Осетия Квайса



Хаджимурат ГАЦАЛОВ: «Мы должны измениться сами»

О необходимости возвращения к религии, истинной сути глобализации, истоках морали и нравственности, путях возрождения осетинского народа, неприемлемости названия «аланы» и будущем Осетии рассказывает муфтий РСО-Алания Хаджимурат ГАЦАЛОВ.

— Хаджимурат хаджи, события общественно-политической жизни последних лет ясно показывают, что пороки, характерные для глобализированного общества, с которым мы привыкли ассоциировать Запад, добрались и до Осетии. Дети, которых невозможно оторвать от «гаджетов», подростки, для которых нет авторитетов, взрослые, утратившие всякое представление о нормах и правилах — все, о чем еще несколько лет назад говорили: «у нас такое невозможно» — «торжествует» уже и на осетинской земле.

Как, по-вашему, возможно ли остановить этот процесс, направить его в иное русло? В чем главная причина того, что осетины перестают быть осетинами — как русские перестают быть русскими, татары — татарами и так далее?

— Глобализация, являясь идеологией нашего времени, вместе с возможностями быстрой индустриализации государств, участников этого мирового проекта, удобствами унификации и стандартизации всего, чему можно придать одну форму, одно направление, приносит огромный вред национальной идее любой страны. В первую очередь, нивелируя культуры народов, вымывая их национальную суть, заложенную в них Господом нашим, выхолащивая их духовную доминанту. Однозначно способствует ускорению падения морали общества, приводя ее разрозненные проявления к масштабной системе. Философия извечной борьбы добра и зла, имея в основе лживое наущение и совращение с пути истины, полностью соответствует идеологии глобализации.

Присущие нации, народу морально-нравственные принципы, закладываемые столетиями в ее культурную традицию, создают перспективу развития этой нации, берегут ее самобытность. Размывание этой божественной системы приводит к обезличиванию и духовной нищете народа, к созданию условий для появления и распространения греха. Пороки, разлагающие мировое сообщество, рождаются в бездуховной среде, там им комфортно и безопасно. Они быстро заменяют мораль псевдоморалью, углубляют сферу обитания и расширяют плацдарм присутствия. Общество, не порицающее пороки, свыкается с ними, и уже завтра они становятся нормой поведения. Они же далее создают основу для других пороков, ранее немыслимых для этого народа, и моральная деградация постепенно изменяет общественное сознание. Формируются новые поколения, мировоззрение которых базируется на ложных нравственных ориентирах.

Бастионом противодействия аморальной идеологии был, как ни странно, Советский Союз с его воинственным безбожием. С развалом государства рухнула система защиты, и нечисть под лозунгами демократии и вседозволенности стала вползать в нашу страну. Народ, воспитанный в неверии, не сразу оценил опасность информационной атаки на незащищенные души и умы молодежи, позволившей создать условия «толерантности» к навязываемым порокам и сделать часть из них обыденным явлением. Наглядное пособие к тому, что государство с бездуховной идеологией не имеет долгосрочных перспектив.

Возвращаясь к сути вашего вопроса, скажу так. Мы сегодня должны признать: да, то, что «у нас было невозможно», теперь «торжествует» и на нашей земле, в нашем обществе. Мораль сжата до минимально возможных границ на фоне какофонии псевдокультуры и всплеска псевдотрадиций.

Мы постепенно, как нам кажется, приходим к состоянию, когда осетины перестают быть осетинами, а русские — русскими. И многих это не волнует. Такая же девальвация внутренней культуры народа происходит и со многими другими нациями. Мы теряем самобытность, моральные скрепы и рискуем превратиться в безропотную массу, забывшую дорогу к храму.

К сожалению, в исторической перспективе этот процесс быстротечен и безвозвратен. Остановить этот процесс можно только в одном случае — открыв свое сердце Господу. Только тогда придет очищение, уверенность и сила. Божье могущество и Его помощь несоизмеримы ни с чем, знание истины укажет путь и утвердит народ на этом пути. И все вернется на круги своя. Осетин вновь станет осетином, русский — русским, татарин — татарином, уважение — уважением, добро — добром. Не может быть благословения Господа народу, утратившему Веру. Это — первопричина всего, любого действия, любого события.

