Осетия Квайса



Елкан КУЛАЕВ: «Тебе, Осетия, моя песня!»

Эдуард ДАУРОВ,
народный артист Северной Осетии,
заслуженный артист Южной Осетии

Kulaev-1В Осетии всегда были прекрасные певцы. Их, правда, никто не называл звездами, да и сами они постеснялись бы не то что кричать, но и шепотом говорить о своей значимости, хотя нам приходилось поднимать голову вверх, чтобы понять и увидеть их истинную значимость.

Сегодня «звезды» плодятся десятками, но, чтобы их разглядеть, совсем не нужно устремлять взгляд к небу – достаточно опустить его вниз. Многие из них известны и даже популярны, но вряд ли они когда-нибудь достигнут масштаба и уровня певцов, еще совсем недавно бывших кумирами и любимцами всей Осетии – Исаака Гогичева, Кима Суанова, Елкана Кулаева…

12 февраля исполнилось бы 75 лет замечательному человеку, певцу, артисту, композитору Елкану Владимировичу Кулаеву. Его популярность не носила поверхностный характер, любовь к нему была глубокой и поистине народной. С оркестром народных инструментов и просто под гармошку Булата Газданова он объездил всю Осетию, почти каждое ее село и каждый ее город. Я не раз видел эти проявления любви к нему простых людей и чиновников, становившихся в этот момент более открытыми и доступными.

Получив классическое вокальное образование, блестяще выступая на сцене музыкального театра, он очень быстро основой своего репертуара сделал осетинскую песню, сплетая национальную мелодическую гармонию, потрясающее слово и неповторимый голос в единое целое. Он говорил: «Можно обладать каким угодно голосом, исполнять самые сложные арии и романсы, но без песен своего собственного народа кому ты по-настоящему нужен?!».

Он родился в Ардоне, который стоит в каком-то удивительном месте, иначе как объяснить, что вышли из него многие замечательные люди, среди которых Бало Тхапсаев, Коста Саламов, Сима Ревазова, Ирина Мистулова, Юрий Леков и многие другие.

Обычная история: сначала школа, потом вокальное отделение училища искусств, с которого его забрали в армию. Голос молодого солдата понравился, и его направили в ансамбль Прикарпатского военного округа, который базировался во Львове. В зале Львовской консерватории часто проходили совместные концерты солистов ансамбля и студентов консерватории. Здесь Елкан познакомился со своей будущей женой Ириной. Кавказский статный паренек понравился ей, ее удивил его красивый и сильный голос. Она спросила Елкана, не хочет ли он учиться в консерватории после армии. Он сказал, что сможет ответить ей лишь после поездки домой.

Родители не стали возражать против его желания учиться петь, и Елкан вернулся во Львов. Его прослушал декан вокального факультета профессор Гриневский. Молодой человек произвел на него впечатление, и Елкан стал студентом Львовской консерватории. Кроме вокального, он параллельно занимался на композиторском отделении. Уже тогда были написаны его первые песни «Мое солнышко», «Застольная». Каждый год он приезжал домой, давая свои первые сольные концерты.

На третьем курсе Елкан и Ира поженились. Свадьбу играли в общежитии во Львове, а потом, по всем осетинским обычаям, в Ардоне. А вскоре у них родился их первенец Алан.

После консерватории Елкан стал работать в Львовской филармонии, продолжая петь в спектаклях оперной студии при консерватории. Здесь его и услышал директор Киевского театра оперетты Шарварко. Молодая пара очень понравилась ему, и он предложил им работу в своем театре. «А квартира?» – спросили Ира и Елкан. «Вы получите ключи от нее прямо на вокзале в Киеве» – ответил им Шарварко. И не обманул. Ключи от двухкомнатной квартиры они получили сразу, сойдя с поезда.

Следующие три года были временем наработки мастерства и репертуара. Уже первой ролью Мистера Икса в оперетте «Принцесса цирка» Кальмана, Елкан заявил себя самобытным и ярким исполнителем. Он стал ведущим «фрачным героем» киевской оперетты, дебютировав на сцене с примадонной будапештской оперетты Марией Тибольди.

