Осетия Квайса



Буян – легенда советского кино…

Недавно телеканал «Культура» пригласил телезрителей к просмотру цикла «Советский вестерн». Открыл цикл кинофильм «Смелые люди»… И мне вспомнились далекие 50-е годы прошлого столетия.

В послевоенные 1940-е в просторный, украшенный мраморными колоннами и скульптурами вождей клуб Бесланского маисового комбината (подобных роскошных залов для демонстрации кинофильмов и проведения концертов и спектаклей не было тогда даже в столице республики, городе Орджоникидзе!) на киносеансы вдруг буквально повалил народ – и стало трудно с билетами. А контролеру тете Зине уже не надо было строго предупреждать перед очередным сеансом зрителей-мальчишек, чтобы они не курили и не разговаривали громко в зале во время просмотра кино.

Теперь даже самая отпетая босотва поселка сидела в креслах, боясь шелохнуться – и пропустить уже самые первые кадры, сообщавшие, что такой-то фильм взят в качестве трофея по репарациям в Германии. «Неофициальная информация» уверяла: эти фильмы обнаружили в рейхсканцелярии самого фюрера. Оказывается, Гитлер, душегуб и преступник, каких не видывал свет, являлся страстным поклонником американского и английского кино – и устраивал для себя его просмотры, даже когда советская армия уже вошла в Берлин!

Как ни узок был мальчишеский кругозор, но мы часто задавались тогда про себя вопросом: почему советская власть разрешила напечатать сотни копий этих фильмов и заполонить ими все кинотеатры страны? Ведь эти заграничные картины «крупным планом» показывали зрителю чужой, непонятный капиталистический мир, мир совсем иной идеологии – с причудами миллионеров, с проказами их чад. На одетых в телогрейки, мешковатые брюки и застиранные до дыр кофточки и рубашки советских женщин и мужчин с экрана смотрели красавицы в атласных декольтированных платьях и ослепительные красавцы в смокингах. Особый ребячий восторг вызывали вечные борцы за справедливость – ладные, метко стреляющие ковбои…

А в это же самое время комбинатовскому бухгалтеру по фамилии Бариков «впаяли» четыре года только за то, что он посоветовал поселковой медсестре Эльзе, семья которой эмигрировала еще до войны в СССР в числе других семей немецких коммунистов, вернуться на родину, в освобожденную от фашистов Австрию! Правда, никаких, как их нынче показывают в кино, обысков с разбрасыванием вещей в его доме не было. Приехали два вежливых офицера в фуражках с малиновыми околышами, покопались в ящиках письменного стола – и отвезли «антисоветчика» куда надо. А вечером пошли смотреть в клуб кино про красивую заграничную жизнь.

Какое впечатление эти трофейные фильмы, один занимательней другого, производили на взрослых и особенно на мальчишек, можно понять хотя бы по тому, что я до сих пор помню их названия и содержание. «Джордж из Динки-джаза», «Сестра его дворецкого», «Королевские пираты», впервые показанный отечественному зрителю многосерийный кинофильм «Индийская гробница»…

Заканчивался «мелодраматический» цикл – и его на экране клуба сменял «Тарзан», а весь поселок превращался в скопище «балаганов» из веток тополей, между которыми на веревках с дикими криками, имитирующими крик лесного человека, качались комбинатовские пацаны. Потом в клубе начали крутить еще более популярный ковбойский цикл – и цыгане из табора, остановившегося у Терека, приходили жаловаться поселковому участковому Бтемирову на мальчишек, угоняющих у них лошадей для скачек по улицам.

Но киноэпоха пиратов и ковбоев однажды внезапно закончилась. Как утверждали – после того, как лично И.В.Сталин в беседе с высоким кинематографическим начальством высказал пожелание: а почему бы не снять наш, советский «вестерн», не уступающий вестернам американским? И в 1950 году на экраны СССР вышел цветной художественный фильм «Смелые люди».

