Осетия Квайса



Олег ДИАМБЕКОВ: «Эстрадный оркестр – это хорошо. Но почему не сделать и что-то другое!?»

k-04Ольга РЕЗНИК

Сегодня свой полувековой юбилей отмечает народный артист Республики Северная Осетия-Алания Олег ДИАМБЕКОВ. Если начать перечислять все, что Олег мастерски умеет делать, то, пожалуй, пальцев на руке не хватит. Не знаю, как насчет швеца и жнеца, но на дуде игрец – это точно сказано про него. Диамбеков-исполнитель одинаково хорошо играет на клавишных, на саксофоне, кларнете и еще Бог знает на чем. Диамбеков-композитор пишет музыку к спектаклям и песням, сочиняет джазово-инструментальные композиции и роковые «вещицы». А еще он дирижирует и обладает недюжинными организаторскими способностями, если дело касается опять-таки творчества.

В обыденной жизни Олег Диамбеков немногословнее. Но стоит ему взять в руки саксофон или прикоснуться к клавишам, как он мгновенно преображается. Да так, что становится понятна великая, всепоглощающая сила искусства, а заодно и открытая, загадочная, ранимая душа музыканта, для которого служение музыке – это и есть сама жизнь.

– Олег, удивительное совпадение: вы родились в День Советской Армии и Военно-морского флота. В этот день у нас в стране традиционно поздравляют мужчин. Можно сказать: повезло?

– Ничего удивительного на самом деле в этом нет, потому что я родился не 23 февраля, а 23 января, но мой папа (вот это, правда, удивительно) решил воспользоваться сходством дат и записал в метрике дату моего рождения – 23 февраля. Очень ему хотелось, чтобы мой день рождения приходился на всенародный праздник. Так теперь с этим праздником я всю жизнь и связан.

– В хорошо всем известном фильме «Москва слезам не верит» киногерой Владимира Басова утверждает, что в 40 лет жизнь только начинается. А в 50?

– Да то же самое. Никакой разницы. Разве что болезней становится больше. А так я возраст абсолютно не чувствую. В душе мне все те же 20 лет. С коллегами-музыкантами, которые ровесники моих детей, общаюсь, как со сверстниками.

– Скажите, это правда, что в Национальном эстрадном оркестре имени Кима Суанова вы с первого дня его существования? И что в этом коллективе вы являетесь на сегодняшний день дирижером, саксофонистом, композитором, аранжировщиком?

– Да, все верно, в оркестре я с первого дня. И являюсь, как вы сказали, дирижером, саксофонистом, аранжировщиком и даже председателем профсоюзной организации. Я пришел в этот коллектив в 1993 году. Мне тогда было 32 года.

– А как до этого складывалась ваша творческая жизнь? Как вообще состоялось приобщение к музыке?

– В детстве я учился в музыкальной школе по классу фортепьяно. Тогда и состоялось мое приобщение к музыке. В нашей семье вообще все занимались музыкой. Признаюсь, в ту пору всякое бывало. И занятия в музыкальной школе, случалось, меня угнетали. А на пианино порой так вообще смотреть не мог. Поэтому после восьмого класса (а из школы уйти очень хотелось) я поступил во Владикавказское училище искусств на дирижерско-хоровое отделение (настолько мне надоело фортепьяно). Два года я там проучился. Было трудно. Хотел даже бросить. Но не бросил, а перевелся на духовое отделение в класс кларнета, хотя до этого кларнет никогда даже в руках не держал. Но за три года втянулся.

Когда я учился на четвертом курсе, из Ростова вместе с женой приехал Николай Кабоев. Он стал вести у нас в училище джазовый факультатив. Я к тому времени уже играл на клавишных в рок-группе «Электрон». Когда в училище трудами Николая Александровича был создан студенческий биг-бэнд, я играл там в первом составе на саксофоне-баритоне. Это было в 1979 году. До этого в голове у меня был сплошной хард-рок. И вдруг понравился джаз. Я стал слушать музыку, соответствующую этому стилю, познакомился с джазовыми шедеврами.

По окончании училища поехал поступать в Ростовскую консерваторию. Не поступил. Вернулся домой. Руководитель филармонии Сергей Песьяков пригласил меня в рок-группу «Альбом». Играл там.

– На клавишных?

– Да на клавишных.

– Значит, занятия в музыкальной школе по классу фортепьяно не прошли даром?

– Выходит, что так. В 1981 году, когда я окончил училище искусств, в нем открылось эстрадное отделение, руководил которым Николай Кабоев. И я поступил на эстрадное отделение. Учился на сей раз играть на саксофониста. Правда, осенью уехал с «Альбомом» на гастроли по стране. В общем, гастролировали мы четыре года. Учиться у меня не получилось.

