Осетия Квайса



Ацамаз БАЙКУЛОВ: «Попасть в российское кино сложно, почти как в Голливуд»

Артист театра и кино Ацамаз БАЙКУЛОВ, окончив актерское отделение Владикавказского колледжа культуры и успешно дебютировав в Русском академическом театре, решил не останавливаться на достигнутом. Актер из Осетии замахнулся на новую высоту и отправился поступать в знаменитый ГИТИС, где на желанное место претендуют полтысячи человек.

Амбициозность и целеустремленность помогли Байкулову не только выиграть в жесткой конкуренции соискателей и учиться у лучших мастеров, но и получить ряд заметных ролей в крупных российских кинопроектах: «Правила угона», «Чужая», «Стреляющие горы». Последняя роль в только вышедшей на большие экраны картине «Около футбола», которая без прикрас показывает кипящую страстями изнанку фанатского сообщества, подтвердила актерскую философию Байкулова – стремиться привнести новизну и неповторимость в каждый новый персонаж.

Ацамаз откровенно рассказывает о так называемом национальном вопросе в отечественном кино, «великолепном осетинском трио», приключениях на Венецианском и Каннском кинофестивалях и комичных случаях на съемочной площадке.

КИНО И КАВКАЗЦЫ

– Толпы страждущих актеров из самых разных точек страны стремятся попасть в театральные вузы. Как удалось без протежирования и знакомств поступить в престижнейший университет, причем, не на национальное отделение?

– Я поступал в ГИТИС и одновременно подавал документы в Щукинское училище и во ВГИК. Как ни удивительно, прошел очень легко, с первого раза, хотя конкурс составлял пятьсот человек на место. Даже на секунду не сомневался в успехе. Просто приходил и делал, что говорили. Не испытывал волнения, не переживал, возможно, отсутствие нервов и придавало уверенность, а актерской игре – естественность. Можно сказать, подошел к делу с холодной головой. Да и парни в творческих вузах всегда на вес золота. Представительницы прекрасного пола стремятся в актрисы активнее – на 12 девушек приходится примерно 7 парней. Думаю, меня выручили и внешние данные – без ложной скромности, я выделялся среди остальных.

«Национальный вопрос» в российской киноиндустрии существует, кто бы что ни говорил. Просто многие об этом умалчивают в силу каких-то причин. Я знаю многих продюсеров и кастинг-директоров, у которых, скажем так, не очень лояльное отношение к кавказцам.

В ГИТИСе я учился не на национальном отделении, как большинство выходцев из Осетии, а на русскоязычном курсе. Во время вступительных испытаний меня спросили – а вы сможете учиться с русскими? В ответ на мое недоумение экзаменатор вспомнил случай из армейских времен: чеченцы, что называется, «напрягали» всю часть, а моему будущему преподавателю удавалось откупаться благодаря своей должности раздатчика бензина.

Приведу другой показательный пример. Сергей Голомазов – руководитель мастерской, в которой я учился, нынешний художественный руководитель театра на Малой Бронной и обладатель нескольких «Золотых масок», дипломатично, но жестко критиковал, если ему не нравилась игра актера. А со мной вел себя очень мягко, деликатно, и меня даже начало задевать такое отношение. Я понял – он осторожничал, ждал моей реакции. Я был единственный кавказец на курсе, и Голомазов просто не знал, какой подход ко мне применять. Но когда увидел, что я нормальный адекватный человек, стал смело давать мне «по башке», что, кстати, в профессиональном плане очень ценно и полезно.

В общем, даже в среде самых интеллигентных людей есть некая кавказофобия, зачастую, к сожалению, подкрепленная реальным опытом. Хотя, надо сказать, из всех кавказцев к осетинам относятся теплее всего.

– В современном отечественном кино осетинские актеры проложили и, можно сказать, изрядно протоптали довольно уверенную тропу. На слуху имена Сослана Фидарова, получившего известность благодаря «Девятой роте», Вадима Цаллати, который стал популярным после «Интернов». Неужели предубеждения остаются?

