Осетия Квайса



Резван ЦОРИОНТИ – композитор от бога, наделенный даром открывать другие таланты

IMG_8004-1Ольга РЕЗНИК

Сегодня исполнилось бы 75 лет со дня рождения композитора, заслуженного деятеля искусств Северной Осетии Резвана ЦОРИОНТИ. Резван Каурбекович вошел в историю осетинского музыкального искусства как автор многогранный и разноплановый. Ему, казалось, были подвластны все музыкальные жанры. Произведения для симфонического оркестра, для певцов-солистов, хора и оркестра, для камерно-инструментального ансамбля, для фортепиано, для голоса с фортепианным сопровождением, для мужского героического хора, музыка к спектаклям и даже опера-балет – все это находится в творческой копилке талантливого композитора.

Творческая биография Резвана Цорионти поначалу складывалась так же, как и у многих других его музыкально одаренных сверстников. Родился он в с. Лескен Ирафского района Северной Осетии. В 1959 году окончил отделение хорового дирижирования Владикавказского училища искусств. Потом были годы учебы в Ереванской государственной консерватории им. Комитаса по классу композиции под руководством известного армянского советского композитора, народного артиста СССР, профессора Григория Егиазаряна, который не без оснований возлагал большие надежды на своего талантливого ученика.

Уже в первом своем крупном самостоятельном сочинении – дипломной консерваторской оратории «Слава труду» на стихи Гриша Плиева – молодой композитор обратился к теме современности и созидательного труда. Он был сыном своего времени, отмеченного героическими стройками века и небывалым трудовым подъемом. После оратории «Слава труду» образы советской Осетии нашли отражение и в многочисленных песнях Резвана Цорионти, таких, как «Ф?ллойы зар?г» на стихи Б. Муртазова, «Аразджыты зар?г» на стихи Г. Цагараева, «Дружба целинников» на стихи Ф. Карбушева, «Колхозная», «Посвящение в рабочие» на стихи А. Гангова, в вокально-хореографической сюите «Осетия танцует «Симд», в «Приветственной увертюре», написанной к 70-летию Великого Октября (слушающий эту музыку непременно почувствует звучание радостно бурлящих праздничных людских масс, столь свойственное советским праздничным демонстрациям), в мюзикле «Трасса юности», посвященном строителям Транскавказской автомобильной магистрали.

Другим полюсом постоянного притяжения творческих интересов Резвана Цорионти была героическая история его родной Осетии. В этом отношении знаменательна поэма-оратория композитора «Сказ об осетинском народе» (Кад?г Ирыл) на стихи В. Малиева. Известный советский музыковед Г. Скудина в своей статье в общесоюзном журнале «Музыкальная жизнь» назвала ее капитальным сочинением, в котором «увлекали быстро сменяющиеся эпизоды оратории: жесткая воинственная скачка, рассказ о страданиях народа, музыка плача и другие лаконичные хоровые, сольные и оркестровые «кадры».

Уникальным в своем роде произведением Резвана Цорионти является музыкальная народная драма «Прерванная песня», необычный жанр которой (для него даже было придумано особое название) не мог остаться незамеченным. В четырех новеллах-действиях драмы рассказывается о молодых героях, погибших в годы Великой Отечественной войны, – поэтах Мухарбеке Кочисове и Хазби Калоеве, учительнице Чабахан Басиевой и Герое Советского Союза Алихане Гагкаеве. Повествуя об их подвигах, композитор ввел в драму героические песни об этих людях, которые становятся кульминациями каждой новеллы. Жанр мужской героической песни стал, таким образом, центральным стилистическим и формообразующим материалом музыкальной драмы «Прерванная песня». В ее текст включены также стихотворения, военные письма погибших поэтов-воинов Хазби Калоева, Мурата Елекоева, Дзамболата Басиева.

Несколько иначе – обобщенно-символически – раскрывается тема войны в камерной опере Резвана Цорионти «Зов земли». В ней участвуют чтец и два условных персонажа – Земля (меццо-сопрано) и Фарн (бас). Это произведение, надо сказать, не утратило своей актуальности и по сей день. Камерная опера, где стихи антивоенного содержания чередуются с оркестровыми эпизодами и вокальными номерами, является свидетельством активного протеста авторов – Р.Цорионти и П.Урумова – против войны, смертей, разрушения.

