// Слушается дело об ограблении Владикавказского филиала Банка Москвы

В Иристонском райсуде Владикавказа вчера начался процесс по делу о вооруженном налете на местный филиал Банка Москвы. По данным следствия, наводчицами выступали две сотрудницы филиала, сообщившие, когда в банк поступит крупная сумма денег.

Прокурор зачитал обвинительное заключение, в котором говорилось, что 28 февраля прошлого года двое грабителей с оружием проникли в хранилище владикавказского филиала Банка Москвы и похитили в общей сложности около 200 млн руб. в российской и иностранной валюте. Угрожая оружием охране, они покинули здание банка и скрылись на ВАЗ-2107. Прибывшие через несколько минут на место происшествия полицейские (это был первый день, когда милиция официально стала полицией) опросили всех сотрудников, находившихся в момент ограбления в здании банка. Их подозрения вызвали показания кассира Илоны Ходовой. По словам девушки, за несколько минут до закрытия операционной части банка она вместе с заместителем директора филиала спустилась в хранилище, чтобы «исправить допущенную ошибку в чеках». По ее словам, вместо 650 руб. она выписала чек на $650. Вопреки инструкции, зайдя в хранилище, женщины не заперли за собой двери, чем и воспользовались злоумышленники. Грабители ворвались в помещение хранилища и угрожали им расправой, если они поднимут тревогу. После чего связали женщин и, собрав деньги, выскочили в окно.

Как выяснилось позже, в спешке они обронили мешок с тысячными купюрами на общую сумму 1 млн руб. Возвращаться они не стали, посчитав, видимо, что это небезопасно. Через несколько часов допроса Илона Ходова призналась, что она вместе со своей подругой, тоже работницей банка, Мариной Пухаевой выступили в качестве помощников грабителей. По материалам следствия, организатором ограбления выступило «неустановленное лицо», которое склонило Тимура Бекузарова к совершению ограбления. Тот, в свою очередь, привлек к планируемому преступлению Сослана Джанаева, Илону Ходову и Марину Пухаеву. То же неустановленное лицо передало Тимуру Бекузарову пистолет Макарова, несколько десятков патронов и несколько гранат.

28 февраля в 20:00 Тимур Бекузаров и Сослан Джанаев получили SMS от своих подельниц, одели маски и проникли в здание банка через подпиленные заранее решетки. Как говорят сыщики, Илона Ходова и Марина Пухаева были осведомлены о том, что за день до намеченного ограбления в банк пришла крупная сумма, предназначенная для передачи в Южную Осетию на выплаты зарплат бюджетникам и пенсионерам.

Благодаря показаниям Илоны Ходовой и Марины Пухаевой уже на следующий день после ограбления были задержаны Тимур Бекузаров и Сослан Джанаев. Большую часть похищенных денег — около 150 млн руб.— полицейские обнаружили в доме одного из них. Остальное грабители небольшими частями спрятали у своих друзей и знакомых, которые не знали, что находится в сумках, которые им оставили на хранение.

На вопрос судьи, признают ли они себя виновными, подсудимые ответили по-разному. Тимур Бекузаров заявил, что кроме обвинения в хранении оружия ни в чем не виноват. Сослан Джанаев сказал то же самое. А вот Марина Пухаева не признала себя виновной ни по одному пункту. Зато Илона Ходова полностью согласилась с доводами обвинения.

На вчерашнем заседании суд допросил главу юридического отдела владикавказского филиала Банка Москвы Тамару Кабулову, которая от имени своей организации заявила иски к подсудимым на сумму 1 174 540 руб. По ее словам, это деньги, которых недосчитался филиал после возвращения украденного. Адвокаты попросили пока не рассматривать иски, подождав до завершения процесса. По их словам, в ходе суда могут выясниться «новые подробности преступления». Судья Алан Торчинов согласился с их доводом и объявил перерыв до следующего понедельника.

Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ,
«Коммерсантъ», 31.01.2012

Фото: Вячеслав Реутов /  Коммерсантъ

 Казбегский район, простираясь на юг и север от Главного Кавказского хребта, ранее составлял восточную часть исторической Осетии – Дарьяльское, Тырсыгомское, Гудское ущелья и Кобскую долину. Осетины жили здесь вплоть до 2006 года. Шесть лет назад, когда российская сторона закрыла границу с Грузией, жители сел, а это в основном российские граждане, переселявшиеся из-за холодных природных условий на зиму в Северную Осетию, не смогли вернуться обратно в Грузию. В Казбегском районе находится около 30 осетинских селений, но практически все их население – а это более двух тысяч человек – вынуждены проживать в Северной Осетии. В опустевших селах остались лишь единицы. Ситуация не изменилась и после отмены в 2010 году Грузией визового режима для жителей республик Северного Кавказа. Как рассказывают уроженцы осетинских сел Казбегского района, многим из них после прохождения паспортного контроля на КПП «Дарьял» грузинские пограничники отказывают во въезде. Причин отказа не называют, ссылаясь на некий список «невъездных» осетин.

 Вот как характеризуют ситуацию сами уроженцы осетинских сел Казбегского района. В распространенном сегодня обращении, в частности, говорится: «…Для труднодоступных осетинских селений, где сложилась традиция сезонного пребывания жителей, поставлена задача полного уничтожения… После августовской войны 2008 г. многим осетинам запрещен въезд на территорию Трусовского ущелья, где разрушаются наши дома, несколько десятков полностью обезлюдели».

 Уроженцу селения Коби Руслану Туаеву 68 лет. Как он говорит, политикой никогда не занимался. Работал в Казбеги в колхозе, занимался животноводством. После закрытия границы не смог вернутся из Северной Осетии в Грузию.

 Руслан Туаев обрадовался, узнав, что Грузия отменила визовый режим: «В прошлом году хотел поехать. Я родился в Коби. Все мои предки там родились и похоронены. Российскую таможню проехал, а на грузинской остановили. Проверяли около трех часов. Я даже хотел уже обратно вернуться, но они обнадеживали: подождите, сейчас ответ из Тбилиси придет. В результате пришел отказ. Пограничники отказались пропускать меня на мою родину, домой, не объяснив причины. В Трусовском ущелье 13 осетинских селений, и ни в одно нам не разрешают проехать».

 Участники пресс-конференции рассказали, что в середине Трусовского ущелья установлен еще один контрольно-пропускной пункт, перекрывший дорогу к остальным селам. Поэтому, даже проехав, например, в Коби, попасть в села, расположенные в глубине ущелья, многие не могут. На дополнительном КПП действуют еще более жесткие ограничения для осетин.

 Кроме обращений к международному сообществу, в преддверии президентских выборов в России мои собеседники подготовили отдельное обращение к кандидату в президенты Владимиру Путину. Говорит выходец из селения Джимара Трусовского ущелья Урузмаг Березов: «Мы обращаемся также к кандидату в президенты России Владимиру Путину с просьбой дать свою оценку действиям грузинского руководства, потому что нас не пускают на свою родину в Трусовское ущелье. Мы хотим навестить свои села, свои святилища, могилы предков. Мы добиваемся лишь того, чтобы нам позволили посещать свободно и беспрепятственно наши дома. Так как мы лишены грузинского гражданства, на постоянное место жительства возвращаться в Грузию мы пока опасаемся», – говорит Урузмаг Березов.

Жанна ТАРХАНОВА,
«Эхо Кавказа», 27.01.2012

]]> http://osetia.kvaisa.ru/ibrannoe/izbrannye-publikacii/nevezdnye-zhiteli/feed/ 0 http://osetia.kvaisa.ru/ibrannoe/izbrannye-publikacii/rossiya-nacionalnyj-vopros/ http://osetia.kvaisa.ru/ibrannoe/izbrannye-publikacii/rossiya-nacionalnyj-vopros/#comments Sun, 22 Jan 2012 22:54:34 +0000 admin http://osetia.kvaisa.ru/?p=35441 // «Самоопределение русского народа – это полиэтническая цивилизация, скрепленная русским культурным ядром»

Владимир ПУТИН

Для России – с ее многообразием языков, традиций, этносов и культур – национальный вопрос, без всякого преувеличения, носит фундаментальный характер. Любой ответственный политик, общественный деятель должен отдавать себе отчет в том, что одним из главных условий самого существования нашей страны является гражданское и межнациональное согласие.

Мы видим, что происходит в мире, какие здесь копятся серьезнейшие риски. Реальность сегодняшнего дня – рост межэтнической и межконфессиональной напряженности. Национализм, религиозная нетерпимость становятся идеологической базой для самых радикальных группировок и течений. Разрушают, подтачивают государства и разделяют общества.

Колоссальные миграционные потоки – а есть все основания полагать, что они будут усиливаться, – уже называют новым «великим переселением народов», способным изменить привычный уклад и облик целых континентов. Миллионы людей в поисках лучшей жизни покидают регионы, страдающие от голода и хронических конфликтов, бедности и социальной неустроенности.

С «обострением национального вопроса» вплотную столкнулись самые развитые и благополучные страны, которые прежде гордились своей толерантностью. А сегодня – друг за другом объявляют о провале попыток интегрировать в общество инокультурный элемент, обеспечить неконфликтное, гармоничное взаимодействие различных культур, религий, этнических групп.

«Плавильный котел» ассимиляции барахлит и чадит – и не способен «переварить» все возрастающий масштабный миграционный поток. Отражением этого в политике стал «мультикультурализм», отрицающий интеграцию через ассимиляцию. Он возводит в абсолют «право меньшинства на отличие» и при этом недостаточно уравновешивает это право – гражданскими, поведенческими и культурными обязанностями по отношению к коренному населению и обществу в целом.

Во многих странах складываются замкнутые национально-религиозные общины, которые не только ассимилироваться, но даже и адаптироваться отказываются. Известны кварталы и целые города, где уже поколения приезжих живут на социальные пособия и не говорят на языке страны пребывания. Ответная реакция на такую модель поведения – рост ксенофобии среди местного коренного населения, попытка жестко защитить свои интересы, рабочие места, социальные блага – от «чужеродных конкурентов». Люди шокированы агрессивным давлением на свои традиции, привычный жизненный уклад и всерьез опасаются угрозы утратить национально-государственную идентичность.

Вполне респектабельные европейские политики начинают говорить о провале «мультикультурного проекта». Чтобы сохранить свои позиции, эксплуатируют «национальную карту» – переходят на поле тех, кого ранее сами считали маргиналами и радикалами. Крайние силы, в свою очередь, резко набирают вес, всерьез претендуя на государственную власть. По сути, предлагается вести речь о принуждении к ассимиляции – на фоне «закрытости» и резкого ужесточения миграционных режимов. Носители другой культуры должны либо «раствориться в большинстве», либо остаться обособленным национальным меньшинством – пусть даже обеспеченным разнообразными правами и гарантиями. А фактически – оказаться отлученным от возможности успешной карьеры. Прямо скажу – от гражданина, поставленного в такие условия, трудно ожидать лояльности по отношению к своей стране.

За «провалом мультикультурного проекта» стоит кризис самой модели «национального государства» – государства, исторически строившегося исключительно на основе этнической идентичности. И это – серьезный вызов, с которым придется столкнуться и Европе, и многим другим регионам мира.

РОССИЯ КАК «ИСТОРИЧЕСКОЕ ГОСУДАРСТВО»

При всей внешней схожести ситуация у нас – принципиально иная. Наши национальные и миграционные проблемы напрямую связаны с разрушением СССР, а по сути, исторически – большой России, сложившейся в своей основе еще в XVIII веке. С неизбежно последовавшей за этим деградацией государственных, социальных и экономических институтов. С громадным разрывом в развитии на постсоветском пространстве.