– В некоторой степени, да. Несколько раз лично я сталкивался, правда, по телефону. Когда слышали имя Ацамаз, говорили, что «кино про русских». Часто берут на кавказские роли русских и красят волосы или предпочитают актеров, похожих внешне на кавказцев. Сравнение немного грубое, но в Америке же не перекрашивают белого в афроамериканца. Тем более так, как кавказец изобразит кавказца, с присущим темпераментом и характером, никто не сможет воспроизвести.

Хотя, конечно, достижения актеров из Осетии не остаются незамеченными, и в киносфере все прекрасно знают и Фидарова, и Цаллати, и Алана Догузова, снявшегося в «Кармелите», и Байкулова. Сейчас осетины стали узнаваемы. Мирок, в принципе, маленький, наши данные есть везде, плюс у каждого свои агенты.

А-ЛЯ ДЖЕЙМС БОНД

– Честно говоря, впервые услышал фамилию Байкулов на последнем фестивале «Дирижабль». Причем, совершенно случайно…

– Да, как ни парадоксально, в Осетии нас мало кто знает. И дело совсем не в амбициях. Но реально из республики всего несколько человек, которые снимаются на российском уровне. В каком регионе Северного Кавказа еще столько представителей в кино? Никогда не слышал об актерах из Ингушетии или Кабардино-Балкарии. Не знаю ни одного карачаевца или чеченца, у которого в серьезном сериале одна из главных ролей. А у Догузова, Цаллати или Фидарова есть минимум один-два фильма с центральным персонажем. Что является большой редкостью.

Можно провести аналогию с русскими актерами в Голливуде – безумно сложно пробиться. Конкуренция просто нереальная. В России то же самое, вся страна едет в Москву. И конкурировать, причем удачно, – огромное достижение. Осетия знаменита борцами и футболистами. В кино на высоком уровне, в формате целой страны снимался только Бибо Ватаев. Прекрасный осетинский кинематограф советских времен – отдельная история.

– Возможно, проблема в том, что большинство нынешних отечественных кинопродуктов крайне низкого качества и интереса не вызывают. Или, с другой стороны, нужно засветиться в раскрученном сериале типа «Интернов».

– К счастью, мне повезло участвовать в крупных, качественных проектах. Я начал сниматься в имевших хорошую критику «Правилах угона» в 2008 году, не считая ранних эпизодических ролей в «Мальтийском кресте», сериалах «Моя любовь» и «Атлантида».

«Правила угона» – крупный проект НТВ, который снимали даже во время кризиса, когда кинопроизводство в России практически полностью остановилось. В тот застойный период продолжали работать буквально в нескольких картинах. Я был самым неизвестным и неопытным в довольно звездном актерском составе. Режиссировал Евгений Невский, работавший вторым режиссером с Михалковым на «Утомленных солнцем-2».

Съемки происходили под Одессой. И параллельно поступило предложение сыграть в фильме «Чужая» – проекте Константина Эрнста совместно с голливудской студией «Двадцатый век Фокс». «Чужую» показывали во внеконкурсной программе Каннского кинофестиваля и демонстрировали в мировом прокате.

Надо сказать, роль я получил совершенно случайно. Созвонился с режиссером Антоном Борматовым, который, как оказалось, находился на съемках «Чужой» в …Ялте. Борматов сразу предложил несколько ролей на выбор и прислал машину. Несколько дней я разрывался между двумя площадками, Одессой и Ялтой. «Правила угона» снимали в драйвовом режиме – гонки, погони, перестрелки. А мой герой – внедренный мент, который постоянно в движении а-ля Джэймс Бонд. Сложность заключалась в том, что менять внешность я не мог – нужно было сохранить типаж для «Чужой». При очень похожем облике мои персонажи должны были максимально отличаться. В дороге я думал, как обыграть роль наркобарона, и вспомнил «четких пацанов», вокруг которых я рос во Владикавказе на БАМе. В 90-е годы такую картину можно было наблюдать повсюду. В общем, взял за основу «пацанскую» манеру, увиденную в детстве, и перенес в кино.