Потом будут партии Тасилло в «Марице»,  графа Орловского в «Летучей мыши», Ринальдо в «Черном драконе», Назара в «Свадьбе в Малиновке», Данилы в «Веселой вдове», Эдвина в «Сильве» – всего около шестнадцати. И это за три года. Кстати, пел он на украинском языке, который хорошо знал.

В 1968-м году Киевский театр оперетты гастролировал в Москве. В это же время там же гастролировал ансамбль «Алан». Молодого певца услышал тогдашний министр культуры С. Е. Ужегов. Он предложил Елкану вернуться на родину. Осетия, в первые ее приезды, произвела на Иру огромное впечатление. Она сказала: «Конечно, поедем». Позже, когда случались сложные периоды в творческой жизни, Елкан говорил ей: «Ты сама захотела приехать сюда».

В начале 1969-го года семья Елкана Кулаева переезжает в Орждоникидзе. Он сразу становится ведущим солистом тогда еще музыкально-драматического театра. Его оперная труппа пополнялась новыми солистами и репертуаром, создавая предпосылки для образования самостоятельного полноценного музыкального театра. В это время ставятся оперы «Азау» Ильи Габараева (Таймураз), «Великая дружба» Вано Мурадели (Комиссар), «Кармен» Бизе (Эскамильо), «Демон» Рубинштейна (Демон).

Одновременно Елкан ведет активную концертную деятельность. В его репертуаре осетинские, русские, украинские, итальянские песни. А еще он продолжает писать свои собственные песни. Он не получил диплом профессионального композитора, но это не мешало ему создавать по-настоящему талантливые и красивые произведения.

Его песни звучат все чаще и чаще, он становится все более популярным и любимым. Люди, помнящие Елкана в те годы, говорят, что популярность его была невероятной. Это был золотой век осетинских профессиональных вокалистов. Профессиональная постановка голоса была достоинством, а не недостатком, как сегодня. Виктор Дзуцев, Федр Суанов, Исаак Гогичев, Петр Мукагов, Ким Суанов, Мария Котолиева, Таисия Тогоева, Юрий Бацазов, Долорес Билаонова, Эмилия Цаллагова. И это далеко не полный список певцов, сделавших бы честь любому народу и любому театру.

Елкан Кулаев был равным среди равных, но абсолютно индивидуальным, ни на кого не похожим, а потому особенно интересным.

В 1971-м году  состоялась премьера его первой оперетты «Колдовство», в которой яркая музыка переплетается с интересным сюжетом. А потом появляется музыкальная детская сказка «Близнецы». Елкан с удовольствием играет в ней роль Царгаса. А вскоре он пишет еще одну оперетту –  «Тревога».

В самом музыкальном театре Елкан занят практически во всех постановках. Это счастливейшее время для театра, для его солистов, для осетинских композиторов. Между написанием нового произведения и его сценическим воплощением были кратчайшие временные промежутки. Композиторы присутствовали при самом процессе воплощения их произведений, дополняя и поправляя уже написанное, учитывая особенности исполнителя. И в этом была радость творчества друзей и соавторов.

Елкан поет играет в «Прерванной песне» Махарбека Кочисова, Таймураза в «Азау», Руфика в «Мама, я не женюсь», Тасолтана в «Ханты цагъд», Хамыца в «Огни в горах», Эфенди в «Последнем изгнаннике», Магомеда в «Трассе юности». И это лишь часть национального репертуара, который с успехом шел на сцене все более крепнувшего музыкального театра. Ежегодные гастроли по городам страны и еженедельные концерты и спектакли в самой Осетии. Талант Елкана не остался незамеченным, он одним из первых становится заслуженным артистом РСФСР.

А в театре ставятся и идут новые спектакли, в которых раскрывается и развивается не только вокальный, но и драматический талант Елкана Кулаева. Опыт киевской оперетты не прошел даром. Опера, может быть, и простит некоторую актерскую неуклюжесть, но в оперетте драматическая игра важна не менее вокальной состоятельности. Долгие годы Елкан – прекрасный принц Раджами в «Баядере», пылкий Шандор в «Цыганской любви», просто великолепный Кречинский в «Свадьбе Кречинского». Последний спектакль вспоминают практически все артисты того периода, как наиболее удачный, наиболее яркий, доставивший им огромное удовольствие.

