). Мазанки рабочих малы, построены на скорую руку, дома офицеров несколько лучше, зато начатый строительством дом директора хочет стать, по-видимому, излишне великолепным. Роскошна и церковь, и уже совершенно излишне обременительна для казны разбивка обширного директорского сада вокруг его будущего дома – дворца».

В тот же день Бэр посетил бедный осетинский аул около Алагира. Подробно осмотрев его, он описал в своем дневнике общий его вид, осетинские сакли, наружность и образ жизни обитателей, род их занятий.

«С большим интересом прислушиваясь к древнему языку, Бэр с грустью вспоминал своего большого приятеля академика Шегрена, которого недавно похоронил. От этого знаменитого филолога и лингвиста осетины всего только 20 лет тому назад получили впервые свою азбуку», – написал М.Соловьев.