На Украине познакомился с нашим земляком, депутатом Верховной Рады Эльбрусом Тедеевым. Потрясающий человек, ставший моим близким товарищем. Мне организовали удивительно теплый прием и окружили заботой во время съемок.

– Физически успевал восстанавливаться от постоянных съемок, поездок, грима?

– Режим был просто сумасшедший. Я переодевался, гримировался, снимался и сразу обратно – на другую съемочную площадку. Но не уставал вообще. Это ведь настолько кайфовое состояние! Изматываешься, когда ты делаешь то, что тебе трудно и не доставляет удовольствия. А когда занимаешься любимым делом, за которое хорошо платят, не напрягаешься вообще. Вся деятельность съемочной площадки направлена на то, чтобы актер вышел и сыграл. Тебе оплачивают перелеты, переезды, гостиницы… Не сталкиваешься ни с какими проблемами, так от чего уставать?

– Насколько сложно переключаться от одной роли к другой в режиме одновременных съемок? Ведь можно запутаться и случайно перепутать образ или интонацию.

– В «Правилах угона» особо над персонажем не работал. Хотя многие сильно удивились, узнав, что я фактически дебютирую в кино. В этом большая заслуга режиссера, и по человеческим качествам герой подходил. Важно, чтобы персонаж «попал». По большому счету, получился «я в предлагаемых обстоятельствах». Необходимо уметь погрузить актера в атмосферу. В актерской системе масса нюансов. Можно взять человека с улицы и сделать из него «конфету». Но нужно обладать подобным даром. А есть режиссеры, как Тарковский, которому нужен «актер-проводник», через которого он воспроизводил свое мировоззрение, как через проектор.

В «Человеке ниоткуда» (впоследствии по его мотивам сняли сериал, но без участия старых актеров) Дмитрий Фикс умел превосходно создавать нужную обстановку. С Фиксом, который возглавляет студию «Моторстудифильм», известную по знаменитому «Бальзаковскому возрасту, или все мужики сво…», работалось легко.

В КАДРЕ – ОСЕТИНСКОЕ ТРИО

– В «Стреляющих горах» состоялось если не эпохальное, то знаковое событие – на площадке встретились сразу три осетина.

– Да, три осетина в одном российском фильме – по-моему, такого никогда не было. Представляешь, мы втроем в кадре! Постоянно по-доброму подкалывали друг друга, пытались рассмешить во время съемок. Было непросто сдерживаться, ведь сюжет юмора не предполагал. Картина снималась по заказу ФСБ, а Цаллати и Фидаров играли главного боевика и его помощника. Мне досталась роль эфенди, который осуждает боевиков, но и не принимает позицию силовых структур и пытается спасти заложников. В сценарии характеристика звучала так: «26-летний парень, перед которым встают генералы и которого слушают боевики». Готовясь к работе, я посетил мечеть в Москве и пять часов общался с муллой. Думаю, роль получилась.

Кстати, снова параллельно поступило предложение из фильма «Угро». Пришлось летать из Карачаево-Черкесии, где снимались «Стреляющие горы», в Москву и обратно. И вновь возникла задача сделать персонажей непохожими. Я вообще ставлю цель сделать следующую роль непохожей на предыдущую, привнести что-то новое. Чтобы у зрителя не возникало ощущения повторяемости.

А с Догузовым мы сотрудничали на съемках мини-фильма «Поединок». Оператором выступил известный мастер Алан Касоев, так что снова получилось осетинское трио (смеется). В центре сюжета сталкиваются «южанин» в моем исполнении и «славянин» Родион Калиниченко, известный по лентам «Туман» и «Барвиха». Между главными героями происходит поединок – рулетка, в процессе которого мы начинаем общаться. Фильм чисто фестивальный, планируем отправлять на форум Роберта Де Ниро «Трайбека». Говорят, что любой фестиваль – политика. Почему в последнее время значимые призы выигрывает Иран? Да, есть политическая подоплека, но и немало шансов, что твою работу воспримут объективно.

