Осетия Квайса



Звездное небо поэтической души

serf b_1// 19 января – 40 лет со дня трагической гибели талантливого осетинского поэта Хазби ДЗАБОЛОВА 

Жизнь Хазби Дзаболова (1931-1969) напоминает мне волшебный клубок. Он пришел в литературу тихо, можно сказать, мирно. Сельский парень, служил в армии, работал шахтером. Писал неплохие стихи о труде, о любви, о природе. В них чувствовалось свежее дыхание поэзии, но легкое дуновение не вызывает даже шелест листвы, не тревожит сонную гладь болот.

А время было напряженное. То и дело обнажались противоречия – социальные, идейно-нравственные, в муках зарождалась и утверждалась новая эстетика. Борьба против косности в литературном движении принимала ожесточенный характер и требовала от писателей мужества, чести и достоинства.

В 1960-1965 годах Хазби учился в Москве, в Литинституте им. Горького. На каникулы приезжал в родную Осетию. Он был человеком, в котором счастливо сочетались дух горца и интеллигентность поэта.

Его талант расцветал постепенно. В сборнике «Шаги» (1967 г.) раскрылся в полной мере. Теперь мы убедились, в том, что «жизнь и поэзия – одно». Стихи книги были откровением светлой души и высокого ума. В них смелость мысли сочеталась с глубиной лирического чувства. Теперь и на факты его биографии стали смотреть по-другому. Возникали определенные ассоциации. Шахтер Дзаболов добывал в горах цветные металлы, поэт Хазби черпал из сокровищницы народной памяти благородные чувства и образы.Явлением в осетинской поэзии стал посмертный сборник поэта «Уацамонга» («Волшебная чаша», 1974). Здесь по-прежнему воспевалась красота природы, радость жизни и труда, отражались превратности любви. Но эти извечные темы он раскрывал на новом уровне философского осмысления и художественного воплощения.

Особую, беззаветную любовь художник питал к родному очагу. Дом, очаг в сознании Хазби Дзаболова – это прообраз мира, источник света и нравственной чистоты, это мир, где от радостных проявлений жизни «становятся люди светлы». В этом светлом восприятии жизни ему особенно близок Николай Рубцов, с которым поэта связывали и мужская дружба, и творческое сотрудничество. Такое родство дало возможность сделать превосходные переводы поэтических творений своего собрата, которые теперь включаются в собрание сочинений Рубцова как неотъемлемая часть его творчества. Двух замечательных поэтов роднит не только творческая близость, но и общая трагическая судьба…

Шамиль ДЖИКАЕВ,
народный поэт Осетии

Братья по вдохновению

5yeryЖизненные судьбы и творческие биографии осетина Хазби Дзаболова и вологодского лирика Николая Рубцова настолько переплелись – в датах, в обстоятельствах, в поэтической одаренности, – что их невозможно представить друг без друга. Они были друзьями при жизни, а стали братьями после смерти. Дзаболов трагически погиб в 37 лет в 1969-м, Рубцов – в 35 лет в 1971, тоже трагически. Оба погибли в один и тот же день – 19 января.

В 1979 году мой друг и однокурсник Виктор Шуткевич, работавший тогда в газете «Комсомольская правда», недавно безвременно ушедший из жизни, неожиданно позвонил во Владикавказ с ликованием в голосе. Оказалось, что к ним в редакцию приезжал исследователь творчества Рубцова Александр Брагин и предложил к публикации несколько обнаруженных переводов Хазби Дзаболова.

Первые переводы Хазби Дзаболова, созданные Николаем Рубцовым, были опубликованы в «Вологодском комсомольце» и в «Литературной России», затем в «Комсомольской правде». А потом в выходившей тогда во Владикавказе газете «Молодой коммунист» появился материал, написанный Виктором Шуткевичем, вместе с переведенным стихотворением «Село, где на чинаровом столбе…», которое было опубликовано впервые. Сегодня я горжусь этим маленьким, но памятным фактом.

Игорь ДЗАНТИЕВ

ghfhhyuijgi6 апреля или в день рождения Хазби Дзаболаты

Когда наступает весна благодатная снова

И зеленью кутает мир – я Хазби вспоминаю.

Рвет дух его снова подземного царства оковы,

Летит он в тепло из-под могильного крова,

Гнездо на вершине души моей снова свивая.

Ахсар КОДЗАТИ (перевод Тимура КИБИРОВА), 1989 г.



 
загрузка...
 
Loading...