Осетия Квайса



Неординарная личность, подлинный талант

Батарбек Татарканович Лагкуев родился сто лет назад в селении Чикола Ирафского района. Это тот самый известный на всю страну командир производства, прославленный руководитель ряда промышленных предприятий Борис Тимофеевич ЛАКУТИ, о котором можно рассказывать легенды.

Пытливый ум Батарбека, его любознательность начали проявляться уже в Чиколинской начальной школе, которую он окончил в 1925 году. Тогда же отправился в город Владикавказ, чтобы продолжить учебу. Он побывал на нескольких промышленных предприятиях, при которых действовали школы профессиональной подготовки кадров. Самым привлекательным ему показалась школа фабрично-заводского обучения при заводе «Кавцинк» (ныне «Электроцинк»). Оттуда как отличника учебы его командировали на рабфак Ленинградского горного института, где он получил достаточный багаж знаний для поступления в 1930 году в Московское высшее техническое училище имени Баумана.

Для Батарбека – талантливого студента, активного комсомольца, несмотря на большую загруженность общественными делами, пять лет учебы пролетели, как один миг. С дипломом «высшей пробы», после тщательного и строгого во всех отношениях отбора, в апреле 1935 года он был направлен на должность технолога цеха завода № 37 в Москву. Попасть на работу на так называемое номерное предприятие было, мягко говоря, непросто. Однако там он задержался всего полтора года. Затем его вызвали «наверх» и без всяких объяснений велели срочно занять ответственную должность в отделе научно-исследовательских институтов Народного комиссариата тяжелой промышленности СССР (Наркомтяжпром). На новом месте его окрестили Борисом Тимофеевичем, к чему он сам лично долгое время не мог привыкнуть. Но потом еще и фамилию вместо «Лагкуев» написал «Лакути».

 Молодой человек сразу почувствовал особое внимание к ведомству со стороны руководства Советского Союза и лично И.В.Сталина. На его глазах произошло разделение этого сверхведомства, которое называли государством в государстве, на ряд самостоятельных народных комиссариатов, в том числе машиностроения. А уже на его базе были созданы три народных комиссариата – общего, тяжелого и среднего машиностроения. Теперь Борису Тимофеевичу как очень ценному специалисту, преданному до мозга костей своему делу, было предоставлено право выбора места. Как молодого специалиста его тянуло к научным исследованиям, к разработке новых технологических процессов и он попросил направить его в отдел научно-исследовательских институтов Народного комиссариата среднего машиностроения. Новое крупное ведомство возглавлял известный хозяйственник и государственный деятель И.А.Лихачев. Он увидел в двадцатисемилетнем крепком парне из селения Чикола настоящего специалиста, всего себя отдающего производству, и хорошего человека. Относился к нему тепло, часто говорил с ним не только на производственные темы, но и просто про жизнь. Много раз с удовольствием рассказывал, что в Гражданскую войну воевал против белогвардейцев в Северной Осетии, помнил названия сел Алагир, Ардон и других. Министр с удовольствием говорил, что со своими соратниками неоднократно бывал в осетинских домах, и их поражало не только гостеприимство, но также чистота и порядок, которые царили в этих домах.

Десятки молодых специалистов с хорошим техническим образованием, стремившихся к вершинам науки, потянулись к глубокомыслящему, требовательному, взыскательному, заботливому, общительному Б.Лакути, который без устали занимался их проблемами – одних направлял в аспирантуры, других трудоустраивал, третьим помогал получать заветное место в общежитии. В Наркомате его кабинет превратился в центр притяжения молодых талантов. Лакути много раз ездил в командировки в различные регионы нашей тогдашней огромной страны. Особое внимание уделял районам с более низким уровнем социально-экономического и культурного уровней. Помогал им в «выращивании» (он любил именно это слово) квалифицированных кадров в области технических наук.

И, тем не менее, работая заместителем начальника отдела научно-исследовательских институтов, часто рассматривая многопрофильную тематику научных работ, бывая в институтах и их лабораториях, беседуя с крупными научными работниками, Борис Тимофеевич почему-то приходил к выводу, что слишком рано занял такой пост. «В этой связи, – писал он, – у меня возникло желание перейти на один из вновь строящихся заводов. Я рассуждал просто: мне только двадцать семь лет, и я пока еще не отяжелел, не привык к кабинетной работе – значит, надо перейти на такую активную творческую работу, как участие в создании современного крупного предприятия машиностроения. Своими мыслями я поделился с Наркомом Лихачевым, но поддержки не встретил, несмотря на то что с моими доводами он был согласен».