– Не смущает, что постоянно предлагают роль «плохих кавказцев»? Заметил, к слову, что во многих сериалах абстрактные «кавказцы» – в основном, естественно, бандиты – часто говорят по-осетински. Роли эпизодические, фоновые, да и язык широкая публика не понимает, но неприятный осадок остается.

– Кавказцев лично я играл в двух фильмах – «Правила угона» и «Стреляющие горы» (за скобки выносим «Поединок»). Но персонажи исключительно положительные. Сейчас на экраны вышел большой проект «Около футбола», в котором я, пожалуй, впервые играю кавказца, и он действительно получается очень плохим. Надо сказать, впервые российский кинематограф обратился к футбольной теме, причем съемки масштабные – на реальных матчах, в среде фанатов, с участием лидеров фанатских группировок. Режиссер Антон Борматов, с которым мы снимали «Чужую», полностью восстановил ситуацию, когда после убийства фаната произошла буча в центре Москвы со столкновением ОМОНа и националистов. Очень эффектные, реалистичные съемки.

– Джеки Чан больше пятидесяти раз получал переломы и различные травмы. Актеры «Властелина колец» забывали снимать грим и ходили по городу в образах гномов и эльфов. Снег в «Иронии судьбы» на самом деле простой пенопласт. А какие необычные случаи на съемках происходили с тобой?

– Я вообще не умею водить, а в «Правилах угона» мой персонаж очень много времени проводит в машине, причем как водитель экстра-класса. Часть кадров снимали общими планами, и за рулем находился профессионал. Но крупных планов, конечно, было не избежать. На площадке не было специальной тележки, вроде эвакуатора, благодаря которой тебе просто нужно создать иллюзию движения.

По сюжету шел эпизод: я сажусь в «Ауди», и начинается погоня по городу. Машина разгоняется, подлетает на специальной платформе, пробивает фургон и приземляется. Я выхожу весь в крови, как Рембо. Действовали следующим образом. Во-первых, полностью перекрывали движение. Во-вторых, меня сопровождала специальная машина. В-третьих, сзади убрали сидения, чтобы режиссер расположился с монитором, а оператор лежал рядом с водительским местом. Комичность ситуации заключалась в том, что я умею переключать только до второй скорости. Пришлось на второй передаче на бешеной скорости почти под сто километров носиться городу. Одновременно нужно не забывать о роли и делать правильное лицо. Режиссер сзади лежит и орет – переключи на третью! Он и не догадывался, что я далеко не ас вождения. А какие эмоции испытал владелец «Ауди», присутствовавший на съемках…

От души посмеялись в одной из сцен фильма «Чужой». По сценарию мне должны были стрельнуть в голову из газового пистолета. Я предложил режиссеру не просто упасть, а сыграть обожженного человека, ведь пистолет газовый, и сцена получилась бы реалистичнее. А других актеров не ввели в курс дела. Когда я начал орать после выстрела, они реально испугались и впали в ступор, подумав, что пистолет настоящий. Дубль, естественно, испортили, пришлось делать новый, но было весело.

Много моментов случается в сценах драк, когда немного не рассчитывают траекторию и выходит настоящий удар. Однажды пришлось даже врача вызывать. По возможности стараюсь трюки выполнять самостоятельно. Единственное, что я никогда не сделаю – не пройду по карнизу на высоте – фобия. Я занимался боксом, самбо и, как и многие в Осетии, борьбой. В Москве увлекся джиу-джитсу. Нужно постоянно поддерживать себя в тонусе.

ИТАЛИЯ–ФРАНЦИЯ–ОСЕТИЯ

– Ты являлся официальным гостем Венецианского, Римского и Каннского кинофестивалей. Как удалось получить столь почетный статус?

