Осетия Квайса



Анатолий ДЗИВАЕВ: «Зритель должен верить актеру…»

С ним интересно и легко общаться. Он, актер и режиссер Анатолий Дзиваев – из тех, кто распахнут навстречу собеседнику, не боится «неудобных» вопросов, откровенен в формулировках ответов на них и наделен замечательным чувством юмора. А еще буквально каждая его реплика – живое подтверждение: его профессия для него – все. И любовь, и хлеб и воздух, и состояние души…

Заслуженный деятель искусств России, народный артист Северной Осетии, лауреат Государственной премии имени Коста Хетагурова – это тоже «все о нем» (хотя сам он, вообще-то, очень не любит, когда интервью с ним журналисты начинают с обстоятельного, буквоедски-дотошного перечисления его почетных званий и регалий – потому что официоза и помпезности тоже «по жизни» не любит). А уж в каком-либо дополнительном представлении читателям «СО» имя Анатолия Дзиваева не нуждается вовсе.

Выпускник актерского факультета ГИТИСа, позднее, в 1979 году окончивший и режиссерский факультет этого знаменитого московского театрального вуза, на сцене Северо-Осетинского академического театра он сыграл целую галерею прожитых в полный, неистово-горячий накал ролей. Среди которых – Эзоп и Гамлет. В 1981–1985 годах руководил в качестве главного режиссера труппой Русского академического театра им. Е.Вахтангова. В 1988-1989-м был главрежем московского театра «Каскадер», возглавляемого Мухтарбеком Кантемировым. Потом, в «лихие 1990-е», было возвращение домой, во Владикавказ, где он, Анатолий Дзиваев, стал тогда «отцом-основателем» Государственного конно-драматического театра «Нарты». Потом – снова Москва…

С 2002 года Анатолий Гаврилович работает в Театре под руководством Армена Джигарханяна. Много снимается в большом кино и в телесериалах – в том числе, в очень резонансных телепроектах, благодаря участию в которых его имя, культовое в Осетии, обрело известность и у самых широких зрительских кругов России. Но связей с Осетией он не терял никогда. Ни человеческих, ни творческих.

И поводом для этого интервью как раз и стал новый проект нашего земляка, который совсем уже скоро увидит Владикавказ. 28 ноября, в 19.00, на сцене КЗ СОГУ пройдет большой творческий вечер-бенефис Анатолия ДЗИВАЕВА. Он представит зрителям разные грани таланта Мастера – и задуман им как своеобразный рассказ со сцены «о времени и о себе», о Театре, о жизни, о ценностях вечных и неизменно актуальных. Доверительный – и теплый. А еще участие в этом вечере примут и другие известные мастера искусств Осетии, друзья и коллеги Анатолия Дзиваева… «Приходите – думаю, будет интересно!» – интригующе обещает он. А «СО», в свою очередь, постаралась расспросить его поподробнее и об этом проекте – и, пользуясь случаем, не только о нем…

– Театр должен быть современным. В хорошем смысле этого слова – то есть, созвучным времени и его проблемам. И – интересным, это тоже очень важно, – его голос звучит убежденно и твердо, а в глазах пляшут озорные искорки. – Зрителя ведь не обманешь: когда ему неинтересно, он просто встает – и со спектакля уходит. И для меня показатель того, удался спектакль или не удался – тоже то, хочется мне на этом спектакле спать или не хочется… То же самое, по большому счету, и телесериалов касается. Ни для кого, собственно, не секрет, что для телеканалов наших сегодня сериал как жанр – это, прежде всего, коммерческий продукт. Приносящий прибыль за счет рекламы. Но если сериал снимает настоящий режиссер, который душу в свою работу вкладывает, то снимает он его всегда именно как кино, а не как коммерческую поделку. И тогда настоящее, хорошее кино у него и получается. А если там нет ни таланта, ни души – одна пустота… Ну, тогда и результат будет тоже понятно, каким…

– Анатолий Гаврилович, а как и почему появилась идея вечера-бенефиса?

– В общем-то, все просто. Родилась она из ностальгии по общению со зрителями Осетии. Я давно не встречался со своими земляками как актер – и очень хочется, наконец, это сделать. Потому что я соскучился по таким встречам. И потому, что я в душе – все-таки больше актер, чем режиссер. Тем более, есть у меня сегодня что отыграть на сцене на этом бенефисе, есть что зрителю сказать… Прозвучат на этом вечере и отрывки и монологи из спектаклей, в которых я сейчас занят в Театре под руководством Армена Джигарханяна. Будет и юмористический блок – и другие сюрпризы. Но давайте пока я их раскрывать не буду, хорошо? А то никаких сюрпризов уже не получится.

– Вы произнесли сейчас слово «ностальгия». Чувство родины, корней – какой смысловой «начинкой» наполнено сегодня для вас как для артиста там, в Москве, где вы активно востребованы и как театральный актер и режиссер, и как актер кино, само это понятие?