Особо хочется сказать об опере-балете композитора «Поляна влюбленных», в основу либретто которой легла легенда о девичьей скале (автор – Ц.Хамицаев). «Поляна влюбленных» была написана в 1973 году, а в 1996 году осуществилась ее постановка на сцене Музыкального театра. Тогда-то владикавказская публика и окунулась с головой в захватывающую историю любви Залины и Махара, Асиат и Хетага, рядом с которыми живут и действуют совершенно сказочные персонажи Зондтых (Добро), Харрагъ (Зло) и… Любовь.

Успешной можно назвать и работу Резвана Цорионти в жанрах хоровой и эстрадной музыки, которая удачно переплеталась с его музыкально-общественной деятельностью. С 1970 по 1984 год, то есть на протяжении 14 лет, Резван Каурбекович являлся ответственным секретарем Союза композиторов Северной Осетии. А с 1984 по 1987-й возглавлял правление этого творческого союза.

Много времени и сил отдавал композитор работе с детьми. В 1975 году он организовал фольклорный ансамбль «Чепена», в 1991 году – детский фольклорный ансамбль при республиканском Лицее искусств. Резван Цорионти обладал удивительным даром – умением разглядеть и направить молодое дарование. Причем, свою плодотворную педагогическую деятельность он умело совмещал с творчеством.

Большую популярность Резвану Цорионти как композитору-песеннику принесли такие его произведения, как «Песня всадника» на стихи Г.Гагиева, «Горская пляска», «Приезжай к нам в Иристон» на стихи А.Гангова, «Мчится Терек» на стихи Б.Дубровина и другие песни, которые звучали не только в Осетии, но и в концертах первоклассных столичных эстрадных коллективов – Эстрадно-симфонического оркестра Центрального телевидения и радиовещания под управлением Ю.Силантьева, Ленинградского эстрадно-симфонического оркестра под управлением А.Бадхнеа, Ансамбля электоромузыкальных инструментов под управление В.Мещерина. Популярность музыки композитора была столь велика, что он дважды становился участником международных музыкальных фестивалей – в Болгарии в 1973 году и в Индии в 1987 году.

В последние годы своей жизни Резван Цорионти трудился над оперой «Прометей» по пьесе М.Карима. Завершить ее он так и не успел…

*   *   *

Эмилия ЦОРИОНТИ-ТАВИТОВА, вдова композитора

Резван был невероятно талантлив. Таких людей называют самородками. Мне он как-то рассказывал, как поехал поступать в Москву в «Гнесинку». Когда во время испытательных туров проверяли музыкальный слух и чувство ритма, его спросили, на каком инструменте он играет. Резван феноменально играл на балалайке. Мог ее подбросить и поймать, умел играть, переведя руки за спину. Вот он и исполнил просто блестяще «Светит месяц». После этого ему предложили играть с листа, то есть по нотам. А нот-то он и не знал. Посмотрел на лист и спросил: «А что это?». Тогда члены комиссии подумали, что он шутит. Этакий юморист-горец. А он на самом деле не умел читать ноты. Ошарашенные педагоги наконец спросили Резвана: «А как же вы сыграли?». Он ответил, что слышал эту «вещь» по радио. Вот такой у него был музыкальный слух!

Я вообще считаю, что люди, наделенные талантом, получают информацию свыше – от Бога. Как-то был в нашей жизни такой случай. Мы с Резваном около 12 часов ночи гуляли на стадионе ГМИ. Жили тогда неподалеку – на Китайской площади. Резван очень любил природу. И тут он, как всегда, залюбовался, взглянул на небо. И вдруг, ни слова не говоря, бросил меня на стадионе и бегом побежал в сторону дома. Я – за ним. Прибегаю – а он уже сидит за пианино и играет. Спрашиваю: «Резван, как же ты мог меня бросить ночью на стадионе?». А он в ответ: «Я услышал музыку – симфонический оркестр». Кстати, великолепный концерт для трубы с оркестром у него тогда получился. Он исполнялся в Москве в концертном зале имени Чайковского. Этот концерт услышал преподаватель Резвана, профессор Ереванской консерватории Александр Арутюнян, который чуть позже прислал моему мужу открытку. В ней он писал: «Дорогой Резван, поздравляю тебя с большим успехом». И в конце приписал: «Ты меня превзошел».