– В Италию меня пригласили на съемки сериала «Полиция». Владею итальянским языком достаточно неплохо, но использовать знания не пришлось, мой персонаж – украинец. Я сотрудничаю с одним из крупнейших итальянских киноагентств «Лучано Соли», в котором состоят Моника Белуччи, Жерар Депардье, другие известные европейские актеры. Меня познакомили с Беатриче Крюгер – самым крупным кастинг-директором Европы, работавшим над блокбастерами «Код да Винчи», «Ангелы и Демоны», «Турист» с Анжелиной Джоли и Джонни Деппом, «Американец» с Джорджем Клуни, «Римские приключения» Вуди Аллена. Возможно, вернусь в итальянское кино. Предложили участие в фильме, связанном с фигурным катанием, но на данный момент проект «заморозили».

А посещение фестивалей стало своеобразным приложением к рабочей поездке. Я был аккредитован как кинопродюсер, что давало право доступа в грин-зону, куда допускались только вип-персоны. Я крутился вокруг звезд мирового кино, впечатлений просто море. На премьерном показе фильма «Прошлой ночью в Нью-Йорке» сидел рядом с Кирой Найтли, Евой Мендес, Сэмом Уортингтоном, Гийомом Кане. Я не большой любитель собственных фотографий, поэтому личных фото очень мало. Но на красной ковровой дорожке друзья успели меня заснять.

Парадокс, но о том, что Алексей Панин поменял зубы, писали все таблоиды. Мы в деталях смакуем «подтяжки» и копаемся в грязном белье звезд. А когда Константин Лавроненко в 2007 году впервые за всю историю советского и российского кино получил главный приз Каннского кинофестиваля как лучший актер в фильме Звягинцева «Изгнание», новость прошла почти незаметно.

– Плохо, но народу больше интересны «скандалы, интриги, расследования». Даже в дебютной серии «первого осетинского сериала» акцент сделали на пестрой ночной жизни Владикавказа. Как оценишь старт «Сериала»? На премьере слышал совершенно противоположные мнения.

– Никаких вопросов нет к операторской работе, монтажу, звуку, на хорошем уровне игра профессиональных актеров, именно профессиональных, ведь в фильме очень много любителей. Но давайте исходить из логики. Любой телепродукт нацелен на определенные вещи. Фильм, который идет по НТВ, отбивается за счет рекламы. Авторы «Сериала» сделали четкую заявку: продолжение снимут, если будет финансирование. По словам создателей, одна серия стоит примерно 600 тысяч. Заявлено семь серий, получаем четыре миллиона. Кто безвозмездно, зная, что средства не отобьются, выделит такие деньги?

Возможно, и дали бы. Но то, что показали в первой серии, идет вразрез с республиканской политикой, обычаями, нравами, можно сказать как угодно. Хотя авторы говорят – продолжение будет другое, более нравственное, светлое, доброе.…

Кстати, очень резануло, что один из выступавших после сеанса посоветовал «никого не слушать». Однако картина снята не для домашнего просмотра, а для широкого показа. К критике нужно быть готовым, как и к хвалебным речам. А позиция «никого не слушайте» – неправильная. Если говорить о кинофестивале «Дирижабль» в целом, идею, безусловно, поддерживаю. Правда, не понимаю, почему в жюри не пригласили кинематографиста такого уровня, как Аким Салбиев.

– Домой выбираешься на отдых, встретиться с друзьями, в горы съездить. А не собираешься ли поучаствовать в постановках родного Русского театра как приглашенный актер?

– Как раз недавно договорились с руководством Русского театра, в котором я работал с 17 лет до переезда в Москву, сделать что-то вместе. Буду по возможности наведываться во Владикавказ, планирую принять участие в нескольких пьесах. И продолжу сниматься в столице, где есть ряд новых интересных предложений.

Валериан ТУГАНОВ
«Северная Осетия», 11.10.2013



 
загрузка...
 
Loading...