С одной стороны, Борису Тимофеевичу, конечно, льстило то, что Народный комиссар желал иметь его рядом с собой при решении проблем внедрения достижений науки в отрасль, с другой – горячее сердце и холодный ум звали на конкретную практическую работу.

Об этом я услышал лично от самого Лакути в один из осенних дней 1979 года, когда подготовил о нем как о крупном представителе директорского корпуса Советского Союза очерк для Северо-Осетинского радио. Тогда, вспоминая годы своей трудовой деятельности в столице, с широкой улыбкой на лице он сказал: «Помню слова своих земляков-чиколинцев о том, что если Бог дает, то в окно подает…» Я это к чему? Буквально через несколько месяцев после решительного отказа своего Наркома, в конце 1939 года, московская партийная организация объявила мобилизацию коммунистов и комсомольцев, имевших высшее техническое образование, на производство. В это время начался монтаж оборудования на Московском заводе малолитражных автомобилей имени Коммунистического интернационала молодежи (КИМ). Это сейчас Московский завод малолитражных автомобилей имени Ленинского комсомола. Над ним шефствовал комсомол. Воспользовавшись моментом, я обратился с официальным заявлением на имя самого Наркома, партийного и комсомольского комитетов Наркомата с просьбой направить меня на этот завод. Мне улыбнулась удача – просьба была удовлетворена, и назначили меня начальником прессового цеха автозавода».

Во время записи моего очерка в студии Дома радио Борис Тимофеевич с грустью и душевной болью рассказывал о том, как в 1942 году участвовал в демонтаже и эвакуации оборудования уже действующего к тому времени цеха на Урал. Он очень хотел отбыть на новое место вместе с заводом, принять участие в сборке и пуске оборудования. Собрался в дальний путь. Однако неожиданно для него в срочном порядке руководством страны было принято решение о его назначении начальником сектора вооружения военного отдела Народного комиссариата среднего машиностроения СССР. В тот до предела сложный момент данное подразделение превратилось во всем Наркомате в ведущее.

Август 1942 года. Советский Союз вел ожесточенные бои на всех участках растянувшегося на тысячи километров фронта. Все больше требований предъявлялось к тылу – понятно, что без прочного тыла не могло быть и речи о победе советского народа в Великой Отечественной войне. А тыл, настоящий, непробиваемый, создавали рабочий класс и колхозное крестьянство, разумеется, под началом хороших, крепких руководителей. Это лишний раз подтверждает перевод Бориса Тимофеевича главным инженером на оборонный завод под сугубо мирным названием «Красный Октябрь» в городе Киржаче Владимирской области. Он принадлежал тому же Народному комиссариату среднего машиностроения СССР. Невозможно передать словами, сколько бессонных ночей и тревожных дней пережил он вместе со своим огромным коллективом, в каждом человеке которого видел настоящего защитника и патриота Родины! Главный инженер не был кабинетным руководителем, а все основное время проводил то в одном, то в другом цехе рядом с рабочими.

 После окончания войны «Красный Октябрь» резко менял свой профиль, пересматривалась номенклатура выпускаемой продукции с учетом последних достижений техники. По репарации из Германии поступило современное оборудование для полного переоснащения завода. Уже в 1947 году процесс вышел на нормальные рельсы, и началась интенсивная работа над коренной реконструкцией всех звеньев в свете новых больших задач, поставленных перед автотракторной промышленностью. Волею судьбы Борис Тимофеевич должен был расстаться с «Красным Октябрем».