– Когда я приезжаю во Владикавказ, то первое, куда иду – это Аллея Славы. Где лежат наши, осетинские актеры, которые для Осетии и ее театра и кино были чем-то намного и намного большим, чем просто мастерами самого высокого полета. Там лежит вся основа Осетинского театра. Люди, без которых его бы не было. Настоящие художники, всей душой болевшие за Осетию, за ее театральное искусство, за осетинский язык, за осетинскую литературу…

Вот эта основа – и есть те корни, на которые опиралось наше актерское поколение, пришедшее в 1970-е годы в Осетинский театр. Первая осетинская ГИТИСовская театральная студия – та, легендарная, 1935 года… Какие это были мастера! Все. Каким мастером на сцене был Бало Тхапсаев – не имевший за плечами вообще никакого театрального образования, но игравший так, что у зрителя в жилах кровь застывала! Серафима Икаева, Варвара Каргинова, Тамара Кариаева, Елена Туменова – какие были актрисы!.. А Николай Саламов, а Коста Сланов, а поколение Урузмага Хурумова, Федора Каллагова, Исака Гогичева, Бибо Ватаева, Орзеты Бекузаровой… И так далее – перечислять эти имена можно очень и очень долго. И я не имею никакого права ругать за это кого-то – может быть, и тут дает себя знать та самая ностальгия, – но когда ты что-то с чем-то сравниваешь, истина – она выявляется. А новое поколение Осетинского театра – это уже дети совсем другого времени. И другие люди – если сравнивать с той, ушедшей плеядой…

– В прошлом году вы поставили на сцене Осетинского театра «Учителя танцев» Лопе де Вега – пьесу, в которой когда-то сами играли на этой же сцене роль Альдемаро. И если говорить именно о нынешнем, молодом актерском поколении его труппы – как бы вы в целом оценили его потенциал? И какие впечатления остались у вас от этой работы?

– Я сейчас вспоминаю себя – и своих однокурсников из ГИТИСовской осетинской студии 1970 года. Все-таки и мы были другие – никому в обиду из сегодняшних молодых не будь это сказано. Мы, когда приехали на работу в Осетинский театр из Москвы, дневали и ночевали там, в театре. Стояли за кулисами во время спектаклей, смотрели, как играют наши старшие – те мастера, которых нам еще посчастливилось на его сцене застать, – и душа замирала от потрясения… Это была для нас не просто школа – академия целая. И еще они, старшие, были для нас примером того, что на сцене надо гореть – и сценой надо жить…

А сейчас в театре я вижу подчас в глазах молодых актеров безразличие к тому, что они делают на сцене. Равнодушие. Холодок. И с такими актерами работать трудно. А ведь суть актерской профессии – именно в том, чтобы нести зрителю то самое потрясение. Чтобы у него волосы дыбом вставали, если ты играешь трагедию. Чтобы он хохотал взахлеб, забыв обо всем, если на сцене – комедия… Чтобы верил тебе, актеру… И это, к сожалению, сейчас почти везде в России такая тенденция – не только в Осетии. В Москве – то же самое. Армен Борисович Джигарханян, в театре у которого я работаю – он потрясающий актер. Но эта плеяда – она и там уходит. Уже почти ушла. А кто ее завтра заменит – вот в том-то и проблема. А не только в коммерциализации искусства, о которой сейчас столько говорят…

Есть, конечно, в Москве театры, куда и сегодня ходить всегда интересно. Ленком, например. Вахтанговский театр, которым сейчас руководит мой однокурсник Римас Туминас… Но именно вот эта общая тенденция – она тревожит. Увы.

– Сегодня в стране все чаще и с все большим апломбом звучит и мнение, что сам репертуарный театр как явление – это тоже «вчерашний день в искусстве». А потому, мол, спасут его в России только реформы – в том числе, и экономические. Вы к этой точке зрения, у которой, впрочем, и яростных противников не меньше, как относитесь?

– Если Россия потеряет репертуарный театр и традиции, хранителем которых он является, ее театральное искусство потеряет и себя. И у нас уже ничего не останется.

Мне во многих зарубежных странах довелось бывать. Там привыкли так жить и работать: ставят, допустим, «Короля Лира», набирают актерский состав специально для этого спектакля по контракту на год-два – а потом все, спектакль сходит со сцены и умирает… Да, антреприза – она как явление тоже имеет право на жизнь. Но почему чиновники от культуры сегодня в России так настойчиво продвигают вот эту идею, что стране репертуарные театры не нужны? Да потому, что им, чиновникам, так работать легче.

А что касается отечественных национальных театров, в том числе и нашего, Осетинского… Я считаю: в них мы тем более не должны доводить дело до того, чтобы потухал этот огонь. Это футбольную команду в Осетии можно набрать из «варягов», футболистов разных стран – от Германии до Камеруна – и она даже со сборной Бразилии, при желании, сыграет. Да, проиграет, скорее всего – но все равно будет интересно. А с национальным театром, с театром, основа которого – язык, так не получится. И мы должны задуматься над тем, как достичь того, чтобы не угасала в его труппе эта преемственность – традиций и поколений.