— Кого бы вы назвали настоящим осетином? И, кстати, зачем вообще сейчас оставаться осетином? Не проще ли (и прагматичнее) принять правила игры, устанавливаемые за пределами Осетии, да и России в целом?

— Мне кажется, на вопрос, зачем оставаться осетином, я уже ответил. Добавлю только главное. Познавать можно лишь в уважении друг к другу. Наша сила в многообразии и в общей культуре, состоящей из мозаик культур всех народов. Идеологический замысел глобализации — в уничтожении нашей личностной сути, в том, чтобы мы перестали себя чувствовать народами.

К настоящим осетинам, к истинным носителям «агъдау» можно отнести многих. Но я бы начал с уникальной офицерской плеяды, представлявшей наш народ в войсках Российской империи, а затем и советского государства. Немало и других достойных сынов Осетии оставили добрую память и привили уважение к нации, их воспитавшей, проявив себя в иных сферах человеческой деятельности. Но офицеры были самым ярким воплощением ментальности нации, лучшими носителями ее традиционной культуры, эталонами чести и доблести. Высокообразованные люди своего времени, лишенные меркантильных характеристик, присущих нашим поколениям, жили общим делом и пользовались непререкаемым авторитетом у народа. Эти имена и сейчас служат причиной для гордости всей нации.

Национальный характер, усиленный образованием, военной выучкой, влекущей горцев с детства, культивация идеи самопожертвования, патриотизма стали почвой для появления людей с обостренным чувством собственного и национального достоинства, с пониманием ответственности за судьбы народа, за время, в котором они живут. Образование в любом учебном заведении давало знания и пользу, но образование в военных учреждениях ко всему прочему еще и воспитывало истинно мужской характер, вырабатывало решительность, основательность. Готовили не просто специалистов, а ответственных людей, опору державе. Понятие, что каждому народу присуще свое, национальное, было и у российских самодержцев, и именно поэтому они с вниманием отнеслись к желанию горцев служить и воевать в своих черкесках. Это лишь усилило отвагу и самоотверженность воинов. Именно в это время тесно переплелись уважение и дружба российского офицерства и офицерства осетинского и других народов Кавказа.

Осетин — это человек, по вехам жизни которого будущие поколения будут судить, какой была эта нация. Нравственный критерий для людей своего времени и для грядущих поколений.

— Главной опорой традиции всегда было село, в осетинском случае — горы. Однако эти резервуары традиции исчерпаны, многие в прямом смысле: в горах больше нет людей, да и в селе оставаться желающих мало. Молодежь стремится в города, которые по определению направлены не на сохранение национальной идентичности, а на максимальное слияние и перемешивание — личностей, ценностей, народов и культур. Кроме того, урбанизация всегда сочетается с переходом к малодетной семье, причем обратный переход невозможен. Как в этой ситуации решать проблему сохранения национальной культуры, да и просто физического выживания народа, особенно на фоне значительно большей рождаемости у соседей? Откуда черпать резервы для сохранения национальной идентичности?

— Хорошее выражение, вернее, определение — резервуары традиций.

Урбанизация — обязательный признак больших поселений и катализатор всех проблем, выливающихся в ослабление морали, потерю культуры, низкой рождаемости, которая влечет за собой следующую цепочку демографических проблем. На другом полюсе — малые селения, деревни, где родственные отношения не утеряны, где поведение каждого человека под пристальным вниманием и, если требуется, осуждением. Они и являются хранителями традиций и критериями определения национальной идентичности. Но основной двигатель глобализации — информационные технологии, а также бурные миграционные процессы — не оставляют шансов этим хранителям национального колорита.

Так что необходимо думать не о сохранении национальных традиций и устоев, а о возрождении. Надо наступать, а не выжидать. Где же черпать силы для этого, где искать резервы? Источник один, и он неиссякаем и незыблем. Это наш Творец, который уже создал все сущее, и Ему не составляет труда восстановить порядок. Необходимо только обратиться к Нему.