 Много заманчивых, привлекательных предложений получал Лакути возглавить то или иное предприятие, занять высокое место в разных ведомствах, в том числе и всесоюзного масштаба, но с годами стал все больше и больше тосковать по своей малой родине – Осетии, которая постоянно была в сердце и голове. И опять повезло. Осенью 1947 года в соответствии с планом развития отрасли и с учетом размещения репарационного оборудования намечалось строительство завода автотракторного электрооборудования на Кавказе. В октябре 1947 года была образована комиссия во главе с Лакути по выбору его места расположения. Надо было выбрать один из четырех городов: Дзауджикау, Кутаиси, Ставрополь, Краснодар. Председателю удалось убедить государственную комиссию в необходимости строительства предприятия именно на территории Северо-Осетинской АССР. Вопрос был настолько важным, что его решением занимались заместитель Председателя Совета Министров СССР и Министр внешней торговли А.И.Микоян, министр автотракторной промышленности С.А.Акопян, другие высокопоставленные чиновники страны. 31 декабря 1947 года в Кремле И.В.Сталин подписал распоряжение о строительстве Дзауджикауского завода электротракторного оборудования – ДЗАТЭ. Когда Борис Тимофеевич сообщил такую радостную весть первому секретарю Северо-Осетинского обкома ВКП(б) К.Д.Кулову, тот собрал экстренное заседание бюро и попросил его доложить о вопросе подробно. Итак, следовало приступать к конкретным действиям. Здесь же было поручено самому Лакути и заведующему промышленностью обкома ВКП(б) К.Г.Габееву определить место размещения завода. Поступали предложения создать предприятие в городе Алагире, в селении Дарг-Кох, в районе Шалдона столицы республики. Однако решающее слово принадлежало Борису Тимофеевичу. Он, как это бывало не раз, убедительно доказал, что завод надо строить в южной части Орджоникидзе, именно там, где и сегодня стоят отдельные его цехи.

 При решении вопроса о кандидатуре директора завода союзное министерство и обком ВКП(б) остановились на Лакути, и в соответствии с приказом от 9 января 1948 года он приступил к исполнению своих обязанностей. Ему пришлось снова начать очень тяжелую и сложную работу по созданию современного промышленного предприятия. Благодаря его высоким организаторским качествам, упорству, настойчивости и огромной поддержке Москвы буквально за один год были построены первые цехи. Пожалуй, самой основной трудностью в деле организации ритмичной работы завода было отсутствие в республике необходимых квалифицированных кадров. Решением этого вопроса занимался лично сам директор. На заводах «Красный Октябрь», Алтайска, московских АТЭ-1 и АТЭ-2, выпускавших аналогичную продукцию, его хорошо знали по прошлой работе. Они-то и протянули ему братскую руку. С одной стороны, с удовольствием присылали в Северную Осетию в командировку целые десанты, с другой – принимали к себе на обучение десятки наших молодых ребят и девушек. Потребовалось совсем немного времени, чтобы завод занял передовые позиции не только среди промышленных предприятий нашей республики, но и в отрасли в масштабах страны. Работа шла в три смены. Коллектив был большой. Директор знал каждого его члена в лицо, никогда не прошел мимо рабочего человека, не поздоровавшись с ним за руку. Вместе с рабочими нередко проводил часы отдыха за городом на лоне природы, в поездках по республикам Кавказа. Заботился об их благополучии: это и обеспечение жильем, и путевки в санатории и дома отдыха, и лечение нуждающихся людей в лучших медицинских учреждениях, и дешевые и бесплатные обеды в столовой… Медицинский пункт предприятия по обеспеченности специалистами, оборудованием, лекарствами не уступал лучшим поликлиникам города. Руководитель испытывал особое чувство уважения к участникам Великой Отечественной войны, которых было немало во всех подразделениях…

 Лето 1957 года. Молнией пронеслась по заводу неприятная для коллектива весть – директора переводят на новую работу. А назначили его заместителем председателя Северо-Осетинского совнархоза. Он контролировал такие отрасли промышленности, как машиностроительная, электротехническая, электронная, легкая, пищевая. С его активным участием началась интенсивная деятельность по созданию новых предприятий. Он гордился небольшим отрезком времени работы в Совнархозе и любил говорить о переменах, происшедших на его глазах. До 1957 года, то есть к моменту образования Совнархоза, в республике действовали заводы «Электроцинк», «Победит», ОЗАТЭ, Орджоникидзевский вагоноремонтный, Ардонский консервный, Черменский консервный, Осетинский крахмальный, Орджоникидзевский спиртовой, фабрики швейная имени Кирова, чулочная, комбинаты Бесланский маисовый и Садонский свинцово-цинковый. Совнархоз просуществовал недолго. Но за время его деятельности были созданы отвечавшие последним достижениям науки и техники заводы, многие из которых сыграли выдающуюся роль в социально-экономическом подъеме Северной Осетии, внесли огромный вклад в развитие оборонной отрасли СССР: «Янтарь», «Бином», «Гран», «Топаз», «Газоразрядный», «Кристалл», «Машиностроительный». Большие блага принесли населению построенные в то же время предприятия «Электроконтактор», «Приборостроительный», «Электроламповый», «Газоаппарат», Бесланский щебеночно-шпальный, Орджоникидзевский железобетонных конструкций, мебельное объединение «Казбек», НИИЭМ и другие. Многие из них либо были задействованы, когда этот участок курировал Лакути в качестве заместителя председателя Совнархоза, либо он стоял у истоков их строительства.

