Осетия Квайса



Корифей науки, первооткрыватель Осетии

// Сегодня исполняется 160 лет со дня рождения Всеволода МИЛЛЕРА 

Этот портрет украшает зал заседаний Северо-Осетинского научно-исследовательского института гуманитарных и социальных исследований. И когда здесь проходят симпозиумы или научные конференции, Всеволод Миллер как будто бы наблюдает за происходящим. Наблюдает с присущей ему взыскательностью и обстоятельностью, взирая на тех, кто продолжает дело многих лет его жизни.

Всеволод Федорович МИЛЛЕР (19.04.1848 – 18.11.1913) – выдающийся языковед, востоковед-санскритолог, фольклорист, этнограф и археолог, автор около 200 научных работ, крупный знаток и исследователь кавказского фольклора. Член-корреспондент Академии наук России по отделению русского языка и словесности с 5 декабря 1898 г., ординарный академик по отделению русского языка и словесности с 5 февраля 1911 г.

Но для нас главным является то, что В.Ф.Миллер с наибольшей полнотой открыл всему миру осетин как народ с древней и богатой историей. И до него об Осетии и осетинах путешественниками и исследователями было написано немало. Но именно благодаря изысканиям Миллера, его безупречной с научной точки зрения аргументации было детально приоткрыто прошлое осетинского народа. Бессмертный труд Всеволода Миллера – «Осетинские этюды» (1881-1887) – фундаментальная работа по фольклору, языку, происхождению, древней средневековой истории алан-осетин.

«Осетинский народ ещё при жизни готов ставить ему памятник, так как он всего более содействовал пробуждению его самосознания», – писал современник В. Миллера профессор М.Ковалевский.

Заинтересовавшись историей и культурой народов Кавказа, в частности осетин, В.Ф. Миллер совершил пять поездок в Осетию (1879, 1880, 1881, 1883, 1886 гг.). Во всех осетинских селах В.Ф. Миллер беседовал с людьми на их родном языке, иронским и дигорским диалектами которого он владел совершенно свободно. Результатом поездок явилось издание 2-х томов «Осетинских этюдов». I-я часть «Осетинских этюдов» (Москва, 1881) содержала тексты с русским переводом и примечаниями. В 1882 г. он издал II-ю часть «Осетинских этюдов», содержащую грамматические исследования и главу о религиозных верованиях осетин. Обе части составили диссертацию на степень доктора сравнительного языкознания. В.Ф. Миллер был утвержден в 1882 г. в звании экстраординарного, а в 1886 г. – ординарного профессора Московского университета.

В 1887 г. вышла III-я часть «Осетинских этюдов», содержащая исследование по истории осетин и удостоенная Большой золотой медали Императорского Русского Географического общества.

Выступая в 1881 г. на археологическом съезде в Тифлисе, В.Ф.Миллер в своем докладе на основании скрупулезного анализа огромного фактологического материала впервые определил место осетинского языка в группе иранских языков и указал пути его дальнейшего изучения. Доктор исторических наук Б.Калоев справедливо считал, что в этом его большая заслуга.

Выдающийся французский ученый Жорж Дюмезиль в своей книге «Скифы и нарты» (М., «Наука», 1990) подробно оценил вклад В.Ф.Миллера в осетиноведение.

«…уже полтора века известно, что скифы исчезли не бесследно: их последними потомками являются через алан (*Alwank, как их называют армянские историки) кавказцы-осетины.

Оба диалекта осетинского языка – иронский и несколько более архаичный дигорский – произошли от скифского точно так же, как итальянский и испанский произошли от латинского.

И поистине чудо, что, несмотря ни на какие превратности судьбы, язык удержался в течение стольких столетий – ведь важнейшие перемены начались, по-видимому, в средние века, судя по тому, что другая часть алан, оставшаяся в степях и увлеченная в XIII в. не на юго-восток, а на запад, в нынешнюю Венгрию, еще в XV в., т. е. через восемь или десять столетий после своего отделения, говорила на близком к осетинскому языку (особенно к дигорскому его диалекту) ясском наречии. В силу присущей языку жизнестойкости он, безусловно, мог приспособиться к исчезновению привычных условий: когда под влиянием перемены климата, нового соседства, политических потрясений стерся бы образ слишком далекого прошлого, можно было бы использовать по-прежнему язык предков применительно к настоящему и будущему. Так произошло, например, с албанцами: они тоже спасли свой язык, но созданное на нем устное творчество – уже не более чем одна из областей довольно единообразного «балканского фольклора». Осетины же преуспели вдвойне: они сберегли до наших дней не только язык как форму, несущую некое культурное содержание, но и само это содержание, в котором отразилось состояние скифской цивилизации на последних ступенях ее развития. А главное – живы бесценные, полные архаики эпические сказания, и, хотя в них проникли некоторые более или менее универсальные фольклорные темы, героические образы эпоса по-прежнему свежи и самобытны. Более того: эту устную словесность в той или иной степени восприняли соседние народы, исказив в ней как раз то, что было специфически осетинским, скифским.

Столь парадоксальная ситуация, в которой оказались волею судеб осетины, была впервые отмечена в 1814 г.: ее вероятность признал Генрих фон Клапрот в приложении ко второму тому книги «Reise im Kaukasus und nach Georgien», a затем в 1822 г. доказал в очерке, опубликованном в Париже: «M?moire dans lequel on prouve l’identit? des Osses, peuplade du Caucase, avec les Alains du Moyen ?ge». Однако только в 80-е годы русский ученый высшего класса Всеволод Федорович Миллер, рассмотрел это обстоятельство и с лингвистической, и с этнографической точки зрения, посвятив ему три тома своих «Осетинских этюдов» (1881-1887), а также небольшую статью «Черты старины в сказаниях и быте осетин», опубликованную в «Журнале министерства народного просвещения» в августе 1882 г. (с. 191-207), и, наконец, в 1904 г. в приложении к первому тому «Grundriss der iranischen Philologie» В.Гейгера и Е.Куна «Die Sprache der Osseten» (111 страниц) – настоящую сравнительную грамматику этого наконец-то укрощенного языка. Кроме того, после смерти В.Ф.Миллера остался первый том осетинско-русско-немецкого словаря, дополненного и опубликованного в трех томах А.Фрейманом уже после падения царской империи (в 1927-1934 гг.).

С тех пор осетины и их язык привлекают заслуженное внимание иранистов как в СССР, так и на Западе».

Будучи директором Лазаревского института восточных языков, В.Ф.Миллер долгие годы поддерживал тщательные связи с Осетией. В фондах Северо-Осетинского научно-исследовательского института гуманитарных и социальных исследований хранятся его письма к градоначальнику Владикавказа Гаппо Баеву. В центральных и местных архивах сохранились также фольклорные записи на иронском и дигорском диалектах, произведенные Миллером во время его путешествий по Осетии.

В 1997 г. одна из улиц в историческом центре города на Тереке была названа улицей Всеволода Миллера. Настала пора сделать еще один верный шаг – установить во Владикавказе памятник академику, который внес неоценимый вклад в постижение истории осетинского народа и популяризацию Осетии.

Арина ТЕДЕЕВА



 
загрузка...
 
Loading...