Я уверен, что многие, как уже бывало не раз, иронично усмехнутся — как примитивно, однообразно и нудно в век высоких технологий и космических экспедиций возвращать нас в эпоху «дремучих сказаний». Но примитивно-то обратное. Как можно в век широких информационных возможностей не получать религиозные знания, не задумываться о божественном мироустройстве и об истинных причинах деградации или возрождения общества? Все деяния человечества ничего не значат, если не имеют в своей идеологии моральную доминанту. А она возникает только после обращения к Господу миров.

Национальная культура — это многовековой пласт народной мудрости, обычаев, быта, мировоззрения, состоявшегося на религиозной основе, религиозных традициях и канонах. Она вобрала в себя лучшее, что создано народом за его историю, которую творили личности, оставившие ярчайший след и в мировой цивилизации. Из нравственных элементов разных эпох и спрессовался тот многослойный «агъдау», о котором мы знаем только понаслышке и который состоялся именно на моральной основе религиозных истин. То, что сегодня многие, примитивно понимая религию, отсылают наше сознание к техническому прогрессу XXI века, лишь подтверждает общую утерю Веры и дезинформированность общества. Нам необходимо отбросить всю шелуху, облепившую наши души, и вернуться в исходную позицию, повернуться к Богу. Вот он — кладезь, неисчерпаемый и вечный.

— Мировой исламский (в реальности он обычно предстает жестко исламистским) проект многие также считают глобалистским, направленным на унификацию народов и государств. Возможно, это одна из причин, по которой некоторые представители общественности косо смотрят на укрепление ислама в Осетии. Насколько оправданы эти опасения? Осетин-мусульманин — насколько гармонично это сочетание? Наверное, все-таки превалирует одна из составляющих?.. Что предпочтительнее — западный глобалистский, всемирный исламский или какой-то другой проект, учитывая, что сохранение нынешнего положения невозможно, да и вряд ли желательно?

— Мировой исламский проект — страшилка, фетиш, запущенный врагами не только ислама, но и вообще религии. Как и тот проект, который реализуется сегодня на территориях Сирии и Ирака. Идет откровенная война с исламом в различных формах и проявлениях. Втягивание исламской составляющей в эти войны и конфликты придает исламу задуманно агрессивный, негативный образ. Ислам — это мировоззрение, сутью которого являются благие дела. Ислам означает покорность Господу, Всевышнему Аллаху, Который запрещает творить бесчестье на земле. Ислам не может унифицировать народы, которые созданы разными по воле Господа нашего. Ислам — это идейная, духовная суть человека, рожденного определенной национальности по Его великой милости. Почему тогда такие проблемы в исламском мире? Отвечу: не только в исламском, а везде, в любом обществе. Посмотрите на Европу — уничтожение людей там происходит последние двадцать лет непрерывно. Наступает общая религиозная деградация. Так что правильное понимание ислама и следование ему только укрепляет национальную идентичность.

Сохранение нынешнего положения однозначно невозможно — если ты не идешь вперед, то тебя отбрасывает назад. Альтернатива регрессу — только прогресс.

Осетия — древняя среда обитания древнего народа. С богатой культурой, традициями, с весьма интересным языком и другими историческими атрибутами состоявшейся нации. Проект не должен быть глобалистским, там для нас нет места. Он не может быть исламским или каким-нибудь другим. Проект должен быть только осетинским, национальным, объемным, с сохранением всего хорошего, что приобрел народ на своем историческом пути. Осетия — это многонациональное и многоконфессиональное общество, и богатство каждой из нравственных составляющих нашего народа необходимо сохранить и дать им возможность развиваться.

Религиозная суть этого проекта должна быть императивом всего действия и началом пробуждения нации. Масштабность экономической стороны проекта и возможность для участия в нем любого жителя республики будут иметь идейную, национальную парадигму. Если проект не поднимет духовную основу народа и не даст ему экономическую состоятельность, то нам придется, как вы говорите, принять правила игры, устанавливаемые другими. Да нас и спрашивать никто не будет.