…К лету 1959 года из разных мест Союза стали поступать претензии в адрес завода автотракторного оборудования. Дело в том, что при тогдашнем руководстве произошел спад производства, и оно перестало выполнять поставки продукции на автомобильные, тракторные, мотоциклетные и велосипедные заводы. Раньше же, при директорстве Бориса Тимофеевича, их потребности удовлетворялись с лихвой. Тревожные сигналы дошли до центральных партийных, советских органов, а они, в свою очередь, строго спросили с первого секретаря обкома КПСС В.М.Агкацева. Он срочно решил вопрос по-своему круто – в течение одного дня Лакути был переведен из Совнархоза на свое предприятие, названное к тому времени Орджоникидзевским заводом автотракторного электрооборудования (ОЗАТЭ).

Летом 1961 года Б. Лакути вновь, теперь уже навсегда, простился со своим любимым детищем – ОЗАТЭ, став директором завода «Янтарь», где фактически еще не начался выпуск продукции, в чем в немалой степени было повинно руководство. На совместном заседании бюро обкома КПСС и Совета Совнархоза ему объявили: «Мы посоветовались и решили просить вас принять этот завод. Принимая такое решение, мы учитываем ваш опыт, волевые и организаторские данные. Мы разговаривали и с товарищами из Совнархоза РСФСР – они придерживаются такого же мнения».

Так как деятельность завода была строго засекречена, то трудно говорить что-либо о его производственной стороне, да и особой необходимости в этом не вижу. Думается, лучше коротко перечислить несколько фактов, показывающих работу директора по улучшению социально-бытовых условий рабочих и инженерно-технических работников. Были построены два собственных детских сада и один на паях, общежитие для холостяков на пятьсот человек, малосемейное общежитие на восемьдесят квартир, пионерские лагеря «Ираф» в Ирафском районе и «Осетия» в Гудауте, на лазурном абхазском черноморском побережье, Дворец культуры «Электрон», подсобное мясо-молочное хозяйство. Большая работа проводилась по реконструкции всех производственных и бытовых помещений с учетом современных эстетических требований. Многие конкурсные комиссии признавали завод самым благоустроенным и красивым предприятием в республике. И при этом красота внешняя и внутренняя вполне сочеталась.

Много интересных, содержательных планов еще было у талантливого, разностороннего директора, однако, как он часто говорил, всему есть предел, и в ноябре 1980 года ему установили персональную пенсию всесоюзного значения, а в феврале 81-го, уходя на действительно заслуженный отдых, он простился с любимым коллективом. За выдающиеся достижения в развитии экономики страны и, разумеется, республики Б.Т.Лакути был награжден орденами Ленина и Октябрьской революции, двумя орденами Трудового Красного Знамени и двумя – «Знак Почета», многими медалями.

Борис Тимофеевич был требовательным и к себе, и к каждому работнику и на ОЗАТЭ, и на «Янтаре».

«Проработав директором завода более тридцати лет, я всегда старался придерживаться такого порядка: – писал он – с утра, не позднее начала первой рабочей смены, я уже был на заводе и, обойдя интересующие участки, поднимался в кабинет не раньше, чем через два часа. В месяц несколько раз бывал на заводе в конце второй смены, причем неожиданно, ночью. Все это я считал необходимым для того чтобы люди знали и чувствовали контроль со стороны директора завода, с одной стороны. И для того чтобы знать действительное положение вещей – с другой».

В Осетии Б.Т.Лакути довелось сотрудничать с первыми секретарями областного Комитета партии К.Д.Куловым, В.М.Агкацевым, Б.Е.Кабалоевым. Каждый из них оставил в его жизни свой отпечаток, да и он, пожалуй, играл в их делах и жизни заметную роль. Особенно долго он работал при первом секретаре Биларе Кабалоеве, который сказал замечательные слова: «Борис Тимофеевич Лакути – один из выдающихся организаторов производства советского периода. Человек, который всю свою сознательную жизнь посвятил развитию промышленности…»

Прошли годы. Нет сегодня с нами Бориса Тимофеевича, но мы уверены, что его труд будут с благодарностью вспоминать те, кто его знал, а имя и память о нем – переходить из поколения в поколение. Деяния этого кристально честного человека, достигшего славных вершин в своей профессии, остаются примером не только для инженерно-технических работников, но и для тысяч рабочих Северной Осетии. Где бы он ни работал, каким бы предприятием ни руководил, всегда заботливо, по-отцовски относился к подчиненным, с государственным подходом готовил высококвалифицированных инженеров и вожаков промышленного производства. Самые светлые воспоминания будит он в памяти всех, кому пришлось работать с этим Человеком с большой, искренней душой, Человеком, всего себя посвятившим людям и делу своей большой жизни».