– Ну и, конечно, наши читатели нам просто не простят, если в этом интервью не прозвучит еще один вопрос – о проектах, над которыми вы сейчас работаете в кино. Дома, в Осетии, вы, Анатолий Гаврилович, в свое время прогремели и как Дзиу в фильме «Чермен», и как Манаф в кинодилогии «По следам карабаира» и «Кольцо старого шейха», и как Заур в картине «И оглянулся путник»… А зрителям России в последнее десятилетие вы запомнились и своими работами в таких, например, популярных телесериалах, как «Дальнобойщики», «На углу у Патриарших», «Солдаты», «Громовы», «Товарищи полицейские». И по фильмам «Казус Кукоцкого» и «Похороните меня за плинтусом». И как оперативник Мераб Тапурия в сериале «Банды» – и оберполицмейстер Николай Геловани в «Жизни и приключениях Мишки Япончика»… И, разумеется, как Сталин – в которого вы блестяще «перевоплотились» не только в сериале «Жуков», но и еще в целой череде фильмов, с успехом прошедших по центральным российским телеканалам… Сколько их у вас уже всего – киноработ?

– В общей сложности – уже 52 фильма. Совсем недавно я снимался здесь, в Осетии, в картине Александра Амирова «Тили и Толи» по сценарию Владимира Гутнова, вместе с Кахи Кавсадзе и Дагуном Омаевым – о ней и ваша газета читателям рассказывала. Для меня, честно говоря, этот фильм – пока загадка: замысел его – очень интересный, а вот что из него, в итоге, получится на экране, посмотрим дальше. Но, конечно, авторы этого проекта сделали большое дело. Потому что они сегодня очень нужны России – хорошие, светлые и добрые фильмы о Кавказе.

А сейчас снимаюсь у режиссера Зиновия Ройзмана в его сериале «Истребители». Играю там военного, генерала. И еще один интересный кинопроект на очереди: буду сниматься – всю эту зиму, наверное, – в телесериале Сергея Гинзбурга «Рихард Зорге». Это уже четвертая моя с ним совместная работа. Играть я там опять буду Сталина, а большая часть съемок у нас будет, как намечено, проходить в Китае.

– Это потому, что Японию, где Зорге работал резидентом, в Китае «на натуре» снимать дешевле?

– В Китае не только Японию снимать дешевле, но и Кремль, и сталинскую дачу, как оказалось, тоже. В два-три раза дешевле, чем в России (улыбается). И китайская сторона, кстати, проявила к этому проекту очень большой интерес.

А с ролью Сталина у меня получилось так. Когда-то ставил я здесь, во Владикавказе, в Русском театре, спектакль «Правда памяти» по Азату Абдулину. И актер, который там Сталина играл, уехал на съемки, а я остался без вождя. Так что пришлось срочно сбривать бороду – и выходить в этой роли на сцену самому. И, помню, когда мы играли премьеру этого спектакля, и я на сцене появился, зал встал.

Эти фотографии как-то попали в Интернет. И потом, когда я уже работал в Москве, мне пришло приглашение пройти кинопробы на роль Сталина в одном из снимавшихся там фильмов – это было где-то лет десять назад. Но на эту роль тогда меня не взяли. Первой картиной, где я Сталина сыграл, стал сериал «Берия. Проигрыш». И потом пошло-поехало: были фильмы «Тухачевский. Заговор маршала», «Земля обетованная» – о Михоэлсе, «Казнокрады. Трофейное дело», «Жуков», «Сын отца народов» – о Василии Сталине… И «Рихард Зорге» будет уже одиннадцатым фильмом, где я Сталина играю.

– И – вопрос «под занавес». Сегодня как-то стало общим местом утверждение, что культура и искусство в России переживают далеко не лучшие времена – и что свет в конце тоннеля здесь если и виден, то плохо. Кто в этом виноват и в какой степени – наверное, отдельная тема. А вот каким должен быть здесь ответ на другой, не менее сакраментальный, вопрос: «Что делать?..»

– Что касается именно национального театра, то нам сегодня надо прежде всего дорожить своими актерскими и режиссерскими кадрами. Лелеять их, не разбрасываться ими. Понимать специфику актерского нутра. Потому что кадры для театра – это та база, без которой он не может существовать.

В Осетии сейчас практически нет своих театроведов и театральных критиков. Грамотных. Профессиональных. И это тоже очень большая проблема, которую надо решать. Актеры у нас варятся в собственном соку – и невольно начинают думать, что они все гении. А это неправда.

Знаете, что я называю настоящим патриотизмом? Патриот в моем понимании – это тот, кто не только говорит во всеуслышание о своей любви к Родине, а тот, кто говорит правду. Не боясь того, что она горькая. Потому что это куда больше твоей Родине поможет, чем все красивые слова. И только так…

Е.ТОЛОКОННИКОВА
«Северная Осетия», 24.11.2014



 
загрузка...
 
Loading...