Незатейливое, на первый взгляд, повествование о конном заводе, выращивающем элитных лошадей, и о приключениях героев картины в период фашистской оккупации (картину, кстати, снимали на Кисловодском конезаводе № 68 и пятигорском ипподроме «Скачки») за очень короткое время завоевало экраны страны. Оказалось, что метко стрелять и бешено скакать верхом могли и простые советские труженики! Пираты Эрола Флинна, красавица Зита – супруга магараджи Эшпура, Тарзан с обезьяной Читой и ковбои прерий были окончательно забыты. Теперь все комбинатовские мальчишки играли в советского наездника, чемпиона скачек, совершавшего чудеса в немецком тылу – Васю Говорухина в исполнении актера Сергея Гурзо.

В послевоенные годы «Смелые люди» стали чемпионом отечественного проката, обогнав по сборам все советские и иностранные картины, а в 1951 году были отмечены самой высокой в то время творческой наградой в стране. За создание этого «советского киновестерна» Сталинскую премию второй степени получили авторы его сценария Н.Эрдман и М.Вольпин, оператор И.Гелейн, режиссер К.Юдин, актеры Сергей Гурзо, Алексей Грибов…

Фильм настолько понравился вождю, что он принял беспрецедентное решение наградить премией своего имени даже бывшего «антисоветчика» Николая Эрдмана – драматурга, сосланного в «места не столь отдаленные» за частушки, высмеивающие кремлевских властителей. И это – при том, что все как будто забыли: ведь именно Эрдман участвовал и в создании сценариев любимых комедий вождя – «Веселых ребят», «Волги-Волги»… О нем даже единой строчкой не вспоминали в советских энциклопедических изданиях. Но на этот раз всем стало ясно: «Смелые люди» очень понравились вождю!

Не знаю, понимали ли «хозяин страны» и комитет по Сталинским премиям, что подлинные герои, которым обязан был своим успехом этот фильм, остались как-то в тени. А были это осетинские наездники из труппы Али-Бека Кантемирова – главным образом, Хасанбек Кантемиров и совсем тогда молодой джигит Ирбек Кантемиров. Каскадерская работа в фильме – блистательная: бешеные скачки, подсечки, падения через голову лошадей… Собственно говоря, самая волнующая сцена картины – это когда раненого Васю Говорухина спасает конь Буян – любимец цирковой труппы Кантемировых, жеребец арабской породы, некогда взятый Кантемировыми на Бесланском конезаводе.

К сожалению, в то время не нашлось в стране человека, который бы громко, во всеуслышание заявил, что именно «на Васю» (а Сергея Гурзо как каскадер дублировал Ирбек, исполняя за него в кадре все кинотрюки) и на его друга-коня и ходили, в основном, поклонники этого фильма. Снова и снова с волнением наблюдая, как Вася (то есть Ирбек) прыгает со спины Буяна на крышу вагона товарного состава, мчащегося на полной скорости…

Сначала этого коня «окрестили» Атласом, но тренер конезавода, по фильму, предложил, согласно традиции, составить имя жеребенка из первых букв родителей: Бунчака и Ясной. Так и появился Буян – легенда советского кино и цирка! На протяжении многих лет, когда легендарный жеребец выходил на цирковую арену, зрители вставали – и долго аплодировали необычному киногерою.

В начале 1960-х вся Москва восторженно обсуждала эффектное событие в театральном мире, когда на праздновании 60-летия народного артиста СССР Михаила Яншина его очень необычно «поздравил» с этой юбилейной датой знаменитый Буян. По свистку Ирбека Кантемирова конь грациозно взошел по лестнице на пятый этаж. Подойдя к юбиляру, склонил голову – и присел с поклоном на передние ноги. Для Яншина, завзятого лошадника, никогда не пропускавшего забегов на московском ипподроме, это, как он признался, явилось самым дорогим подарком!