Продекларировав 20 лет назад суверенитет, тогдашние депутаты РСФСР в запале борьбы с «союзным центром» запустили процесс строительства «национальных государств», причем даже внутри самой Российской Федерации. «Союзный центр», в свою очередь, пытаясь давить на оппонентов, начал вести закулисную игру с российскими автономиями, обещая им повышение «национально-государственного статуса». Сейчас участники этих процессов перекладывают вину друг на друга. Но очевидно одно – их действия в равной степени и неизбежно вели к развалу и сепаратизму. И у них не нашлось ни мужества, ни ответственности, ни политической воли – чтобы последовательно и настойчиво отстаивать территориальную целостность Родины.

То, в чем, возможно, не отдавали себе отчет инициаторы «затей с суверенитетами», – все остальные, в том числе и за рубежами нашего государства, – поняли очень четко и быстро. И последствия не заставили себя ждать.

С распадом страны мы оказались на грани, а в отдельных известных регионах – и за гранью гражданской войны, причем именно на этнической почве. Огромным напряжением сил, большими жертвами эти очаги нам удалось погасить. Но это, конечно, не означает, что проблема снята.

Однако даже в тот момент, когда государство как институт критически ослабело, Россия не исчезла. Произошло то, о чем Василий Ключевский говорил применительно к первой русской Смуте: «Когда надломились политические скрепы общественного порядка, страна была спасена нравственной волей народа».

И, кстати, наш праздник 4 ноября – День народного единства, который некоторые поверхностно называют «днем победы над поляками», на самом деле – это «день победы над собой», над внутренней враждой и распрями, когда сословия, народности осознали себя единой общностью – одним народом. Мы по праву можем считать этот праздник днем рождения нашей гражданской нации.

Историческая Россия – не этническое государство и не американский «плавильный котел», где, в общем-то, все так или иначе – мигранты. Россия возникла и веками развивалась как многонациональное государство. Государство, в котором постоянно шел процесс взаимного привыкания, взаимного проникновения, смешивания народов на семейном, на дружеском, на служебном уровне. Сотен этносов, живущих на своей земле вместе и рядом с русскими. Освоение огромных территорий, наполнявшее всю историю России, было совместным делом многих народов. Достаточно сказать, что этнические украинцы живут на пространстве от Карпат до Камчатки. Как и этнические татары, евреи, белорусы…

В одном из самых ранних русских философско-религиозных трудов «Слово о законе и благодати» отвергается сама теория «избранного народа» и проповедуется идея равенства перед Богом. А в «Повести временных лет» так описан многонациональный характер древнерусского государства: «Вот только кто по-славянски говорит на Руси: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, северяне, бужане… А вот другие народы: чудь, меря, весь, мурома, черемисы, мордва, пермь, печера, ямь, литва, корсь, нарова, ливы – эти говорят на своих языках…»

Именно об этом особом характере русской государственности писал Иван Ильин: «Не искоренить, не подавить, не поработить чужую кровь, не задушить иноплеменную и инославную жизнь, а дать всем дыхание и великую Родину… всех соблюсти, всех примирить, всем дать молиться по-своему, трудиться по-своему и лучших отовсюду вовлечь в государственное и культурное строительство».

Стержень, скрепляющая ткань этой уникальной цивилизации – русский народ, русская культура. Вот как раз этот стержень разного рода провокаторы и наши противники всеми силами будут пытаться вырвать из России – под насквозь фальшивые разговоры о праве русских на самоопределение, о «расовой чистоте», о необходимости «завершить дело 1991 года и окончательно разрушить империю, сидящую на шее у русского народа». Чтобы в конечном счете – заставить людей своими руками уничтожать собственную Родину.

Глубоко убежден, попытки проповедовать идеи построения русского «национального», моноэтнического государства противоречат всей нашей тысячелетней истории. Более того, это кратчайший путь к уничтожению русского народа и русской государственности. Да и любой дееспособной, суверенной государственности на нашей земле.

Когда начинают кричать: «Хватит кормить Кавказ», – ждите, завтра неизбежно последует призыв: «Хватит кормить Сибирь, Дальний Восток, Урал, Поволжье, Подмосковье…». Именно по таким рецептам действовали те, кто привел к распаду Советский Союз. Что касается пресловутого национального самоопределения, которым, борясь за власть и геополитические дивиденды, не раз спекулировали политики самых разных направлений – от Владимира Ленина до Вудро Вильсона, – то русский народ давно самоопределился. Самоопределение русского народа – это полиэтническая цивилизация, скрепленная русским культурным ядром. И этот выбор русский народ подтверждал раз за разом – и не на плебисцитах и референдумах, а кровью. Всей своей тысячелетней историей.

ЕДИНЫЙ КУЛЬТУРНЫЙ КОД

Российский опыт государственного развития уникален. Мы многонациональное общество, но мы единый народ. Это делает нашу страну сложной и многомерной. Дает колоссальные возможности для развития во многих областях. Однако, если многонациональное общество поражают бациллы национализма, оно теряет силу и прочность. И мы должны понимать, какие далеко идущие последствия может вызвать попустительство попыткам разжечь национальную вражду и ненависть к людям иной культуры и иной веры.

Гражданский мир и межнациональное согласие – это не один раз созданная и на века застывшая картина. Напротив, это постоянная динамика, диалог. Это – кропотливая работа государства и общества, требующая очень тонких решений, взвешенной и мудрой политики, способной обеспечить «единство в многообразии». Необходимо не только соблюдение взаимных обязательств, но и нахождение общих для всех ценностей. Нельзя насильно заставить быть вместе. И нельзя заставить жить вместе по расчету, на основе взвешивания выгод и затрат. Такие «расчеты» работают до момента кризиса. А в момент кризиса начинают действовать в обратном направлении.

Уверенность, что мы можем обеспечить гармоничное развитие поликультурной общности, опирается на нашу культуру, историю, тип идентичности.

Можно вспомнить, что многие граждане СССР, оказавшиеся за рубежом, называли себя русскими. Причем сами считали себя таковыми независимо от этнической принадлежности. Интересен и тот факт, что этнические русские нигде и никогда, ни в какой эмиграции не составляли устойчивых национальных диаспор, хотя и численно, и качественно были представлены весьма значительно. Потому что в нашей идентичности – другой культурный код.

Русский народ является государствообразующим – по факту существования России. Великая миссия русских – объединять, скреплять цивилизацию. Языком, культурой, «всемирной отзывчивостью», по определению Федора Достоевского, скреплять русских армян, русских азербайджанцев, русских немцев, русских татар… Скреплять в такой тип государства-цивилизации, где нет «нацменов», а принцип распознания «свой–чужой» определяется общей культурой и общими ценностями.

Такая цивилизационная идентичность основана на сохранении русской культурной доминанты, носителем которой выступают не только этнические русские, но и все носители такой идентичности независимо от национальности. Это тот культурный код, который подвергся в последние годы серьезным испытаниям, который пытались и пытаются взломать. И тем не менее он, безусловно, сохранился. Вместе с тем его надо питать, укреплять и беречь.

Огромная роль здесь принадлежит образованию. Выбор образовательной программы, многообразие образования – наше несомненное достижение. Но вариативность должна опираться на незыблемые ценности, базовые знания и представления о мире. Гражданская задача образования, системы просвещения – дать каждому тот абсолютно обязательный объем гуманитарного знания, который составляет основу самоидентичности народа. И в первую очередь речь должна идти о повышении в образовательном процессе роли таких предметов, как русский язык, русская литература, отечественная история – естественно, в контексте всего богатства национальных традиций и культур.

В некоторых ведущих американских университетах в 20-е годы прошлого века сложилось движение за изучение западного культурного канона. Каждый уважающий себя студент должен был прочитать 100 книг по специально сформированному списку. В некоторых университетах США эта традиция сохранилась и сегодня. Наша нация всегда была читающей нацией. Давайте проведем опрос наших культурных авторитетов и сформируем список 100 книг, которые должен будет прочитать каждый выпускник российской школы. Не вызубрить в школе, а именно самостоятельно прочитать. И давайте сделаем выпускным экзаменом сочинение на темы прочитанного. Или по крайней мере дадим молодым людям возможность проявить свои знания и свое мировоззрение на олимпиадах и конкурсах.

Соответствующие требования должна задавать и государственная политика в области культуры. Имеются в виду такие инструменты, как телевидение, кино, Интернет, массовая культура в целом, которые формируют общественное сознание, задают поведенческие образцы и нормы.

Вспомним, как американцы с помощью Голливуда формировали сознание нескольких поколений. Причем внедряя не худшие – и с точки зрения национальных интересов, и с точки зрения общественной морали – ценности. Здесь есть чему поучиться.

Подчеркну: никто не покушается на свободу творчества – не о цензуре речь, не о «казенной идеологии», а о том, что государство обязано и имеет право и свои усилия, и свои ресурсы направлять на решение осознанных социальных, общественных задач. В том числе и на формирование мировоззрения, скрепляющего нацию.

В нашей стране, где у многих в головах еще не закончилась гражданская война, где прошлое крайне политизировано и «раздергано» на идеологические цитаты (часто понимаемые разными людьми с точностью до противоположного), необходима тонкая культурная терапия. Культурная политика, которая на всех уровнях – от школьных пособий до исторической документалистики – формировала бы такое понимание единства исторического процесса, в котором представитель каждого этноса, так же как и потомок «красного комиссара» или «белого офицера», видел бы свое место. Ощущал бы себя наследником «одной для всех» – противоречивой, трагической, но великой истории России.

Нам необходима стратегия национальной политики, основанная на гражданском патриотизме. Любой человек, живущий в нашей стране, не должен забывать о своей вере и этнической принадлежности. Но он должен прежде всего быть гражданином России и гордиться этим. Никто не имеет права ставить национальные и религиозные особенности выше законов государства. Однако при этом сами законы государства должны учитывать национальные и религиозные особенности.

Считаю, что в системе федеральных органов власти необходимо создать специальную структуру, отвечающую за вопросы национального развития, межнационального благополучия, взаимодействия этносов. Сейчас эти проблемы находятся в ведении Министерства регионального развития и за ворохом текущих задач вытесняются на второй, а то и третий план, и такую ситуацию надо исправить.

Это не должно быть стандартное ведомство. Скорее речь должна идти о коллегиальном органе, который взаимодействует непосредственно с президентом страны, с руководством правительства и имеет определенные властные полномочия. Национальная политика не может писаться и реализовываться исключительно в кабинетах чиновников. В ее обсуждении и формировании должны непосредственно участвовать национальные, общественные объединения.

И, конечно, мы рассчитываем на активное участие в таком диалоге традиционных религий России. В основе православия, ислама, буддизма, иудаизма – при всех различиях и особенностях – лежат базовые, общие моральные, нравственные, духовные ценности: милосердие, взаимопомощь, правда, справедливость, уважение к старшим, идеалы семьи и труда. Эти ценностные ориентиры невозможно чем-либо заменить, и их нам надо укреплять.

Убежден, государство, общество должны приветствовать и поддерживать работу традиционных религий России в системе образования и просвещения, в социальной сфере, в Вооруженных силах. При этом должен быть, безусловно, сохранен светский характер нашего государства.

НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА И РОЛЬ СИЛЬНЫХ ИНСТИТУТОВ

Системные проблемы общества очень часто находят выход именно в форме межнациональной напряженности. Нужно всегда помнить, что существует прямая зависимость между нерешенными социально-экономическими проблемами, пороками правоохранительной системы, неэффективностью власти, коррупцией и конфликтами на национальной почве. Если посмотреть на историю всех недавних межнациональных эксцессов – практически везде мы обнаружим этот «спусковой крючок»: Кондапога, Манежная площадь, Сагра. Везде обостренная реакция на отсутствие справедливости, на безответственность и бездействие отдельных представителей государства, неверие в равенство перед законом и неотвратимость наказания для преступника, убеждение, что все куплено и правды нет.

Когда речь заходит о том, что в России, а в особенности на исторических русских территориях, ущемляются права русских, это говорит о том, что государственные структуры не выполняют своих прямых задач – не защищают жизнь, права и безопасность граждан. И поскольку большинство этих граждан – русские, то возникает возможность паразитировать на теме «национального угнетения русских» и облечь обоснованный общественный протест в самую примитивную и вульгарную форму межнациональных беспорядков. И одновременно по всякому поводу голосить про «русский фашизм».

Нужно отдавать отчет, какие риски и угрозы заключены в ситуациях, чреватых переходом в стадию национального конфликта. И соответствующим, самым жестким образом, без оглядки на чины и звания, оценивать действия или бездействия правоохранительных структур, органов власти, которые привели к межнациональному напряжению.

Рецептов для таких ситуаций не очень много. Не возводить ничего в принцип, не делать скоропалительных обобщений. Необходимо тщательное выяснение сути проблемы, обстоятельств, урегулирование взаимных претензий по каждому конкретному случаю, где замешан «национальный вопрос». Этот процесс там, где нет каких-то специфических обстоятельств, должен быть публичным, потому что отсутствие оперативной информации порождает усугубляющие ситуацию слухи. И здесь исключительно важное значение имеют профессионализм и ответственность средств массовой информации.

Но никакого диалога не может быть в ситуации беспорядков и насилия. Ни у кого не должно возникнуть малейшего соблазна «продавить власть» на те или иные решения с помощью погромов. Наши правоохранительные органы доказали, что с пресечением таких попыток они справляются быстро и четко.

И еще один принципиальный момент – мы, конечно, должны развивать нашу демократическую, многопартийную систему. И сейчас готовятся решения, направленные на упрощение и либерализацию порядка регистрации и работы политических партий, реализуются предложения по установлению выборности глав регионов. Все это – нужные и правильные шаги. Но нельзя допустить одного – возможностей для создания региональных партий, в том числе в национальных республиках. Это – прямой путь к сепаратизму. Такое требование, безусловно, должно предъявляться и к выборам глав регионов – тот, кто попытается опираться на националистические, сепаратистские и тому подобные силы и круги, должен быть незамедлительно, в рамках демократических и судебных процедур, исключен из выборного процесса.

ПРОБЛЕМА МИГРАЦИИ И НАШ ИНТЕГРАЦИОННЫЙ ПРОЕКТ

Сегодня граждан серьезно волнуют, а скажем прямо – раздражают, многие издержки, связанные с массовой миграцией – как внешней, так и внутрироссийской. Звучит и вопрос – не приведет ли создание Евразийского союза к усилению миграционных потоков, а значит, и к росту существующих здесь проблем. Считаю, что надо четко обозначить нашу позицию.

Во-первых, очевидно, что нам надо на порядок повысить качество миграционной политики государства. И мы будем решать эту задачу.

Нелегальная иммиграция никогда и нигде не может быть исключена полностью, но она должна и может быть, безусловно, минимизирована. И в этом плане – внятные полицейские функции и полномочия миграционных служб необходимо усилить.

Однако простое механическое ужесточение миграционной политики не даст результата. Во многих странах такое ужесточение приводит лишь к увеличению доли нелегальной миграции. Критерий миграционной политики заключается не в ее жесткости, а в ее эффективности.

В связи с этим должна быть предельно четко дифференцирована политика в отношении легальной миграции – как постоянной, так и временной. Что, в свою очередь, предполагает очевидные приоритеты и режимы благоприятствования в миграционной политике в пользу квалификации, компетентности, конкурентоспособности, культурной и поведенческой совместимости. Такая «положительная селекция» и конкуренция за качество миграции существуют во всем мире. Излишне говорить и о том, что такие мигранты интегрируются в принимающее общество намного лучше и легче.

Второе. У нас достаточно активно развивается внутренняя миграция, люди едут учиться, жить, работать в другие субъекты Федерации, в крупные города. Причем это полноправные граждане России.

Вместе с тем тот, кто приезжает в регионы с другими культурными, историческими традициями, должен с уважением относиться к местным обычаям. К обычаям русского и всех других народов России. Всякое другое – неадекватное, агрессивное, вызывающее, неуважительное – поведение должно встречать соответствующий законный, но жесткий ответ, и в первую очередь со стороны органов власти, которые сегодня часто просто бездействуют. Надо посмотреть, все ли необходимые для контроля такого поведения людей нормы содержатся в Административном и Уголовном кодексах, в регламентах органов внутренних дел. Речь идет об ужесточении права, введении уголовной ответственности за нарушение миграционных правил и норм регистрации. Иногда достаточно предупредить. Но если предупреждение будет опираться на конкретную правовую норму, оно будет более действенно. Его правильно поймут – не как мнение отдельного полицейского или чиновника, а именно как требование закона, одинакового для всех.

Во внутренней миграции также важны цивилизованные рамки. В том числе это необходимо для гармоничного развития социальной инфраструктуры, медицины, образования, рынка труда. Во многих «миграционно привлекательных» регионах и мегаполисах эти системы уже сейчас работают на пределе, что создает достаточно сложную ситуацию как для «коренных», так и для «приезжих».

Считаю, что следует пойти на ужесточение правил регистрации и санкций за их нарушение. Естественно, не ущемляя конституционных прав граждан на выбор места жительства.

Третье – это укрепление судебной системы и строительство эффективных правоохранительных органов. Это принципиально важно не только для внешней иммиграции, но, в нашем случае, и для внутренней, в частности миграции из регионов Северного Кавказа. Без этого никогда не могут быть обеспечены объективный арбитраж интересов различных сообществ (как принимающего большинства, так и мигрантов) и восприятие миграционной ситуации как безопасной и справедливой.

Более того, недееспособность или коррумпированность суда и полиции всегда будут вести не только к недовольству и радикализации принимающего мигрантов общества, но и к укоренению «разборок по понятиям» и теневой криминализованной экономики в самой среде мигрантов.

Нельзя допустить, чтобы у нас возникли замкнутые, обособленные национальные анклавы, в которых часто действуют не законы, а разного рода «понятия». И в первую очередь нарушаются права самих мигрантов – как со стороны собственных криминальных авторитетов, так и коррупционеров от власти.

Именно на коррупции расцветает этническая преступность. С правовой точки зрения преступные группировки, построенные по национальному, клановому принципу, ничем не лучше обычных банд. Но в наших условиях этническая преступность является проблемой не только криминальной, но и проблемой государственной безопасности. И к ней надо соответствующим образом относиться.

Четвертое – это проблема цивилизованной интеграции и социализации мигрантов. И здесь вновь необходимо вернуться к проблемам образования. Речь должна идти не столько о нацеленности образовательной системы на решение вопросов миграционной политики (это далеко не главная задача школы), но прежде всего о высоких стандартах отечественного образования как такового.

Привлекательность образования и его ценность – мощный рычаг, мотиватор интеграционного поведения для мигрантов в плане интеграции в общество. Тогда как низкое качество образования всегда провоцирует еще большую изоляцию и закрытость миграционных сообществ, только теперь уже долгосрочную, на уровне поколений.

Нам важно, чтобы мигранты могли нормально адаптироваться в обществе. Да, собственно, элементарным требованием к людям, желающим жить и работать в России, является их готовность освоить наши культуру и язык. Со следующего года необходимо сделать обязательным для приобретения или продления миграционного статуса экзамен по русскому языку, по истории России и русской литературе, по основам нашего государства и права. Наше государство, как и другие цивилизованные страны, готово сформировать и предоставить мигрантам соответствующие образовательные программы. В ряде случаев требуется обязательное дополнительное профессиональное обучение за счет работодателей.

И, наконец, пятое – это тесная интеграция на постсоветском пространстве как реальная альтернатива неконтролируемым миграционным потокам.

Объективные причины массовой миграции, и об этом уже говорилось выше, – колоссальное неравенство в развитии и условиях существования. Понятно, что логичным способом если не ликвидации, то хотя бы минимизации миграционных потоков, было бы сокращение такого неравенства. За это ратует огромное количество разного рода гуманитарных, левых активистов на Западе. Но, к сожалению, в глобальном масштабе эта красивая, этически безукоризненная позиция страдает очевидным утопизмом.

Однако нет никаких объективных препятствий для того, чтобы реализовать эту логику у нас, на нашем историческом пространстве. И одна из важнейших задач евразийской интеграции – создать для народов, миллионов людей на этом пространстве возможность достойно жить и развиваться.

Мы понимаем, что не от хорошей жизни люди уезжают за тридевять земель и зачастую далеко не в цивилизованных условиях зарабатывают себе и своей семье возможность человеческого существования.

С этой точки зрения задачи, которые мы ставим и внутри страны (создание новой экономики с эффективной занятостью, воссоздание профессиональных сообществ, равномерное развитие производительных сил и социальной инфраструктуры на всей территории страны), и задачи евразийской интеграции – это ключевой инструмент, благодаря которому можно ввести миграционные потоки в нормальное русло. По сути, с одной стороны, направить мигрантов туда, где они будут в наименьшей степени вызывать социальное напряжение. А с другой – чтобы люди в своих родных местах, на своей малой родине могли чувствовать себя нормально и комфортно. Надо просто дать возможность людям работать и нормально жить у себя дома, на родной земле, возможность, которой они сейчас во многом лишены. В национальной политике нет и не может быть простых решений. Ее элементы рассыпаны во всех сферах жизни государства и общества – в экономике, социалке, образовании, политической системе и внешней политике. Нам надо выстроить такую модель государства, цивилизационной общности с таким устройством, которая была бы абсолютно равно привлекательна и гармонична для всех, кто считает Россию своей Родиной.

Мы видим направления предстоящей работы. Понимаем, что у нас есть исторический опыт, которого нет ни у кого. У нас есть мощная опора в менталитете, в культуре, в идентичности, которой нет у других.

Мы будем укреплять наше «историческое государство», доставшееся нам от предков. Государство-цивилизацию, которое способно органично решать задачу интеграции различных этносов и конфессий.

Мы веками жили вместе. Вместе победили в самой страшной войне. И будем вместе жить и дальше. А тем, кто хочет или пытается разделить нас, могу сказать одно – не дождетесь…

«Независимая Газета», 23.01.2012

// Дело о хищении почти 200 млн рублей направлено в суд

В Ленинский районный суд Владикавказа направлено уголовное дело об ограблении местного филиала Банка Москвы. Четырех подозреваемых обвиняют в том, что 1 марта прошлого года они совершили налет на хранилище банка и вынесли 199 млн руб. Как выяснилось в ходе следствия, наводчиками стали две сотрудницы банка.

