«Аплодировали даже настройщику, вышедшему на сцену для поправки рояля»
140 лет назад, в ноябре 1886 года, Владикавказ стал музыкальным: за одну неделю в городе прошло три концерта.
«Должно быть, это непривычное обилие музыки несколько утомило нашу прихотливую публику, так как на последний концерт гг. Вурма и Климова в городском театре ее собралось, к сожалению, немного, и театр был почти наполовину пуст», – констатировал обозреватель «Терских ведомостей».
И упрекнул в этом и организаторов, потому что афиши были расклеены по городу только в самый день концерта. А тот, между тем, был вполне блестящим и доставил истинным любителям музыки высокое эстетическое наслаждение.
Что неудивительно, ведь выступали воспитанник Лейпцигской и Санкт-Петербургской консерваторий, ставший уже профессором и выдающимся пианистом Дмитрий Дмитриевич КЛИМОВ (1850-1917), а также виртуоз-исполнитель на корнет-а-пистоне, главный капельмейстер войск российской императорской гвардии Вильгельм Васильевич ВУРМ (1826-1904). Причем, для них это был второй за несколько дней концерт во Владикавказе.
Рецензент в своем отчете воспроизводит типичную для того времени картину посещения театра:
«Климов в начале концерта был, как будто, не в духе и не расположен играть, так как публика наша, по обыкновению, с шумом хлынула из коридоров в зал, когда артист уже сидел за роялем и, взяв несколько аккордов, должен был выжидать, когда все усядутся и угомонятся. Все это конечно не могло не отразиться на исполнении первых пьес программы (Бетховена и Шопена)».
При этом автор «Терских ведомостей» развил тему, приведя дополнительные подробности:
«Заметим кстати, что галерка была наполнена такою публикой, которая едва ли умеет отличать концерты от представлений в цирке; во время исполнения программы там часто слышался громкий говор, пьесы прерывались не вовремя неуместными криками „браво“ и „bis“, и, наконец, там аплодировали даже настройщику, вышедшему на сцену для поправки рояля».
Печальная констатация, которая все-таки не помешала известным гастролерам проявить свои лучшие качества.
«Климов постепенно начал воодушевляться и последнюю часть программы (симфонические этюды Шумана и три пьесы Листа) сыграл с таким же воодушевлением, блеском и красотою, какими отличался его 1-й концерт. На „bis“ он сыграл еще 3-ю Баркароллу Рубинштейна – с тем же блестящим успехом».
В.В. Вурм исполнил свою часть программы с привычным мастерством. И выдал даже больше, чем в 1-м концерте, исполнив еще три пьесы сверх программы
«Его певучий, чарующий cornet-a-piston, как и всегда, приводил слушателей в полный восторг и вызывал дружные и шумные аплодисменты», – писала газета.
И конечно, въедливый, но честный рецензент не мог не рассказать читателям о досадном диссонансе на сцене:
«Кроме гг. Вурма и Климова, в концерте участвовала еще певица-сопрано, г-жа Шмидт. Для исполнения ею были выбраны прекрасные вещи: „Скиталец“ Шуберта и „Дуэтъ“ (вместе с г. Вурмом) Мендельсона; но голос певицы уже далеко не свеж, так что ей многое пришлось не петь, а выкрикивать»…