…В те же 1960-е годы, когда в столицу республики приезжал с гастролями Московский цирк, огромный шатер-шапито разбивали в сквере нынешней гостиницы «Владикавказ» – или рядом с озером Детского парка. Сюда вечерами собирался весь Орджоникидзе в надежде перекупить лишний билетик, а из районов Северной Осетии приезжали грузовые машины со зрителями. Здесь мне, в то время молодому корреспонденту, и довелось общаться со старшим сыном главы кантемировской династии – Хасанбеком, с Дзерассой Тугановой и ее первым супругом Валерием Денисовым, сыгравшим в «Гусарской балладе» Эльдара Рязанова роль Дениса Давыдова. Ирбека Кантемирова я видел лишь во время выступлений – и когда он выходил на арену с Буяном, трибуны ходили ходуном от восторга…

Но многое о прославленном джигите Ирбеке и его Буяне рассказывал мне даргавсский парень Володя Сасиев, друживший с Кантемировыми. Особенно запомнился мне его рассказ о том, как прославленный основатель цирковой династии Али-Бек Тузарович Кантемиров вместе с сыновьями Хасанбеком, Ирбеком и Мухтарбеком решил отметить свой 90-летний юбилей в 1972 году на родине предков, в Горном Даргавсе. Вместе с Кантемировыми в горы приехал весь Московский цирк, гастролировавший в то время в столице республики. И разве можно было обойтись во время такого события без Буяна?

Его привез в Даргавс на грузовой автомашине житель селения Джимара Герман Варзиев. Видно, от тяжелой дороги и высоты, из ноздрей старого уже коня пошла кровь. Ирбек обтер ему ноздри носовым платком, обмыл водой и прошептал что-то на ухо. Потом они направились к зеленому лугу на школьном дворе, вокруг которого собрались все жители Даргавса и окрестных селений.

Когда пришла очередь Ирбека выступать, ведущий концерта – драматург Давид Темиряев – торжественно объявил: «Кадры из кинофильма «Смелые люди»! В роли Васи Говорухина – пятикратный чемпион СССР по конному спорту, почетный член клуба мексиканских наездников «Чаррос», обладатель «Золотой шпоры» Ирбек Кантемиров – и его верный Буян!..» Раздался звук выстрела. Ирбек еще даже не успел притвориться раненым, как Буян подскочил к нему, расчистил копытами землю от камней и плавно «приземлился» рядом. Подождал, пока «раненый» взберется ему на спину, осторожно приподнялся и направился к школьным воротам, в которые изящно постучал правой передней ногой… И под неистовые аплодисменты зрителей Ирбек обнял коня за шею…

Впоследствии, приезжая на родину, Ирбек обязательно посещал своего друга, доживавшего век на Бесланском конезаводе, куда устроили его Кантемировы, оплачивая его содержание. И каждый раз, когда Буян слышал шаги и голос подходившего к конюшне Ирбека, то словно вспоминал свою молодость: радостно ржал и «целовал» друга в лицо. А чувствуя расставание, клал голову на плечо Ирбеку – и из его больших умных глаз катились слезы… При этом печальный наездник говорил своим спутникам: «Такого коня у меня больше никогда не будет, он понимает меня, как человек!» Друг Ирбека, директор Цирка на Цветном бульваре Юрий Никулин, предлагал: после ухода Буяна из жизни – сделать из него чучело для циркового музея. Но Ирбек категорически отказался…

Известный историк осетинского спорта Сергей Гагиев в своих книгах поведал и о других прославленных скакунах – Бунчуке, Ландыше, Султане, Винтере, – верхом на которых осетинские джигиты исполняли трюки в прославленных советских кинофильмах. И все же таких почестей и внимания в советском кино, как Буян, не удостоился ни один цирковой конь в мире!

Генрий КУСОВ, краевед
«Северная Осетия», 06.04.2015



 
загрузка...
 
Loading...