Напомним, что в семь часов вечера 1 марта 2011 года двое вооруженных людей в масках проникли в хранилище владикавказского филиала Банка Москвы и, угрожая оружием сотрудникам, похитили в общей сложности 199 млн руб. После этого они скрылись на белом ВАЗ-2107.

Прибывшая через несколько минут после происшествия оперативная группа милиции обнаружила связанного охранника и перепуганных сотрудниц банка. По словам оперативника, принимавшего участие в расследовании преступления, по характеру налета стало понятно, что у разбойников были сообщники среди банковских служащих. В частности, подозрения у оперативников вызвало время налета — за несколько минут до закрытия хранилища на ночь. Обычно хранилище бывает заблокировано даже днем, но именно в тот вечер кассирша банка Илона Ходова спустилась в него, чтобы, по ее словам, исправить ошибку, допущенную в составлении финансового документа: она выписала чек на $650 вместо 650 руб. Вопреки требованиям безопасности, госпожа Ходова не закрыла за собой двери хранилища, и как раз в это время двое грабителей оказались в помещении банка. Уже утром следующего дня Илона Ходова дала признательные показания. Она созналась, что вместе со своей подругой Мариной Пуховой, другой сотрудницей, координировала действия двух своих подельников Тимура Бекузарова и Сослана Джанаева. Когда она спустилась в хранилище, говорится в деле, то отправила им SMS, в котором сообщила, что можно начинать действовать. Бекузаров и Джанаев, знакомые Ходовой и Пуховой, дежурили в это время в двух десятках метров от здания банка и, получив сообщение, подъехали прямо под окно, находящееся напротив хранилища. Достав пистолеты, они обезвредили не ожидающую нападения охрану, а после этого стали выносить мешки с деньгами. В том, что деньги в хранилище есть, они были уверены — Илона Ходова и Марина Пухова сообщили им, что поступила крупная сумма, предназначенная для перевода в Южную Осетию на выплату зарплат бюджетникам и пенсионерам. По данным милиции, в день ограбления деньги должны были забрать южноосетинские инкассаторы, однако по каким-то причинам сделать это они не смогли и перенесли инкассацию на следующее утро.

Когда Тимур Бекузаров и Сослан Джанаев оказались в хранилище, они стали выносить мешки с деньгами и выкидывать их в окно — туда, где стояла машина. Через несколько минут, поняв, что вот-вот может нагрянуть милиция, они выскочили в окно, погрузили деньги в машину и скрылись. В суматохе грабители выронили мешок с 1 млн руб. тысячными купюрами, но возвращаться за ним не стали, видимо, посчитав, что это может быть рискованно.

Уже через три дня после ограбления благодаря признательным показаниям Илоны Ходовой и Марины Пуховой были задержаны Тимур Бекузаров и Сослан Джанаев. Их взяли дома у Джанаева. Там же сыщики нашли и большую часть похищенной суммы — 150 млн руб. Остальные деньги, как выяснилось, преступники небольшими суммами спрятали у своих знакомых. Однако в конечном итоге банку было полностью возвращено все похищенное. Подвести итоги успешной операции в Северную Осетию приехал министр внутренних дел России Рашид Нургалиев, сказавший, что «осетинские сотрудники показали пример, как должна работать полиция (к этому моменту милиционеры уже стали полицейскими.— «Ъ»)».

В минувшую пятницу в МВД Северной Осетии «Ъ» сообщили, что Илоне Ходовой, Марине Пуховой, Тимуру Бекузарову и Сослану Джанаеву предъявлены обвинения по двум статьям УК РФ — «Разбой» (ст. 161) и «Незаконное хранение оружия» (ст. 222). Первый заместитель прокурора Северной Осетии Аслан Черчесов направил уголовное дело в Ленинский районный суд Владикавказа. По предварительным данным, его рассмотрение начнется уже в самое ближайшее время.

Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ,
«Коммерсантъ», 16.01.2012

Около 15 часов в среду в приграничном с Ингушетией селении Чермен Пригородного района Северной Осетии сотрудники МВД и ФСБ провели спецоперацию, в ходе которой был убит 28-летний Руслан Кодзоев. Как рассказали в одном из силовых ведомств республики, к ним поступила оперативная информация о том, что числившийся в федеральном розыске уроженец Ингушетии Кодзоев укрывается в одном из домов селения Чермен, в котором смешанно проживают осетины и ингуши. Домовладение, на которое указал источник, находилось на ингушской стороне селе. Скорее всего, Руслан Кодзоев скрывался у своих дальних родственников. Правда, точно говорить об этом силовики пока отказываются.

Как только поступила информация о вероятном нахождении Кодзоева, из Владикавказа выехало несколько групп спецназа МВД и ФСБ, которые заблокировали дом и три прилегающие к нему улицы. Практически сразу руководство местного УФСБ заявило о введении режима КТО в этой части села. Тогда же окружившие дом потребовали у Руслана Кодзоева сдаться, однако в ответ прозвучало несколько пистолетных выстрелов. Спецназовцы открыли ответный огонь, но не смогли причинить вреда боевику. Видимо, поняв, что сопротивляться бессмысленно, Кодзоев решил вырваться из окруженного дома через прилегающий к нему большой огород, но уже на выходе из хозяйственных пристроек, получил несколько пуль в живот и умер на месте.

Как стало известно Ъ, Руслан Костоев был признан без вести пропавшим в начале прошлого года. Одно время его даже считали мертвым, пока в лесах Ингушетии при одном из уничтоженных боевиков не были обнаружены документы на его имя. Следствие выяснило, что реальный Руслан Кодзоев жив и состоит в одной из банд, действующих на территории Ингушетии и Чечни. Более того, Оперативный штаб в Северной Осетии распространил информацию о причастности Кодзоева к организации взрыва на центральном рынке Владикавказа 9 сентября 2010 года. Правда, ранее в списках подозреваемых его имя не фигурировало. Помимо пистолета, из которого отстреливался боевик, с места происшествия изъяты два «пояса смертника». По словам сотрудников пресс-службы УФСБ по Северной Осетии, есть информация о том, что Руслан Кодзоев готовил «диверсионно-террористические акты против представителей правоохранительных структур».

Стоит отметить, что режим контртеррористической операции вчера был введен в Северной Осетии в первый раз. До этого силовики при задержании преступников обходились обычным оцеплением, как в случае с попыткой задержания, а затем уничтожения убийцы народного поэта Северной Осетии Шамиля Джигкаева Давида Мурашева. Хотя тогда бой шел практически в центре Владикавказа с привлечением бронетехники.

Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ, фото автора
«Коммерсантъ-Online», 12.01.2012

// Президента республики определит второй тур

В Южной Осетии подвели итоги выборов президента и референдума по статусу русского языка. Русский язык получил статус государственного, а президента определит второй тур: в него вышли Анатолий Бибилов и Алла Джиоева. С подробностями из Цхинвала — спецкор «Ъ» ОЛЬГА АЛЛЕНОВА.

То, что выборы не закончатся одним туром, стало ясно вечером в воскресенье, когда штабы стали публиковать данные экзит-пола. Из них следовало, что во второй тур выходят глава МЧС Анатолий Бибилов и экс-министр образования Алла Джиоева. В два часа ночи глава ЦИКа Белла Плиева огласила первые результаты: Алла Джиоева немного опережает Анатолия Бибилова. В итоге же Анатолий Бибилов и Алла Джиоева набрали соответственно 25,44% и 25,37% голосов.

В штабах проигравших кандидатов иронизировали, что всю ночь ЦИК и руководство республики решали, кому отдать первенство — ни Анатолий Бибилов, ни Алла Джиоева руководство республики, похоже, не устраивали, и оно ставило на других кандидатов. Однако, как заявил «Ъ» один из местных политиков, теперь перед угрозой победы госпожи Джиоевой власти вынуждены будут по-настоящему помогать господину Бибилову.

На вопрос, как им может помочь президент Южной Осетии, в штабе Бибилова «Ъ» ответили: лучшая помощь от него — «не поддерживать». О том, что именно декларативная поддержка со стороны президента помешала Анатолию Бибилову, в республике говорят многие. В этом убежден и экс-спикер парламента Станислав Кочиев. По его словам, в республике сильны протестные настроения, вызванные срывом восстановительных работ и бесправным положением жителей.

В штабе же Аллы Джиоевой считали нарушения, зафиксированные на участках. Больше всего их волновал Ленингорский район — там многие голосовали не по паспортам Южной Осетии, а по так называемой форме 2-а. Дело в том, что большинство жителей района имеют только грузинские паспорта. «Эти люди родились и выросли в Ленингорском районе, и мы не можем отказать им в гражданстве из-за отсутствия у них наших паспортов»,— заявила «Ъ» глава ЦИКа Белла Плиева.

В то же время гражданам Южной Осетии, имеющим ее паспорта, но проживающим в Северной Осетии, в голосовании, по сути, было отказано: участки в Северной Осетии не открыли, а ехать в Южную Осетию по зимней дороге решились немногие. Из 16 тыс. до избирательных урн добралось меньше 1 тыс. человек.

В штабе Анатолия Бибилова сетуют, что это отняло у их кандидата несколько тысяч голосов. По официальной версии, закон Южной Осетии предполагает открытие участков только там, где есть посольства республики, то есть в Москве и Сухуме. Но прежде закон не мешал голосованию и в Северной Осетии. Алла Джиоева признала «Ъ», что у «огромного количества избирателей отняли право выбора».

Ключевой вопрос на ближайшие две недели — кого поддержат кандидаты, не вышедшие во второй тур. Вадим Цховребов, Алан Котаев, Дмитрий Тасоев и Георгий Кабисов набрали от 7% до 9% голосов — именно за их поддержку будут бороться фавориты гонки. Соратник Аллы Джиоевой экс-министр обороны Анатолий Баранкевич заверил «Ъ», что кандидаты Цховребов и Тасоев, скорее всего, поддержат Аллу Джиоеву — они резко оппозиционны по отношению к власти. Оставшиеся, по его словам, к власти лояльны, но если они поддержат Анатолия Бибилова, то навредят ему, показав, что власть на его стороне.

Эксперты считают, что при подготовке ко второму туру Анатолию Бибилову придется труднее — ему предстоит учесть допущенные ошибки: отказ от теледебатов и мягкую риторику в отношении власти. А вот кандидату Джиоевой, по мнению экспертов, ничего менять не надо: образ «Сталина в юбке» востребован избирателем.

Впрочем, сам господин Бибилов заявил «Ъ»: «Успех Аллы обеспечил протестный электорат, которому нравится ее радикальное поведение, но наше поведение останется прежним: надо объединять общество, нельзя допускать радикализма — Осетия его не переживет». А Алла Джиоева заверила корреспондента «Ъ»: «Мы пойдем до конца и победим».

 «Коммерсантъ», 15.11.2011

// Через две недели республику ждут новые выборы

Выборы в Южной Осетии, которые прошли в минувшее воскресенье, как мы и полагали, преподнесли сюрприз. Странности с республикой начались буквально сразу, как только осетины занялись демократией. Сначала решительно всю страну засыпало снегом (ноябрьскую метель здесь не помнит никто). А потом женщина при всем честном кавказском народе чуть не одолела мужчину.

И все эти стихийные и феминистские бедствия свалились на несчастную голову министра МЧС Южной Осетии Анатолия Бибилова. Именно ему, боевому генералу, венценосному обладателю высочайшего одобрения Москвы, очень больно на пятки наступила бывшая учительница Алла Джиоева. Голоса лидеров распределились интригующе – 25,44% против 25,37%. А это значит, что Южной Осетии через 2 недели предстоит участвовать во втором раунде президентских выборов, где решится не только кто станет президентом, но и кто будет распределять российские финансовые потоки, полноводными реками вливающиеся в республику.