Резвана все очень любили. Где бы он ни был, его везде называли «наш Резван». Помню, Расул Гамзатов о нем говорил: «Наш любимый Резван». Обычно творческим людям бывает присуща зависть. Резван был начисто лишен этого чувства. В этом отношении он был просто неповторим. Резван не только не завидовал, он выискивал таланты.

Володе Тайсаеву, который является сейчас солистом Пермского театра оперы и балета, Резван посоветовал посвятить себя музыкальной карьере. Когда у нас дома он услышал, как Володя поет, то первым делом спросил: «Что ты делаешь на истфаке?».

Композитор Игорь Насонов тоже как-то мне рассказывал, что, благодаря Резвану, он стал композитором. Ведь Игорь по первому образованию – врач. А Резван заметил его композиторский талант и посоветовал поступать в Ростовскую консерваторию.

В 4-м интернате Резван вел класс будущих композиторов. Талантливых детей он собирал по всей республике. А сколько внимания и сил он отдавал своему детищу – этнографическому ансамблю «Чепена»! Это был знаменитый коллектив. Ольга Джанаева там занималась.

А для самодеятельных композиторов Резван вел семинар при нашем Союзе композиторов. Он искренне желал всем добра. У него даже девиз был такой: «Чем больше талантов, тем больше поклонников».

Мой муж был исключительно порядочным, преданным человеком. Познакомились мы с ним в Музыкальном театре на праздновании 200-летия присоединения Осетии к России. Он тогда возглавлял Союз композиторов республики, я исполняла обязанности директора бюро путешествий и экскурсий. Он потом мне рассказывал, что влюбился с первого взгляда. Предложение сделал на третий день. 1975 год, когда мы поженились, был необыкновенно плодотворным для него как композитора. За один год в Музыкальном театре состоялось сразу три его премьеры. Это была музыкальная драма «Прерванная песня», мюзикл о Транскаме «Трасса юности» (эта постановка выдержала 19 аншлагов, на спектакль ходили по 8-9 раз) и музыкальная комедия «Проделки Дзенокка»… Резван был очень предан мне всю жизнь. Он и умер со словами: «Я тебя люблю».

А как он обожал детей! Сына Аркадия – от первого брака, нашу дочь Диану. Резван вообще любил людей, никогда никому не отказывал в помощи. Я до сих пор встречаю на улице тех, кто его знал, они заводят со мной разговор о Резване. Добрейшей души был человек. Оставил на земле добрый след. И в творчестве у него был свой яркий почерк. Резван никогда не писал музыку ради денег.

Вспомнилось еще, как готовилась премьера оперы-балета «Поляна влюбленных». Это была четвертая в мире опера-балет. Время было непростое – 1996 год. Я сама ходила, просила деньги, чтобы «одеть» спектакль. Очень поддержал и помог Сергей Такоев. Огромное ему спасибо. Мы с Резваном вместе были на двух премьерах, а потом он попал в больницу.

Незадолго до смерти Резван встретился с Мустаем Каримом. Он начал писать оперу по его пьесе «Прометей». Уже была готова увертюра, партия для хора… А как-то он мне сказал, что три композитора брались до него за «Прометея», и ни один не довел работу до конца. Они умирали. Тогда я переполошилась: «Может, не надо тебе этим заниматься?». А он мне в ответ: «Послушай, там такая тема…». Оперу «Прометей» Резван так и не дописал.

*   *   *

Аркадий ЦОРИОНТИ, композитор, автор гимна РСО-Алания, заслуженный деятель культуры Северной Осетии, сын Резвана Цорионти

От отца мне многое передалось. Помню, как он садился за фортепиано и мог неделю не вставать. У меня то же самое. Я, правда, в отличие от него, долго раскачиваюсь. А он сразу это делал.