Потом была Москва, где я играл в разных коллективах «Росконцерта» на клавишных. В 1985 году вернулся во Владикавказ и вновь поступил на эстрадное отделение, только уже по классу фортепьяно. Год проучился. За это время много чего произошло. Я женился. Потом опять поехал на гастроли. Сначала с группой «Арт», которая была создана по инициативе тогдашнего художественного руководителя филармонии Саши Сухарникова. С ней мы отрабатывали международную программу «Вам улыбаются звезды», в которой принимали участие звезды стран социалистического содружества. Мы этим звездам аккомпанировали. Потом я стал руководителем ансамбля греческой музыки «Сиртаки».

В 1982 году заочно поступил в Краснодаре в Институт культуры на оркестровый факультет по специальности «дирижер эстрадного и духового оркестра». Институт я окончил в 1991-м. А тут грянула перестройка.

Музыка была уже никому не нужна. Я был вынужден заняться коммерцией. Стал обыкновенным челноком. Уехал в Москву. Родственник жены занимался там бизнесом. Предложил мне вместе поработать. Это было в 1992 году. Осетино-ингушский конфликт. В республике чрезвычайное положение, комендантский час. Тогда я продал все инструменты. Хорошо еще, что квартиру не продал.

Особых доходов моя коммерческая деятельность не приносила. Кроме того, я понял, что я абсолютно не коммерческий человек. И затосковал по музыке. В Москве познакомился с Олегом Тайсаевым. Пришел, послушал, как играют. И так мне захотелось самому играть.

В общем, вернулся я домой, где, как говорится и стены греют. Но работы нет, ничего нет. Предприятия не работают. У людей нет денег. Кому нужны концерты? Перебивался случайными заработками, иногда выступал на свадьбах.

Хорошо помню март 1993 года. Я зашел во Дворец культуры металлургов к приятелю Сергею Багаеву. К нему заглянул на огонек кто-то еще. Меня стали расспрашивать, чем занимаюсь, и поинтересовались, почему я не идут к Кабоеву. Рассказали, что они с Кимом Суановым организовали джазовый оркестр при министерстве культуры. Представляете, а я об этом даже ничего не слышал.

Естественно, после этого я связался с Николаем Кабоевым. Он мне сказал, что с первого апреля приступают к работе, но все места в оркестре уже заняты. Я же был в отъезде, и о том, что вернулся, мало кто знал. Вакантным оставалось только место музыканта, играющего на саксофоне-баритоне. Я согласился.

На саксофоне я давно не играл. Поэтому пришлось все вспоминать, тренироваться дома. Жена, помню, чуть с ума не сошла. Но я быстро приобрел необходимую форму. Все повторял про себя, как в том фильме: «Помнят ручки, помнят родимые!».

Naltchik Rock-2008 008-1– Так началась ваша карьера в Национальном эстрадном оркестре имени Кима Суанова. А каким вам запомнился Ким Семенович, ведь какое-то время вам довелось с ним поработать?

– Кима Суанова я знал давно. Кстати, именно он открывал мне трудовую книжку. Он тогда был художественным руководителем Дворца культуры «Электрон», а я играл там в вокально-инструментальном ансамбле, как они тогда назывались. С Кимом Суановым у меня были теплые, добрые, приятельские отношения. Он в какой-то степени дал мне путевку в жизнь. Воспоминания остались самые светлые. Как Ким Семенович болел за дело – за новое дело! Я часто думаю: не создай он тогда оркестр, неизвестно, как сложилась бы моя судьба. Наверняка я бы из этой отрасли ушел.

– И вот оркестру уже 18 лет. И вы в нем играете тоже 18 лет. У оркестра за эти годы сложился свой стиль – осетинский джаз. И вы тоже внесли в формирование этого направления свою лепту. Оркестр нередко исполняет ваши джазовые композиции. Скажите, а музыку вообще давно начали писать?

– Когда еще играл во Дворце культуры «Электрон». Мы там исполняли свою музыку. Я ее и сочинял. Пробовал, так сказать, музыкальное перо понемногу. Песни, конечно, получались банальные. А вот первая профессиональная песня, написанная мной, была посвящена 40-летию Победы. Это песня на стихи Сергей Песьякова «Пройдись по селам нашим». Она до сих пор в репертуаре оркестра.

Когда я еще работал в «Альбоме», начал сочинять первые композиции и песни писал разножанровые. В оркестре у меня тоже возникла как-то идея написать композицию. Я поделился ею с Николаем Кабоевым. Он мне сказал: «Давай». Сначала я стеснялся. А потом понял: чтобы научиться плавать, надо плавать. Первая моя композиция, написанная в 1994 году, называлась «Фиагдон». Я был счастлив, когда она прозвучала в фильме о первом президенте Северной Осетии Галазове.

Сейчас в репертуаре оркестра около десяти моих композиций, десятки аранжировок.

Naltchik Rock-2008 005

– Среди написанных вами композиций есть такие известные и, я бы даже сказала, знаковые, как «Хонго-джаз», «Iron boy`s blue», «Izar», «12» и другие. Нет желания собрать все эти ваши сочинения в одном концерте?