 Выборы в маленькой стране (избирателей всего-то 35 тысяч) – трогательное зрелище. Поскольку все друг друга знают, голосуют вот так. Например, заезжаем в СИЗО – к избирательной урне приводят заключенного. Тот входит в комнату для голосования с радостным «Ха!» и чуть ли не обнимается с начальником тюрьмы…

 - Как ты, дорогой? – улыбается начальник. – Как здоровье?

 - Спасибо, дорогой! (Начинается светский кавказский разговор.)

 - Гала, я твою хитрющую семейку знаю, вы вечно мухлюете! Только попробуй за своего родственника лишнюю бумажку нарисовать, – вдруг кричит одна наблюдательница другой.

 А мы, честно говоря, осетинам… завидовали. При нас 11 зорких наблюдателей по-настоящему стояли на страже честных выборов – поднимали базарный хай при первом подозрении и пересчитывали бюллетени раз по пять!

Когда верстался этот номер, в Цхинвале массово пекли вкуснейшие пироги. Люди, говорившие всего сутки назад, что поверят в свободные выборы только при втором туре, воодушевлены. Они почувствовали себя избирателями.

 Но расклад для выбора получается непростой. На первый взгляд, больше шансов имеет Анатолий Бибилов, в чью поддержку однозначно высказывалась Москва. У него красивые лозунги про воссоединение с Россией (здесь этой идеей все буквально больны – недаром на параллельном с выборами референдуме об официальном статусе русского языка за него проголосовало 84% населения). И – наведение порядка с использованием российских денег.

 Но, как поговаривают эксперты, генерала подвела открытая поддержка… нынешнего главы республики Эдуарда Кокойты. Цхинвальская нищета, развороченные «восстановителями» дороги породили такое мощное протестное голосование, что его соперница – экс-министр образования Алла Джиоева имеет все шансы одолеть генерала. У «претендентши» есть мощный козырь – ее поддерживает кумир местных спортсменов тренер сборной России по вольной борьбе Дзамболат Тедеев, снятый с регистрации со скандалом и пальбой. И «тяжелая артиллерия» – герой пятидневной войны в августе 2008-го экс-министр обороны Баранкевич, который лично подбил танк, чью башню до сих пор не могут вытащить из тротуара центральной улицы.

 И все-таки мало кто верит, что в Южной Осетии восторжествует матриархат – традиции слишком сильны. «Женщина-президент? На Кавказе это исключено», – с иронией заметил Эдуард Кокойты. Но он вполне может ошибиться…

Нигина БЕРОЕВА, Владимир ВОРСОБИН,
«Комсомольская правда», 15.11.2011

// Кандидат от Кремля не смог в первом туре выиграть выборы президента Южной Осетии

На выборах президента Южной Осетии произошли целых две сенсации. Во-первых, они, вопреки многочисленным прогнозам, прошли честно, без серьезных подтасовок и фальсификаций. Во-вторых, кандидат от местной «партии власти», симпатии к которому недвусмысленно выражала Москва, не смог победить в первом туре.

Из 11 кандидатов в президенты больше всего голосов набрали бывший глава МЧС Южной Осетии Анатолий Бибилов (25,44%) и экс-министр образования Алла Джиоева (25,37%). Причем, по ходу подсчета голосов, Джиоева, представляющая местную оппозицию, опережала своего соперника на 0,8%. Из победительницы первого тура она стала проигравшей только в результате подсчета голосов на одном из участков Цхинвали. Бибилову не помогла ни ставшая уже легендарной в республике приветственная телеграмма Владимира Путина, которую с трибуны форума в поддержку этого кандидата в президенты зачитал председатель комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев, ни настойчивые уверения нынешнего президента Южной Осетии Эдуарда Кокойты в том, что экс-глава МЧС – «его» кандидат. Скорее, все эти усилия возымели обратный эффект.

Перед угрозой победы ставленника Кокойты югоосетинская оппозиция вынуждена была быстро прийти в себя после чувствительного поражения – отказа ЦИК Южной Осетии зарегистрировать в качестве кандидата в президенты популярного в республике политика, Дзамболата Тедеева. Оппозиционеры забыли о былых разногласиях и сделали ставку на одну фигуру – Джиоеву, прежде не относившуюся к числу «раскрученных» оппозиционных политиков.

Среди призывавших голосовать за нее был и Анатолий Баранкевич, бывший глава Совета безопасности республики, герой августовской войны 2008 года. Результат превзошел ожидания: за бывшего министра образования проголосовал весь обширный «протестный» югоосетинский электорат. А поводов для недовольства нынешней властью у жителей Южной Осетии более чем достаточно. С момента окончания войны республика так и не восстановлена до конца, несмотря на выделенные ей внушительные ассигнования.

Второй тур выборов пройдет 27 ноября. Ожидается, что борьба в нем будет гораздо более жесткой, чем в первом. Если победителем окажется Бибилов, ему придется считаться с оппозицией, так наглядно продемонстрировавшей свою силу на выборах. Если же победит Джиоева, то в Южной Осетии сложится уникальная для Кавказа ситуация: главой государства станет не только бывший оппозиционер, пришедший к власти на выборах, но и женщина.

Константин НИКОЛАЕВ,
«Новые Известия», 15.11.2011

Причем последняя чуть побеждает, набирая меньше 25%, Бибилов – проигрывает ей, опровергая заказные «опросы» «медиа-центров», «школ экономики» и «прогнозы» своего друга Дмитрия Медоева (по последним не окончательным данным, Анатолий Бибилов получил 25,44%; Алла Джиоева – 25,37% – ИА REGNUM). Силовик-мужчина против женщины, олицетворяющей просвещение?… Политическая история Южной Осетии расцвечивается новыми символическими фигурами.

Что показала эта кампания по выборам президента РЮО? На первый взгляд, ничего хорошего. Югоосетинское общество погружено в апатию и депрессию, в целом характерные для североосетинских братьев. «От нас ничего не зависит», «в Москве уже все решили», «а что мы можем сделать», «пусть придет кто угодно, лишь бы не осталась действующая власть» – эти и подобные стенания можно было услышать от большинства жителей республики, три года назад выстоявших в «пятидневной войне» и получивших наконец долгожданное признание со стороны братской великой державы – России.

«Раз Москва поставила на Бибилова – значит, будет Бибилов…», – уныло говорили как политики, так и рядовые граждане, и это единодушие пугало. Когда, каким образом менталитет победителей, выдержавших двадцать лет борьбы с грузинским фашизмом, бедствий и разрухи, сделавших то, что порой не под силу и куда более многочисленным народам, сменился пассивностью и унынием? Таким вопросом задавались российские аналитики, болеющие за происходящее в братской Южной Осетии. Сегодня мы получили ответ.

Осетия победителей не сдалась и никуда не делась! Народ отказался голосовать по указке сверху. Югоосетинское общество выдержало экзамен на политическую зрелость.

Но какой ценой? Ведь тысячи голосов, отданные за Аллу Джиоеву (а цхинвальцы прекрасно осведомлены не только о положительных, но и об иных сторонах этого кандидата) – это протестное голосование. Нынешняя власть, не сумевшая проложить по городу банальные коммуникации, превратившая некогда уютный Цхинвал (да-да, я помню, что была война, и все-таки!) в какой-то кошмар, непригодный ни для житья, ни даже для временного пребывания, полностью утратила доверие граждан. Отчасти потеряли его и те, кто, сидя за тысячи километров в уютных кабинетах с круглосуточной горячей водой и электричеством, всемерно поддерживал эту власть, годами не спрашивая отчета о зарытых в землю миллиардах рублей российской помощи.

Российские чиновники, которые упорно, не считаясь с общественным мнением, насилием и огромными «черными» деньгами продавливали кандидатуру Бибилова, мягко говоря, не очень-то благоволили Осетии. Потому что по итогам этого давления меняется отношение к самой России. Презрение к выбору избирателей, высокомерная уверенность в том, что «как мы сказали, так и будет» уже крупно подвела «Москву» (в кавычках, потому что к настоящей Москве, стратегическому партнеру Южной Осетии, эта публика не имеет никакого отношения) в абхазской кампании 2004 года. Тогда абхазы, настроенные к России вполне доброжелательно, твердо сказали «Москве», что сами знают, кому быть их президентом. И как сказали, так и поступили! Обидно, что московские чиновники не сделали из этого никаких выводов и тупо повторили прошлые ошибки. Отрадно, что осетины достойно ответили на вызов.

А технические итоги – почему в выборах участвовало столь огромное количество кандидатов, из каких соображений «Москва» зациклилась именно на Бибилове, что было и чего не было в предвыборных программах – подведем немного позже. Уже ясно, что кампания-2011 вошла в историю, а значит, есть время не спеша и тщательно разобраться с этим историческим событием, к которому все мы так или иначе оказались причастны.

Димитрий ГАРМ, конфликтолог, эксперт аналитического центра «Русский путь»
ИА REGNUM, 14.11.2011

// В Северной Осетии в особом порядке осудили участника ингушской бандгруппы

Всего сутки потратил Верховный суд Северной Осетии, чтобы рассмотреть многотомное дело Умара Дзаурова, входившего в бандгруппу «Ачалукская», которая совершила в сентябре прошлого года теракт на Центральном рынке Владикавказа.

Расследованное СКР дело Умара Дзаурова, обвиняемого по ч. 2 ст. 209 (бандитизм), ч. 2 ст. 210 (участие в преступном сообществе), ст. 317 (посягательство на жизнь военнослужащих), ч. 3 ст. 222 (незаконный оборот оружия, совершенный организованной группой) УК РФ, поступило в Верховный суд Северной Осетии осенью этого года. 25 октября по нему прошли предварительные слушания. 2 ноября все 33 тома дела суд рассмотрел по существу, после чего судья удалился на вынесение приговора. Вчера Дзауров, признанный виновным по всем вышеперечисленным статьям УК, был осужден на 16 лет колонии строгого режима.

Как пояснили «Ъ» в Верховном суде республики, столь рекордное по срокам рассмотрение было проведено, поскольку подсудимый Дзауров полностью признал свою вину, заключил досудебное соглашение о сотрудничестве, а сам процесс проходил без судебного следствия.

В СКР сообщили, что Дзауров являлся активным участником бандгруппы «Ачалукская», которая структурно входила в состав преступного сообщества «Вилайят Галгайче», а тот, в свою очередь, являлся частью «Имарата Кавказ» Доку Умарова. Не без участия последнего «ачалукскими» был подготовлен и осуществлен с помощью террориста-смертника взрыв 9 сентября 2010 года на Центральном рынке Владикавказа, жертвами которого стали 19 человек, а еще более 200 получили ранения. Непосредственного участия в подрыве рынка ранее не судимый и не работающий уроженец Ингушетии Дзауров не принимал. Зато вместе с другими боевиками совершил несколько тяжких преступлений на территории Ингушетии. В частности, ее участников обвиняют в обстрелах жилого дома, поста ДПС недалеко от ингушского селения Яндаре, пограничной заставы и пр.