— В последнее время все чаще говорят, что осетинам пора отказаться от этнического названия «на грузинский манер» и осознать себя в качестве аланов, которым в свое время (правда, очень давно) принадлежала немалая часть Евразии. Что вы думаете по этому поводу? Кем ощущаете себя — россиянином, осетином, аланом, частью мировой исламской уммы, а может быть, сплавом всего этого?

— Когда я слышу призывы, что нам надо отказаться от этнического названия «на грузинский манер» и пора бы вернуться к древнему названию, то у меня возникает ряд вопросов.

1. А как быть с историческим этапом, который наши предки прожили, ощущая себя осетинами? Они совершали подвиги и умирали, прославляя нацию, которая зовется осетинами. Этноним, от которого мы хотим отказаться.

2. Те национальные герои, в том числе и Герои Советского Союза, которые родились и умерли осетинами, как быть с ними? Посмертно принять в аланы?

3. В осетинском языке нет слова «осетин», но нет и слова «алан». Есть только слова «ирон» и «дигорон».

4. Насколько я знаю, и языка аланского нет. Те знаки, определяющие язык, найденные на артефактах, ученые относят к дигорскому языку (диалекту).

5. Привязывать фонетические сходства к слову «алан», мне кажется, некорректно.

6. То, что аланы прошлись по немалым территориям, сегодня ничего не значит, это история. Надо жить в реальном времени.

Историю надо знать и, конечно, уметь анализировать исторические параллели, но проецировать на день нынешний прошлую значимость алан, думаю, не стоит. Мы можем ненароком открыть ящик Пандоры. Я с гордостью ощущаю себя осетином, гражданином Российской Федерации и, конечно, частью общей исламской уммы. Это не сплав, а физическое и духовное единение, гармония, две ипостаси человеческого облика. К этому вопросу необходимо подойти более основательно, не спеша. Если это так, то все точки и акценты должны быть расставлены, настолько исторически выверены, чтобы никто не смог усомниться и не имел бы возможности приписывать себе эту историю. Пока этого нет.

Есть еще вопрос морального характера — а что нам это даст? Что дало это команде, которая носила название «Алания»? Она стала играть лучше, самоотверженно сражаясь за каждый мяч? Отнюдь.

Что изменится в нашей жизни, в нашем сознании? Ничего. Мы есть такие, какие есть. Мы должны изменить наше отношение к себе как к нации. Определить, что же мы хотим увидеть в национальной перспективе. Сделать так, чтобы желание изменить нынешнее, дремлющее состояние народа стало уделом каждого члена нашей небольшой семьи. Тогда и придет истина, стоит ли менять самоназвание или оставить как есть. Мы должны измениться сами.

— Какими вы видите осетин через десять лет (дальше заглядывать не будем), если нынешние тенденции общественной и религиозной жизни сохранятся в неизменном виде, а скорее, усилятся? Что будет с Осетией?..

— Я думаю, тот баланс религиозных культур, который мы имеем, а именно православия и ислама, сохранится. Он состоялся давно, и колебания в ту или иную сторону незначительны и эпизодичны. Надеюсь, количество и качество верующих будут расти, и общество перестанет относиться к религии с опаской и недоверием.

Определение светского государства, которое применяют к месту и не к месту люди невежественные, должно однозначно наполниться в сознании всех смыслом, что светское государство — не антирелигиозный институт, а узаконенные, равные права верующих и неверующих. Равные права всегда и везде, в институте, государственном учреждении, в обществе в целом. Соблюдение положений Конституции — принципиальное условие для нашей маленькой республики.

Тогда комплексная программа, о которой мы говорили, приобретет необходимый импульс, и произойдет качественный скачок. В ином случае перспективы очень размытые и, мягко говоря, невеселые. Это будет видно через15-20 лет. Не опоздать бы.

Беседовала Яна АМЕЛИНА,
секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба

«Пульс Осетии», 16.06.2015



 
загрузка...
 
Loading...