Россия сменила политику по Абхазии и Южной Осетии: итоги и тенденции

Ушедший 2025 год был связан с перезапуском российской политики в отношении Абхазии и Южной Осетии. Во-первых, сменилась команда, отвечающая за их кураторство. Были упразднены управления администрации президента РФ по межрегиональным и культурным связям с зарубежными странами и по приграничному сотрудничеству, а их функции переданы новому управлению по стратегическому партнёрству и сотрудничеству. Во-вторых, изменился сам формат работы.

В 2025 году Россия начала выстраивать в Абхазии и Южной Осетии ту же модель социальной архитектуры, которую администрация президента РФ последние годы внедряет внутри нашей страны (через запуск социально-значимых проектов и формирование «образа будущего»). Фактически эта управленческая логика впервые системно переносится на иностранное государство, но с поправкой на то, что значительная часть граждан этих республик имеют российский паспорт. Задача этой политики — интегрировать абхазов и осетин в российские институциональные и культурные рамки, в том числе через кадровые проекты (такие как «Команда Абхазии») и систему российских грантов.

АКТУАЛИЗАЦИЯ ТЕМЫ ЛОГИСТИЧЕСКИХ МАРШРУТОВ

После разрыва прежних торговых цепочек в 2022 году Южный Кавказ стал ареной конкуренции за новые транзитные маршруты между Европой и Азией (например, такие проекты как Средний коридор, TRIPP и др.). Для России ключевым проектом остаётся МТК «Север — Юг», однако на фоне охлаждения российско-азербайджанских отношений функционирование его западной ветки стало менее устойчивым. В этом контексте роль Абхазии и Южной Осетии как опорных точек России на Южном Кавказе заметно возрастает.

Для Абхазии ключевыми инфраструктурными событиями ушедшего года стали запуск международного аэропорта им. Владислава Ардзинба и открытие железнодорожного сообщения «Ласточка» по маршруту «Сочи — Сухум». Сочетание железнодорожного, автомобильного и морского сообщения дает Абхазии возможность стать значимым логистическим хабом на южном направлении.

В Южной Осетии в рамках I Международного экономического форума в Цхинвале было начато обсуждение строительства железной дороги «Алагир — Цхинвал», которая должна связать Северную и Южную Осетию с выходом на грузинскую ветку «Цхинвал — Гори». При этом запуск транзита остаётся политическим вопросом, зависящим от Грузии. На фоне открытия горнолыжного курорта «Мамисон» и обсуждения строительства в Северной Осетии транспортно-логистического хаба Wildberries в публичное поле вновь вернулась тема Военно-Осетинской дороги. Это актуализировало вопрос использования Мамисонского ущелья для логистической связи между Северной и Южной Осетией. Эта дорога существовала еще до открытия Транскавказской магистрали и имеет важное значение, в том числе в условиях военных действий.

ГУМАНИТАРНЫЙ ТРЕК

В 2025 году Россия перезапустила свою «мягкую силу» в Абхазии и Южной Осетии. Во многом это было сделано для интеграции абхазской и осетинской молодёжи в российское культурное и образовательное пространство через институты социальной архитектуры — такие как «Россия — страна возможностей», «Росмолодёжь», «Команда Абхазии» (по примеру «Лидеров России») и другие. В Абхазии были открыты общество «Знание» и представительство дирекции Всемирного фестиваля молодёжи, тогда как в Южной Осетии эти структуры пока только планируется создать.

Отдельным направлением стала активизация российских грантовых программ. В Абхазии прошли крупные конкурсы — «Созидатели Абхазии» (115 млн руб. для 32 проектов) и «Гостеприимная Абхазия» (в первом этапе участвовали 1 033 гражданина РА). В Южной Осетии грантовая повестка пока выглядит скромнее. В республике прошёл семинар Президентского фонда культурных инициатив по подготовке заявок, по итогам которого финансирование получил один проект (ещё два планируется поддержать).

При этом для подготовки профильных медиакадров в Абхазии был запущен собственный проект «Новые медиа Абхазии» (по аналогии с российской «Мастерской новых медиа»). Параллельно стартовал кадровый конкурс «Команда Абхазии», обозначивший начало перехода к внеклановой кадровой политике и системной подготовке управленческих кадров.

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА АБХАЗИИ И ЮЖНОЙ ОСЕТИИ

В вопросе международно-правового статуса подходы Абхазии и Южной Осетии расходятся. Абхазия продолжает линию на расширение международного признания, что отражается в работе МИД Абхазии. За прошедший год министр иностранных дел Абхазии Олег Барциц дважды посетил Сирию, провёл переговоры в Никарагуа и осуществил серию визитов в Россию. Кроме того, Барциц возглавил делегацию Абхазии на Женевских дискуссиях.

Южная Осетия, напротив, сохраняет курс на интеграцию с Россией, который для республики во многом связан с идеей воссоединения с Северной Осетией. В конце 2025 года в российском публичном пространстве началось обсуждение идеи создания Союзного государства России и Южной Осетии (на площадке Государственной думы РФ). В 2026 году эта инициатива, как ожидается, будет прорабатываться в правовом ключе.

ЧТО ЖДАТЬ В 2026 ГОДУ

Следующий год для обеих республик станет периодом входа в избирательный цикл, поскольку весной 2027 года в Южной Осетии пройдут президентские выборы, а в Абхазии — парламентские.

Для общества Южной Осетии президентские выборы имеют особое значение. В республике действует президентская форма правления, и выборы главы государства определяют весь вектор развития республики на следующие пять лет. На данный момент можно выделить двух кандидатов — действующего президента Алана Гаглоева и председателя партии «Единая Осетия» Ацамаза Бибилова. В 2026 году станет понятно, кто ещё будет выдвигаться, при этом уже с конца зимы — начала весны избирательная кампания начнется негласно.

В Абхазии, в свою очередь, 2026 год будет во многом посвящён подготовке к парламентским выборам 2027 года, которые станут тестом для действующего президента Бадры Гунба. Первой проверкой для его команды были муниципальные выборы 2025 года, позволившие замерить настроения в округах и протестировать политическое поле в преддверии выборов в Народное собрание РА. Поскольку в республике действует мажоритарная избирательная система, важным фактором для переизбрания депутатов остаются личный рейтинг кандидатов в конкретных округах и их работа с местными избирателями.

Что касается российской политики, то в 2026 году можно ожидать её усиления, прежде всего по гуманитарному направлению. В частности, в Южной Осетии вероятно расширение грантовых программ и других форм поддержки. При этом активизация гуманитарного трека должна быть сопряжена с реальным ростом уровня жизни в этих республиках до показателей СКФО.

Кристина ПУРЕН, младший научный сотрудник
ИРИП ВАВТ Минэкономразвития РФ

EADaily, 2 января 2026 г.