Отметим, что Умар Дзауров стал вторым из «ачалукских» боевиков, осужденных в Осетии в особом порядке. В октябре на 16 лет в колонию строгого режима суд определил Ибрагима Даурбекова (суд над ним занял несколько дней). Оглашая последнему приговор, судья подчеркнул, что «Даурбеков способствовал раскрытию преступлений, совершенных в составе вооруженной банды, помог изобличить семь участников банды, а также то, что он лично не участвовал в совершении теракта во Владикавказе».

По данным СКР, из 12 участников бандгруппы «Ачалукская», арестованных по делу, 8 заключили соглашения о сотрудничестве и также будут осуждены в особом порядке. Признавать свою вину не стали только лидеры банды, которых в итоге и обвинили в организации громкого теракта на рынке.

Николай СЕРГЕЕВ,
«Коммерсантъ», 12.11.2011

Фото: Владимир Иванов / Коммерсантъ

На нынешнем российско-корейском форуме стороны планировали обсудить «темы, касающиеся разработки инновационных и креативных идей». Но процесс этот с самого начала не задался. Москва и Сеул, как писал «Ъ», собирались подписать в Санкт-Петербурге программу партнерства в области модернизации и инновационного развития, однако не успели согласовать документ к саммиту.

Тем не менее после вчерашних переговоров стороны обменялись амбициозными обещаниями, и некоторые из них были даже подкреплены соглашениями. Так, Сеул пообещал вложить около $1 млрд в Северный Кавказ. Об этом говорится в соглашении, подписанном корейскими компаниями Korea Western Power и CHT Korea с российской госкомпанией «Курорты Северного Кавказа» (КСК). В соответствии с ним планируется создание российско-корейского совместного предприятия, в котором 50% будет у КСК, 40% — у Korea Western Power, 10% — у CHT Korea. Инвестировать корейская сторона собирается в строительство пяти электростанций для Северо-Кавказского туристического кластера, а начнет она это делать после того, как СП будет официально зарегистрировано. Произойти это должно уже в ближайшее время…

«Коммерсантъ», 03.11.2011

На снимке: Дмитрий Медведев и Ли Мён Бак (слева). Фото: Александр Миридонов /  Коммерсантъ

На баннер приезжают посмотреть со всего Цхинвала. Его установили на улице Московской, на фасаде кафе «Чебурашка», что, с одной стороны, придало ситуации дополнительный комизм, с другой – окончательно запутало жителей города. Цхинвальцы привыкли к портретам Медведева и Путина на улицах. Кое-где можно столкнуться и с образом Эдуарда Кокойты. Но почему эти три привычных фигуры вдруг оказались в одной компании с Бараком Обамой, Нурсултаном Назарбаевым и Виктором Януковичем, – для всех остается загадкой. Не совсем понятен и резюмирующий слоган, обрамляющий лики президентов, – «Великие сыны Бога в Книге жизни».

Портреты помещены на фоне неба, они как бы парят над облаками.

Я узнала, что заказчиком бесподобного баннера является владелец кафе  «Чебурашка» предприниматель Олег Козаев. С ним поговорить не удалось, но у общих знакомых выяснила, что Олег активно посещает собрания какой-то религиозной группы и увлекается политикой. Отсюда, видимо, сочетание двух тем – политики и духовности. Политиков владелец кафе выбирал, исходя из личных предпочтений. Баннер установили накануне дня рождения президента Южной Осетии Эдуарда Кокойты. Поскольку цхинвальские улицы вокруг «Чебурашки» изрядно перекопаны, некоторые прохожие, глядя на баннер, не могут скрыть своей досады: «Кому это пришло в голову президента Кокойты чуть ли не святым изобразить?»

 Бывший спикер парламента Южной Осетии Станислав Кочиев сказал мне, что столь откровенное «обожествление» президента Южной Осетии переходит все грани приличия.

Станислав КОЧИЕВ: «Приспешники Кокойты хватили через край. У меня слов нет!»

Жанна ТАРХАНОВА: «Мне кажется, что это с издевкой сделано».

Станислав КОЧИЕВ: «Если был бы подтекст такой, с издевкой, давно бы уже сняли. Если власть знает о существовании этого плаката и допустила его размещение, то, действительно, жалко народ, который десять лет живет под его властью и до сих пор не раскусил, кто им управлял».

 Жительница Цхинвала Зинаида полагает, что без разрешения Эдуарда Кокойты плакат с такой надписью не мог бы появиться:

 «Утверждать не могу. Но обычно такие вещи не делаются без ведома руководства».

 Молодой парень по имени Алан считает, что это и потеха, и стыдоба одновременно:

 «Ничего, кроме смеха, у нас это не вызывает. Нас позорят перед всем миром такими лозунгами. Это нереально. Стыдно, конечно. Это неправильно».

 Другие собеседники смеялись: может быть, говорили они, авторы баннера вознесли президентов над облаками в надежде на то, что их страны признают независимость маленькой, но гордой Южной Осетии, жители которой способны распознать божественную сущность земных владык.

Жанна ТАРХАНОВА,
«Эхо Кавказа», 2.11.2011

// Конфликт в Пригородном районе по-прежнему в замороженном состоянии

В Северной Осетии и Ингушетии вспоминают события девятнадцатилетней давности — осетино-ингушский конфликт 1992 года. Корреспондент «МН» прошел по улицам, которые были полем боя, и побывал на единственной в стране административной границе, до сих пор напоминающей границу двух разных государств.

Стрелять начали ночью с 30 на 31 октября 1992 года: вооруженные группы из Ингушетии вторглись на территорию Северной Осетии. Вспыхнул весь Пригородный район, полукольцом охватывающий с востока Владикавказ. 1 ноября Кремль ввел в зону конфликта войска, 2-го объявил чрезвычайное положение.

До депортации ингушей в 1944 году Пригородный район относился к Чечено-Ингушетии, но после реабилитации высланных народов в 1957 году не вернулся в ее состав. А ингуши в район возвращались. В качестве компенсации Чечено-Ингушетия получила тогда три ставропольских района севернее Терека. Но в 1992-м Чечня существовала отдельно от Ингушетии, и эти районы остались за Чечней. В 1992-м Верховный совет РФ обсуждал закон о реабилитации репрессированных народов, в том числе территориальной. Часть ингушских лидеров сочла, что пришло время осуществить ее на практике.

Пригородный район остался за Северной Осетией, а ингушские беженцы через несколько лет начали возвращаться. Многие села Пригородного снова смешанные или даже преимущественно ингушские. Но конфликт не исчерпан. Официальной оценки войны 1992 года до сих пор нет. Драму тех дней в Ингушетии считают геноцидом ингушей, в Северной Осетии — войной против осетин с целью захвата земель Пригородного района.

Нынешний глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров сам из Пригородного, он почти каждый день ездит из Ингушетии домой. Граница двух республик стала гораздо прозрачнее, но это все равно рубеж, по обе стороны которого два недружелюбных друг к другу мира.

В 2009 году главы Ингушетии и Северной Осетии подписали программу действий по развитию добрососедских отношений. «С 1992-го таких программ и договоров было подписано больше 180. Ни один документ не принес результатов, — считают в ингушском отделении правозащитного центра «Мемориал». — Если бы не исключительные отношения между главами, конфликт давно вспыхнул бы снова: достаточно бытовой ссоры».

Сергей из Октябрьского (Северная Осетия) все дни войны провел дома, помогая осетинским добровольцам. «Когда все началось, нам нечем было защищаться, — говорит он. — Мы просто стояли возле дома и смотрели на трассирующие пули над головой — ингуши обстреливали нас с другого берега. Наш дом защитила школа, иначе был бы как дуршлаг».

Сергея сильнее самого факта войны задело то, что ингуши, зная о нападении, уехали, никого не предупредив: «Ни один даже не намекнул! Я тогда на базаре работал, они всю выручку в тот день забрали и исчезли. Ученики-ингуши моей мамы, которая работала учительницей, не пришли на занятия. А ночью начались обстрелы».

В Октябрьское не вернулся почти никто из ингушей, живших здесь до войны. После конфликта для возвращения были закрыты села, где шли самые тяжелые бои: Терк, Октябрьское, Ир, Чермен, Камбилеевка. Местные жители рассказывают, что в 1992 году здесь творились страшные зверства. Возвращение ингушей создало бы опасность возобновления конфликта, поэтому официально оно откладывалось до восстановления «морально-психологического климата». Первые попытки возвращения — ингуши переставляли на окраины сел свои бытовки из лагерей беженцев — заканчивались поджогом бытовок.

Сейчас возвращаться в эти села разрешено, но реально вернувшихся единицы. Закрытыми остаются Терк, Южный, Чернореченское и Балта: они попали в так называемую водоохранную зону, откуда отселили всех, включая осетин. Ингушским семьям из этих сел пообещали участки за пределами зоны.

В Ингушетии осетинская версия событий непопулярна. Пострадавшими здесь считают себя. Бежавшие из Пригородного района рассказывают, какие ужасы пережили осенью 92-го и как живут уже 19 лет изгнанниками в собственной стране.

«Нас били, брали в заложники, я еле вырвалась из Владикавказа, — рассказывает Малкан Цорова, беженка, до сих пор живущая в Назрани в лагере беженцев, который официально называется «местом компактного проживания». — Сама я из осетинского поселка Мизур, но вернуться не могу, в моей квартире давно живут другие люди». В некоторых случаях ингушам удается отстоять право на жилплощадь в судах Северной Осетии, но далеко не всем.

В Ингушетии остается около 1600 беженцев без крова. Эта цифра должна говорить, что последствия конфликта преодолены: в графе возвращенных значится не менее 12 тыс. человек, остальные, по-видимому, обустроились в Ингушетии или в других регионах. Но несколько сотен семей все еще пытаются вернуться.

Еще важнее проблема принадлежности земли: хотя Ингушетия закрепила границы своих муниципалитетов, что, по сути, означает отказ от притязаний на Пригородный, для ингушей эта территория — Западная Ингушетия. Постпред Ингушетии в Москве Ваха Евлоев считает, что разумный выход — прозрачность региональных границ, чтобы они перестали иметь практическое значение. Для Осетии это едва ли приемлемо: здесь опасаются, что возвращение беженцев и без переноса границы сделает Пригородный район ингушским.

«Значительное количество ингушей вернулось, — рассказал «МН» Тамерлан Акиев, глава ингушского офиса «Мемориала». — Для тех, кто не мог вернуться непосредственно в родные места, выделена земля. Но до сих пор есть места, куда ингушей не пускают».

Осетинские жители центра пограничного села Чермен о возвращении беженцев даже разговаривать не хотят. Они спокойно, но со сталью в голосе говорят: «Их здесь не будет».

«Ингушский след» в Осетии склонны видеть в любом преступлении. Боевики, захватившие школу в Беслане, попали сюда из Ингушетии; у машины, взорвавшейся год назад у Центрального рынка во Владикавказе, были ингушские номера. В Ингушетии уверены, что «анонимные» силовики, проводящие операции, в результате которых пропадают жители, чья принадлежность к боевикам не всегда доказана, заезжают из Осетии. Все это нормализации отношений не способствует.

Сейчас ингуши в Осетии живут анклавами. Аслан Хадзиев, ингуш по национальности, житель села Дачное, подтверждает это: он вернулся еще в 1996-м, и у него около 3 тыс. ингушских соседей. Но почти все они учатся и работают в Ингушетии. «В Осетии перспектив у них практически нет», — говорит Хадзиев. Это парадокс: Ингушетия — один из лидеров по уровню безработицы.