Думается, читателя не оставят равнодушным теплые слова о Борисе Тимофеевиче из уст его самых близких людей.

Валерий ГЕРГИЕВ, племянник (сын родной сестры), выдающийся дирижер: «Всю свою жизнь – сначала школьником, затем учащимся музыкального училища, затем, попав в Ленинградскую консерваторию, пытаясь освоить профессию дирижера, – я жил с осознанием того, чего смог добиться мой дядя на разнообразных позициях, которые ему доверяли в стране. Я очень обязан старшему брату своей матери в первую очередь за те бесценные часы общения, которые на нас, его племянниках и детях, сказывались самым естественным, натуральным образом. Он нес ответственность не только за свою собственную семью, но и за семью своей сестры, так как мой отец рано умер, и она осталась одна с тремя маленькими детьми. Я не ошибусь, если скажу, что очень часто, даже невольно, неосознанно, я поступал, как поступил бы мой дядя».

Фатима Султановна, жена Бориса Тимофеевича: «Дети, и не только свои, были его слабостью. Он всячески старался помочь нуждающимся в помощи людям, у которых были дети. Я помню, как Борис переживал за одну молодую женщину с тремя маленькими детьми и мужем, больным туберкулезом. Она нуждалась в жилье, и кто-то посоветовал ей поступить на завод именно к Борису Тимофеевичу: «У тебя дети – он тебе поможет». Он тут же принял ее на работу, а через три месяца она уже получила квартиру. И этот случай – далеко не единственный. Он мог найти подход к любому ребенку, говорил с детьми на их языке, в общении с ними сам становился ребенком. Он сочинял и рассказывал детям великолепные сказки. И как рассказывал! Наши дети, его и мои племянники, соседские ребятишки могли часами, не отрываясь, слушать их. Я и сама часто заслушивалась этими сказками».

Тамара Тимофеевна ГЕРГИЕВА, родная сестра Лакути, мать Валерия Гергиева: «Мне бы особенно хотелось отметить его необыкновенное отношение к родителям – нежную любовь к матери, особенное почтение к отцу. При любой возможности он навещал родителей в Чиколе, всегда привозил подарки не только им и нам, но и многочисленным родственникам. Борис очень любил бывать на природе, особенно тянуло его к родным местам. Ему хотелось сделать Чиколу более благоустроенной и уютной. Поэтому он построил там филиал завода «Янтарь», что дало новые рабочие места, заасфальтировал дороги, провел электричество, построил великолепный пионерский лагерь неподалеку от Чиколы, на берегу реки Ираф. Причем Борис сам внимательно следил за тем, чтобы в рацион детей включали свежие фрукты и овощи».

 Сыновья Георгий и Казбек, сестра Татьяна давно обзавелись собственными семьями, занимают достойные «места под солнцем», но всегда, как маленькие дети, с безграничной любовью, нежностью вспоминают: «У нас был замечательный отец. Все самые яркие события нашего детства, воспоминания так или иначе связаны с ним. Он нас очень любил и, самое главное, мог по-своему подать и выразить эту любовь. Несмотря на свою занятость, все свободное от работы время он старался проводить с нами».

К сожалению, о людях, которые в нелегких условиях успешно создавали материально-техническую базу Северной Осетии, сегодня вспоминаем редко, в основном в связи с какими-либо датами. Между тем среди этой категории технической интеллигенции часто встречаются неординарные личности, подлинные таланты. Знакомство с их деятельностью обогащает. Они могли бы стать добрым примером для новых поколений. Мне думается, что среди них золотыми буквами написано имя сына Батарбека и Далу Лагкуевых из селения Чикола Ирафского района – Бориса Тимофеевича Лакути.

Ахурбек МАГОМЕТОВ,
доктор исторических наук, профессор,
член-корреспондент Российской академии образования

«Северная Осетия», 29.11.2012



 
загрузка...
 
Loading...