Отец был профессионалом высочайшего класса. Я это понял, когда заехал однажды к нему в больницу, где он лечился. Заглянул в палату – его там нет. Смотрю: он сидит на улице – во дворе. А в руках у него нотная тетрадь и карандаш с резинкой. Сидит и пишет. Я, помню, тогда спросил, что он делает. Отец ответил, что пишет симфонию. Представляете, без инструмента. Он меня поразил, сказав, что и так слышит всю партитуру. И показал: это альты, это ударные. Это потрясающе – слышать партию каждого инструмента. Это я сейчас многое стал понимать, к классической музыке по-другому относиться. А тогда – рок, Битлз. Классику начинаешь воспринимать с возрастом. Я иногда задумываюсь о том, что не выполнил перед отцом то, что должен был выполнить. Хотелось бы его произведения увидеть в звуке. Разбогатеть бы, заплатить оркестру, чтобы произведения отца в записи люди могли послушать.

С годами я все чаще вспоминаю какие-то эпизоды из своего детства. Как я маленький упал и шишку себе набил, а отец так испугался, что руки у него задрожали. Он меня подхватил и отнес в больницу. А еще помню, как мы ездили на море – с ним, с его женой Эммой. Отец был такой спортивный, подтянутый, подкачанный, как культурист. Я им гордился.

А как-то он купил себе гоночный велосипед. Я зашел в гости. Они тогда жили на Китайской. Какой, говорю, хороший велосипед. Отец мне сказал: «Забери его себе и катайся». И таких моментов было много…

Чувства свои он старался не показывать, но я всегда знал, что он меня любит. Когда отец серьезно заболел и попал в больницу, я тогда работал в Москве. Как узнал об этом, сразу же приехал. Он лежал в коме. Но, когда ему сказали: «Аркадий приехал», у него по щеке покатилась слеза. После этого он начал приходить в себя. Все были удивлены. Вышел из комы, стал ходить. Помню, как мы без слов понимали друг друга. Я тогда надеялся и верил, что отец выкарабкается…

*   *   *

Ацамаз МАКОЕВ, композитор, пианист, заслуженный деятель искусств России, председатель Союза композиторов Северной Осетии, художественный руководитель и директор Государственной филармонии РСО-Алания, секретарь Союза композиторов РФ

Резван Цорионти по своим человеческим качествам в числе лучших людей, встретившихся мне по жизни. Он был удивительный человек – солнечный, щедрый, добрый, наивный. Он всю свою жизнь был, как мотор, который никогда не останавливается. Писал музыку к спектаклям, писал для детей, писал для взрослых. Мне всегда казалось, что, если к нему подойдет кто-то на улице и попросит написать для гармошки, он и это сделает, потому что не сможет отказать.

Резван всегда был в гуще событий, себя абсолютно не жалел. Прийти на помощь готов был 24 часа в сутки. Совершенно безотказный человек. Хотел сделать всем хорошо. Но так в жизни не получается. Поэтому, я думаю, он рано ушел. Он просто сгорел.

А какой у Резвана был непререкаемый авторитет в музыкальном мире! Это он настоял на том, чтобы я после окончания класса фортепиано Ленинградской консерватории и службы в армии, получил композиторское образование. Сам отвез меня в Ереванскую консерваторию имени Комитаса, в которой когда-то учился, и передал своим коллегам-учителям. Это была в то время лучшая композиторская школа в СССР.

Валерий Гергиев тогда находился в Ереване и руководил Армянским симфоническим оркестром. А в консерватории, где я учился, преподавали семь народных артистов СССР. В их числе мой педагог Лазарь Сарьян. Авторитет Резвана был настолько велик, что меня даже не стали прослушивать. Раз Резван привез, значит, это композитор. Под стеклом в консерватории, где размещены лучшие произведения выпускников, есть фуга Резвана. Когда я вспоминаю об этом, меня охватывает гордость.

И в том, что я был избран председателем Союза композиторов, большую роль сыграл Резван Цорионти. Светлая ему память. Он оставил на земле добрый след.



 
загрузка...
 
Loading...