Анастасия ЯМЩИКОВА,
«Московские новости», 2.11.2011

// В преддверии президентских выборов разговоры о воссоединении осетин носят спекулятивный характер

В последнее время опять участились разговоры о желании воссоединения осетинского народа в составе России. Об этом говорят и должностные лица Южной Осетии. Забегая вперед, сразу же оговорюсь: вокруг этой темы идут целенаправленные спекуляции, которые ничего общего не имеют с реальными процессами, которые протекают в Южной Осетии. Более того, отмечу, что по странному совпадению эта тема муссируется на фоне предвыборных процессов – 13 ноября в республике состоятся выборы президента.

Я хотел бы напомнить авторам и адептам этого «народного движения», и в первую очередь моим согражданам, о событиях августа 2008 года и признании государственной независимости Южной Осетии статьей 1 Указа президента России за № 2161 от 26 августа 2008 года: «Учитывая волеизъявление югоосетинского народа, признать Республику Южная Осетия в качестве суверенного и независимого государства».

Народ Южной Осетии искренне благодарен руководству Российской Федерации за эти исторические решения, которые в буквальном смысле спасли народ от физического уничтожения. Этот акт был важен и для России. Пять дней войны августа 2008-го перевернули сознание россиян, заставили переосмыслить многие вещи. Вся Россия затаив дыхание наблюдала за тем, что происходит в Южной Осетии и как будет реагировать на это власть Российской Федерации. Рейтинг власти и авторитет президента Дмитрия Медведева поднялись на невероятную высоту.

С принятием тех решений стало очевидно, что власть и граждане России единодушны в оценках происходящего и поддержали решение своего президента, а для нас важно то, что нас признала страна, которую мы считаем для себя исторически и духовно близкой. В результате этих событий изменился Кавказ, изменилась Россия, изменился мир.

С точки зрения политической перспективы, на мой взгляд, этот вопрос намного шире и глубже. Кажется, не все в полной мере ощущают то, насколько важно для наших стран признание независимости именно с исторической и правовой точек зрения.

Осетия находится с Россией в едином политическом, экономическом и культурно-историческом пространстве более двух с половиной веков. Однако именно подписанный 17 сентября 2008 года Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между нашими странами перевел эти отношения в область международного права и межгосударственных отношений, которые обязывают нас к вполне определенному поведению.

На сегодняшний день подписано более 50 межправительственных соглашений в самых широких областях сотрудничества. С признанием наша страна обрела не только свободу, но и взяла на себя серьезные обязательства, которые вытекают из подписанных документов.

Абсолютно убежден, что курс на расширение и углубление отношений с Российской Федерацией будет продолжен независимо от итогов президентских выборов в Южной Осетии. С этого пути сворачивать нельзя ни в коем случае, противное просто гибельно для нашего народа.

Что же касается вопроса воссоединения осетинского народа, могу ответить коротко: народ Южной Осетии на двух референдумах в 1992 и 2006 годах выразил свое отношение к своему будущему, избрав независимый путь развития своей страны! Не существует в мире такой инстанции, которая могла бы отменить волеизъявление народа.

В сегодняшнем развитии Южной Осетии вырисовывается такая национально-государственная конфигурация, которая снимает этот вопрос. Здесь я осмелюсь высказать совершенно, казалось бы, неожиданную мысль – признание независимости Южной Осетии само по себе уже является процессом объединения Осетии и ведет к реальному национальному единению разделенного этноса.

Мы стремимся к такому развитию, которое привело ту же Европу к стабильности и процветанию. Ведь на сегодняшний день у нас с Северной Осетией, как и в Европе, упрощенный режим пересечения границы, единая валюта, единое экономическое, информационное, культурное в полном смысле этого слова национальное пространство.

В пакете уже подписанных Соглашений, о котором я говорил, содержатся положения, которые снимают всякие ограничения для полноценного общения населения юга и севера Осетии, ведения хозяйственной деятельности, граница становится прозрачной, и мы заново начинаем ощущать себя единым целым.

Сегодня мы не чувствуем себя разделенным народом точно так же, как, скажем, немцы Австрии, Швейцарии и Германии. Хороший пример, почему ему не следовать? Нужно всячески закреплять это положение, наполнять содержанием.

Иная интерпретация этого вопроса не имеет под собой оснований, она из области фантазий наших недругов. До сих пор не стихают обвинения против России в так называемой оккупации, зачем давать повод и новые аргументы для этого? Ведь не секрет, что существует и другой подход к этому вопросу, который в комментариях не нуждается, – объединение Осетии вне России…

Поэтому я считаю, что сама постановка этого вопроса не только носит провокационный характер, более того, она незаконна – еще никто не отменил итоги референдума 2006 года о независимости! Почему в этом принимают участие государственные служащие Южной Осетии – трудно сказать, возможно, сказываются приближающиеся президентские выборы…

Со своей стороны, со всей определенностью хочу заявить: мы не будем разменивать нашу государственную независимость на то, чтобы через объединение с Северной Осетией стать частью субъекта Российской Федерации. Эта идея несостоятельна. Наш народ твердо намерен строить полноценное демократическое суверенное государство. Для нас независимость важнее всего.

Дмитрий МЕДОЕВ, Чрезвычайный и Полномочный Посол Южной Осетии в РФ,
«Независимая газета», 25.10.2011

// Потому что Минфин РФ не выделил дополнительного финансирования

Минфин отказался выделять дополнительные средства на создание в Южной Осетии российских информационно-культурных центров, предусмотренных соглашением, подписанным в апреле текеущего года главой МИД РФ Сергеем Лавровым. В министерстве финансов считают, что для строительства хватит средств, выделяемых российским бюджетом на социально-экономическое развитие республики и в рамках финансовой помощи. Однако тратить эти деньги на непредусмотренные бюджетом центры в республике не собираются.

Обменявшись нотами о вступлении в силу соглашения о взаимных безвизовых поездках граждан Южной Осетии и РФ, президент Южной Осетии Эдуард Кокойты и глава российского МИД Сергей Лавров договорились, в том числе, о создании в Москве и Цхинвали информационно-культурных центров. «В задачу центров будут входить различные программы гуманитарного, культурного и научно-технического характера, а также поддержка соотечественников за рубежом», — объяснял тогда Кокойты. По сведениям «Известий», под эту инициативу правительство РФ запрашивала у Министерства финансов дополнительное финансирование для республики, но ведомство решило, что предусмотренных федеральным бюджетом ассигнований должно хватить. Эту информацию подтвердили в Министерстве регионального развития РФ.

Закон о федеральном бюджете на 2011 год предусматривает выделение средств на социально-экономическое развитие республики в размере 2,5 млрд руб, а также финансовую помощь южноосетинскому бюджету в размере 6,85 млрд руб. «Насколько мне известно, дополнительные средства не выделялись», – сказал «Известиям» пресс-секретарь Эдуарда Кокойты Вячеслав Седов. Он пояснил, что выделяемые в рамках российского бюджета средства предполагается расходовать на разные статьи – в том числе строительство школ, больниц и других инфраструктурных объектов. Информационно-культурных центров в их списке нет.

Россия имеет свои информационно-культурные центры во многих бывших союзных республиках, в том числе в Армении, Казахстане, Молдавии, Азербайджане (открылся в январе 2011 года). Считается, что подобные центры знакомят с «достижениями России в различных сферах, ее духовным наследием, богатым научным и культурным потенциалом» а также содействуют расширению совместных программ. Созданием сети РИКЦ занимается федеральное агентство Россотрудничество. Агентство уже имеет представительство в Южной Осетии и Абхазии.

 Дарья ЧЕРКУДИНОВА,
«Известия», 23.10.2011

// Северная Осетия утратила статус водочной республики

Бюджет Северной Осетии, которая многие годы считалась одним из лидеров по производству водки в России, недополучил около 100 млн руб. за первое полугодие 2011 года в связи с продолжающимся упадком в водочной отрасли. По подсчетам республиканского статистического ведомства, за полгода в Северной Осетии было произведено в 14 раз меньше водки, чем за аналогичный период 2010 года.

Бесланский завод «Исток» — банкрот, хотя еще три года назад его доля в национальном производстве игристых вин превышала 20%, а водку этой марки можно было купить в любом магазине страны. Завод стоит. Во владикавказских ресторанах, где несколько лет назад гостям с гордостью предлагали целый список местных марок, осетинской водки теперь нет. По словам собеседника «МН» во Владикавказе, «большие заводы большей частью стоят, некоторые средние и мелкие предприятия успели перепрофилироваться. Часть производства действует полуподпольно, частично покрывая местные потребности — постольку, поскольку покупатели готовы покупать водку без акцизных марок, по цене от 19 руб. за пол-литра. Понятно, что ни один уважающий себя ресторан такую продукцию не возьмет, и за пределами республики покупателей на нее нет».

Собеседник «МН» считает, что практически полное исчезновение отрасли — результат конкуренции, в которой на победившей стороне оказались те же североосетинские водочники, перенесшие производство поближе к главным центрам потребления — например, к Москве. Североосетинским же производителям отказывают в лицензиях.

В сентябре этого года в парламенте Северной Осетии республиканский минфин отчитался перед депутатами об исполнении бюджета за первое полугодие 2011 года: оказалось, что из-за сокращения производства алкоголя в Северной Осетии бюджет недополучил 100 млн руб. По информации Севосетинстата, производство водки за первое полугодие 2011 года сократилось в 14 раз по сравнению с таким же периодом 2010-го.

Основной причиной эксперты называют истечение сроков лицензии у спиртозаводов. «В середине лета у многих заводов закончилась лицензия, — рассказал «МН» начальник управления и регулирования алкогольного рынка при министерстве экономического развития Северной Осетии Олег Хадиков. — Разрешение на оптовую продажу спиртосодержащей продукции можно получить только в Федеральной службе по регулированию алкогольного рынка. Однако у них какая-то непонятная политика — они то моментально выдают все необходимые документы, то, наоборот, очень долго тянут».

Согласно пункту 17 статьи 19 федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», заявление о продлении лицензии рассматривается в течение 15 дней. Но, как объяснил Хадиков, этот пункт закона очень легко обойти: «Легко придраться к какой-нибудь мелочи — например, к неправильно поставленной запятой, — и таким образом оттянуть время. Что, собственно, и происходит».

Больше половины североосетинских спиртзаводов на сегодняшний день вынуждены были приостановить свою деятельность, сказал Олег Хадиков. При этом он отметил, что повышение акцизов на спирт, о котором много говорят последние годы на самом высшем уровне, здесь ни при чем: «Акцизы поднимаются, это происходит каждый год. В начале текущего года, например, произошел подъем на 10%. Но водочникам это в принципе по силам. Другой вопрос в том, что нельзя резко повышать акцизы, поскольку это становится стимулом для развития теневого оборота алкоголя».

Судя по всему, именно теневой сектор пока и выживает в Северной Осетии, хотя именно он изначально и был главным «адресатом» всех правительственных усилий по сокращению производства водки на Северном Кавказе. Средние и тем более крупные легальные заводы местные власти были, наоборот, склонны рассматривать как перспективную отрасль производства, «очаг модернизации» и — потенциально — как «социально-ответственный бизнес». Остановка этих производств означает прямые бюджетные потери для региона и рост социальной нестабильности: персонал того же «Истока» зимой провел несколько массовых акций протеста. Страдает, по словам Хадикова, не только производство, но и розничная торговля: «Раньше лицензия на розничную продажу алкоголя стоила от 2 до 8 тыс. руб., теперь — 40 тыс. руб. Немногие частные предприниматели в небольших городах потянут такую ношу», — сказал Хадиков.