– В начале апреля пройдет джазовый фестиваль. В один из дней фестиваля будет мой бенефис. В первом отделении концерта как раз оркестр и исполнит все эти композиции. Во втором отделении под моим управлением выступит малый состав. Будет исполняться моя музыка разных стилей, в том числе и этно-джаз.

– Олег, я знаю, что вы сотрудничаете с театром, пишите музыку к спектаклям. Расскажите, пожалуйста, об этой стороне вашей деятельности.

– В 1999 году композитор Ацамаз Макоев пригласил меня концертмейстером в Осетинский театр, где сам он в ту пору работал заведующим музыкальной частью. Потом Ацамаз был назначен директором филармонии. А я стал заведующим музыкальной частью Осетинского театра.

– И в чем заключается ваша работа в театре?

– Пишу музыку к спектаклям. 20 постановок идет с моей музыкой. В шутку меня называют главным сказочником Осетинского театра.

– А почему сказочником?

– Театр каждый раз ставит новую сказку под Новый год. А я сочиняю к ней музыку. Вот так и стал сказочником.

– О чем вы мечтаете?

– По большому счету, мечтаю о спокойной жизни. А в творчестве… не покидает ощущение нереализованности. Хотелось бы что-то свое начать, организовать свой коллектив. Но экономически я сам не в состоянии его содержать. Вообще-то за 30 лет творческой жизни я столько их создал. Эстрадный оркестр – это хорошо. Но почему не сделать и что-то другое!? Я, скажем, люблю малые формы, малые составы, более демократичные и по репертуару, и по звучанию. Большому оркестру тяжелее реализоваться в современных условиях. Даже выезжать тяжелее…

Какое-то время назад у меня появилась идея создать при филармонии концертный коллектив. Идея понравилась Ацамазу. И поначалу мне пообещали, что такой коллектив будет создан. Потом вдруг появилась группа «Лос-москитас». Причем, на те ставки, что были обещаны мне. Я никого не хочу обидеть, но какое отношение к Северной Осетии имеет «Лос-москитас»? Получилось, что для меня ставок нет, а для «Лос-москитаса» нашлись.

Вообще меня часто удивляет отношение к искусству. Вот, скажем, осенью 2005 года наш эстрадный оркестр был приглашен на международный фестиваль больших биг-бэндов и весьма достойно там выступил. Прошлой осенью нас опять пригласили на подобный фестиваль (кого попало на такие мероприятия не зовут). Нас готовы были принять. Нужны были только деньги на дорогу. Но… их не нашлось. Вот и возникает вопрос: неужели кому-то непонятно, что, чем чаще мы будем выезжать, тем больше будут говорить о республике, тем лучше будут знать нашу  культуру.

Что творится сейчас? Раньше наш оркестр приглашали хотя бы на городские мероприятия. Сейчас и этого не происходит. Мы нигде не задействованы, выступаем в школах, раз в год проводим джазовый фестиваль. На 9 мая выезжаем в Кисловодск. Знаете, как нас там ждут и как встречают?!

Ясно, что без полноценной культурной жизни, городских фестивалей, концертов молодежь не потянется к этому виду искусства. Вот и процветает пошлость на эстраде. В Москве таких сомнительных звезд, поющих под «фанеру», называют «поющие трусы». Просмотрите, сколько таких «звезд» приезжает к нам из соседней Кабарды. Понятно: они деньги собирают. Не знаю, кто из наших поедет туда?

Грустно все это. Оттого все труднее находить в себе внутренние резервы, чтобы сочинять. Я считаю: нужно поддерживать людей искусства. Вот в нашем, действительно, сильном Союзе художников около 200 членов, а в Союзе композиторов всего-то 10-11. Я вступил в Союз композиторов в 2005 году. Еще раз повторю: людей искусства нужно поддерживать. Сейчас много говорят о музеях. Но если не поддерживать культуру, то и в приведенные в порядок музеи некому будет ходить. Больна наша культура, во всех направлениях больна. Нет национальной драматургии, в поэзии все непросто, в хореографии тоже – в том же «Алане» бесконечные склоки.

Зато мы сохраняем фасад. Заезжие артисты ежегодно принимают участие в фестивале «В гостях у Ларисы Гергиевой». Приезжают варяги, получают звания. А наши музыканты ждут этих званий десятилетиями. Логика совершенно непонятная.

Но я отклонился от темы. Вы спрашиваете, о чем мечтаю? В этом году хочу, чтобы состоялось несколько концертов, где будет звучать моя музыка. В апреле, я уже говорил, в концертной программе будет исполнена моя джазово-инструментальная музыка. Мои произведения исполнят и музыканты из группы «Инфинити». А на осень планирую концерт из моих сочинений песенного жанра, прозвучит музыка к спектаклям. Вот такие вот ближайшие планы.

– Дай вам Бог сил и терпения осуществить все задуманное. Здоровья вам, удачи, благополучия, новых творческих успехов. С юбилеем!



 
загрузка...
 
Loading...