Елкан прекрасно играет Генриха в «Летучей мыши», не проигрывая в сравнении драматическому актеру из телевизионной версии шедевра Штрауса.

Семидесятые и восьмидесятые годы – поистине золотые годы в истории музыкального театра и его солистов. Они много поют, востребованы и любимы, они молоды, красивы и, что самое важное, трудолюбивы. Они участники всех самых значительных концертов в Осетии и в Москве, когда не надо было прибегать к услугам знаменитых земляков, чтобы обозначить культурный потенциал малой родины.

Телевидение и тогда играло огромную роль в жизни артиста, делая его известным и в меру талантливости популярным. Никто не знал в те годы пошлого слова «раскрутка», подразумевающего возможность «сделать» звездой любую посредственность. Понятие «клип» тоже приходит позже. Телевизионные записи тех лет конечно простоваты, но они и сегодня доносят теплоту и особую притягательность певцов и артистов безвозвратно ушедшей эпохи. А еще было радио, на волнах которого не круглосуточно, а всего лишь один час в день звучали любимые песни любимых певцов. Этого часа хватало, чтобы запомнить и навсегда полюбить еще вчера незнакомого артиста.

В домашнем архиве семьи Кулаевых огромная нотная тетрадь. В ней пятьдесят песен, написанных в разные годы Елканом. Многие из них стали популярны при его жизни: «М? уарзон Иристон», «Хурз?рин», «Цъиу», «К?л?нг?н?г», «О, дидин?г», «Дымг?». «Б?ркады зар?г». Издать бы их отдельной книгой, глядишь, и, может, обретут они новую счастливую жизнь, продлевая в памяти народной жизнь их автора.

Девяностые годы ушедшего двадцатого века были трудными для всех. Для музыкального театра они стали особенно сложными. Менялись музыкальные предпочтения, фонограмма завоевывала сценические подмостки, навязывая новые представления о «хорошем голосе». Из понятия «развлекать, просвещая» выпало второе слово.

Впрочем, годы тоже брали свое. Но театр оставался тем местом, где можно было продолжать жить и чувствовать себя нужным и востребованным. Елкан без особого труда и неизбежного для многих внутреннего психологического кризиса переходит на роли возрастные и характерные. Он уже не Эдвин в «Сильве», а Ферри, импресарио и меценат. Но, как же он хорош в этой роли! «Дамы и гусары» не долго продержались в репертуаре театра, но гусаром, пусть и пожилым, Елкан был прекрасным.

Одной из последних его работ стала роль Бекина в «Невесте из Имереттии» Гии Канчели. Добрый и мудрый старик, решивший жениться вновь, переполошивший этим своим желанием всех своих детей. Елкану не нужно было наигрывать доброту и мудрость, потому что и в жизни он был и добрым, и мудрым. Может быть, поэтому спектакль этот получился особенно теплым и хорошим.

Елкан – редкий среди певцов и артистов человек, о котором практически все коллеги говорят с искренней любовью и уважением. Может быть, и потому, что он сам никогда не позволял себе говорить дурное об окружающих его людях. Доброжелательность и порядочность были в нем не показными, но естественными качествами.

Он никогда не занимался педагогической деятельностью, но само его присутствие в театре, выход на сцену мог дать больше любому начинающему артисту. А еще его дети – Алан, Агунда, Ася. Алан поет в нынешнем Владикавказском театре оперы и балета, Ася солистка филармонии в Сочи. Агунда поет ведущие партии в Новой опере в Москве, по контракту целый ряд спектаклей в Большом театре и в Новосибирском театре оперы и балета. Разве это не счастье для любого родителя?!

Правда, сам он этим счастьем не насладился вполне. Елкана не стало в 2002-ом году. Он открыл скорбную череду потерь, которые обескровливали и ослабляли театр без реальных и полноценных замен.

Елкан, несомненно, жив в памяти людей, знавших его в жизни и на сцене. В их памяти он останется навсегда. Останется ли он в памяти своего народа?! Уверен, что останется, пока жив будет осетинский народ и его осетинская культура.