Напомним, что доходы в бюджет Северной Осетии от поступления акцизов на спирт, вино и алкогольную продукцию составили 723 млн руб., или 39,4% годовых бюджетных назначений в регионе. Вторым после Северной Осетии на Кавказе регионом — производителем водки была Кабардино-Балкария, но производство алкоголя неуклонно сокращается и там.

Правда, владикавказские собеседники «МН» отмечают, что на фоне «штопора» водочного производства сохраняется и даже развивается производство спирта. Один из владикавказских спиртовых заводов в ближайшее время планирует ввести в эксплуатацию практически безотходную линию глубокой переработки зерна, которая будет, в частности, производить глютеин, который Россия пока целиком закупает за границей.

Сектор водочного производства сформировался в Северной Осетии в 1990-е годы благодаря возможности дешевого импорта спирта через Грузию. Когда эти возможности в силу разных обстоятельств сократились, североосетинские водочники создали свои собственные спиртовые производства, которые в отличие от производства водки до сих пор выдерживают конкурентное давление.

 Анастасия ЯМЩИКОВА,
«Московские новости», 24.10.2011

// Обвиняемый в беспорядках на Манежной кидал металлические ограждения в ОМОНовцев в «знак презрения»

В Тверском суде столицы 20 октября показания дал последний из пяти подсудимых по делу о беспорядках на Манежной площади в центре Москвы в декабре 2010 года – активист «Другой России» Руслан Хубаев. Он полностью отверг все предъявленные обвинения.

Хубаев пояснил суду, что приехал в Москву по делам в конце ноября прошлого года. Узнав об убийстве болельщика «Спартака» Егора Свиридова, он принял решение прийти на митинг футбольных фанатов на Манежной площади. «Я не отношусь ни к футбольным, ни к националистическим кругам. Но у нас с Егором много общего – мы с ним ходили по одним и тем же улицам, стояли на одних и тех же остановках общественного транспорта и моя голова так же подвержена воздействию травматического оружия, как и голова покойного Свиридова», – пояснил обвиняемый.

Затем Хубаев в течение нескольких часов подробно и со множеством лирических отступлений рассказывал коллегии из трех судей, рассматривающих дело, свои воспоминания о событиях на Манежной площади.

«Там были разные лозунги. Звучали и антикавказские лозунги – я их, разумеется, не поддерживал /Хубаев по происхождению осетин – прим. ТАСС/, но я и не принимал их на свой счет», – рассказал подсудимый.

Хубаев уверяет, что никаких противоправных действий на Манежке не совершал – так, отвечая на вопросы адвокатов и судьи, активист «Другой России» отрицал, что он пытался отнять дубинку у сотрудника ОМОН и призывал к массовым беспорядкам. «Моя личная оценка, что общественного порядка там не было. Нарушать было нечего», – отметил он.

Более подробно Хубаев остановился на эпизоде в обвинительном заключении, где он с другими участниками несанкционированного митинга кидал металлические заграждения в милицейское оцепление. «Сотрудники ОМОНа необоснованно применили насилие к собравшимся. Я выражал тем самым /бросанием заграждений/ протест и знак презрения к сотрудникам милиции», – пояснил Хубаев, подчеркнув, что бросал металлические конструкции не в самих сотрудников, а перед ними. «Бросок заграждением в сторону оцепления на фоне всего, что там, на площади, происходило – это просто «жест миролюбия», – считает подсудимый.

ИТАР-ТАСС, 20.10.2011

Именно эти два сенатора, представляющие соответственно Демократическую и Республиканскую партии, стали авторами резолюции верхней палаты Конгресса США о положении дел в Грузии. В резолюции, приуроченной к третьей годовщине августовской войны 2008 года, Абхазия и Южная Осетия назывались «оккупированными территориями». Документ также содержал требование к России прекратить «незаконную оккупацию грузинских территорий».

Как видно из октябрьских рекомендаций целевой группы Атлантического Совета, одними рекомендациями сенаторы ограничиваться не хотят. Они предлагают конкретные инструменты для продвижения североатлантических устремлений Грузии. Собственно говоря, 13 октября был представлен аналитический доклад с говорящим заголовком «Грузия на Западе: политическая дорожная карта к североатлантическому будущему Грузии».

Но перед тем, как рассмотреть основные тезисы доклада, необходимо несколько слов сказать о самом Атлантическом Совете. Эта структура не является партийной. При ее создании в 1961-62 годах основной целью была выработка общих надпартийных программ про продвижению американских национальных интересов в Европе. После окончания «холодной войны», распада Варшавского блока и Советского Союза цели и задачи политики США в обеспечении европейской безопасности существенно трансформировались. НАТО стало стремительно расширяться на Восток, а потому изменились и экспертные задачи Атлантического Совета. Существенно повысился интерес к евразийскому направлению, внешней политике республик бывшего СССР. Однако общий пафос деятельности Совета остался прежним: необходимы общенациональные консолидированные подходы к продвижению североатлантической интеграции, которая мыслится как неоспоримый приоритет внешней политики США. И работа целевой группы во главе с Джин Шахин и Линдси Грэмом – прекрасное тому свидетельство.

Интересное совпадение – за три дня до заседания целевой группы руководитель американской делегации в НАТО Майк Тернер заявил о том, что Вашингтон поддерживает присоединение Грузии к ПДЧ (Плану действий по членству) в Североатлантическом альянсе. Фактически впервые после событий «горячего августа» официальные представители США столь откровенно озвучили свои оценки натовских перспектив Тбилиси.

В самом же докладе американские сенаторы и эксперты Атлантического Совета дают жесткие рекомендации относительно возможных действий Вашингтона на кавказском направлении. Прежде всего, они констатируют, что одних призывов недостаточно, поскольку Кремль их традиционно игнорирует. С их точки зрения, Штаты должны быть более активны, оказывая давление на Москву и на своих европейских союзников по НАТО, принуждая последних действовать жестче.

Какие же аспекты, с их точки зрения, следует сделать приоритетными? В первую очередь, авторы доклада предлагают развить тезис, прозвучавший ранее в сенатской резолюции, а также в декларациях других международных организаций. Речь идет о давлении на Москву с целью выполнения соглашений августа-сентября 2008 года, известных как план Медведева-Саркози. Напомним, что в документе, подписанном президентами Франции и России, речь шла об отводе сил на позиции, которые Россия и Грузия занимали до 8 августа 2008 года. Если бы Москва вдруг решилась сегодня пойти на выполнение этих соглашений, то ей пришлось бы оставить Ахалгорский район, села Лиахвского коридора в Южной Осетии и Кодорское ущелье в Абхазии.

Это не просто ослабило бы российские стратегические позиции. Это означало бы пересмотр итогов «пятидневной войны» на дипломатическом уровне. Между тем, необходимо четко понимать: существование грузинских анклавов и территорий в Абхазии и в Южной Осетии было в 2004-2008 гг. важнейшим инструментом для «разморозки» двух конфликтов – процесса, который и привел к «пятидневной войне» и нынешнему статус-кво. Они играли роль военных аванпостов Грузии, откуда устраивались атаки и провокации. И Тбилиси несет ответственность за сегодняшнюю ситуацию, поскольку в течение четырех лет грузинские власти пытались вытеснить Россию из политических процессов вокруг Абхазии и Южной Осетии, игнорируя существовавшую на тот момент правовую базу (Дагомысские соглашения 1992 года и Московские соглашения 1994 года). При этом население грузинских анклавов и территорий было превращено в заложников конфликтов, на которых в 2008 году и пришлась вся тяжесть расплаты за авантюризм Михаила Саакашвили.

С признанием независимости Абхазии и Южной Осетии Москва закрыла для себя возможность возврата к старому статус-кво без серьезных геополитических издержек, включая и дополнительные риски для безопасности российского Северного Кавказа. Но эти резоны не слишком беспокоят авторов октябрьского доклада. Они непреклонны в своем стремлении навязать Москве отказ от итогов 2008 года.

Впрочем, критикуя экспертов Атлантического Совета, нельзя пройти мимо просчетов и ошибок российской дипломатии, подписавшей соглашения о прекращении огня, что называется, на скорую руку, без учета политико-географических особенностей двух республик. В особенности это касается Южной Осетии, чья конфигурация существенно отличалась от абхазской. Там никогда не было территории сплошного этнического контроля, осетинские и грузинские села располагались в шахматном порядке, а Ахалгори был и вовсе под контролем Тбилиси. Таким образом, подписывая соглашения об отходе на исходные позиции, Москва брала на себя невыполнимые обязательства.

Помимо отхода на «старые позиции» авторы октябрьского доклада требуют «интернационализации» Абхазии и Южной Осетии посредством допуска на их территории миссии европейских наблюдателей. При этом эксперты Атлантического Совета говорят о необходимости усилить консолидированное политическое давление на Россию со стороны ЕС. На последний также возлагается задача взятия под свой контроль административных границ, которые в Москве, Цхинвали и Сухуми считают межгосударственными рубежами.

Естественно, аналитики не обошли вниманием и тему ВТО. Авторы доклада пытаются увязать членство России в этой организации с выполнением ею условий, обозначенных Тбилиси. В свою очередь, от ЕС Вашингтон требует активизации «Восточного партнерства», особенно в той части, которая касается экономического взаимодействия.

Таким образом, сами требования не новы, но их тон явно ужесточается. Чем же объясняется новый всплеск интереса американского политического и экспертного сообщества к Грузии? И насколько он опасен для динамики российско-американских отношений?

Авторы доклада дают ответ на эти вопросы. Во-первых, их беспокоит внутриполитическая ситуация в Грузии, а именно выборный цикл 2012-2013 гг. К этим событиям республика идет параллельно с конституционными реформами, которые воспринимаются в обществе неоднозначно. Противников Саакашвили пугает возможная «путинизация Грузии», то есть переход президента на пост премьер-министра с сохранением за ним ключевых механизмов принятия решений. И американцы были бы заинтересованы в сохранении политической стабильности в стране, которая готова к наращиванию военного присутствия в Афганистане безо всяких условий и оговорок. Да, возможно качество грузинских военных оставляет желать лучшего, но их готовность поддержать любую акцию Вашингтона дорогого стоит.

Однако другие, не менее важные причины авторы октябрьского доклада обходят стороной. Речь идет о предвыборном контексте в России и США. Не секрет, что многих в Вашингтоне напугало «возвращение Путина», которое рассматривается зачастую иррационально. Отсюда и стремление разыграть карту новой «угрозы» со стороны Москвы. Не будем забывать и о том, что политика Обамы сегодня жестко критикуется не только республиканцами, но даже его соратниками по Демократической партии. В этой связи выход на тему общенациональной консолидации американских интересов с критической рефлексией по поводу «перезагрузки» вполне выгоден и республиканцам, и демократам.

Между тем, к радикальному разрыву отношений с Россией, особенно на фоне обострения ближневосточной ситуации и неясными перспективами глобального экономического развития, ни Вашингтон, ни ЕС не готовы. В этой связи было бы неверно впадать в излишний алармизм по поводу нового всплеска интереса к Грузии. Другое дело – совершенствование собственной аргументации. Это крайне необходимо для Москвы, поскольку простым отрицанием критики успеха на международной арене не добьешься.

Сергей МАРКЕДОНОВ, политолог, кандидат исторических наук
«Новая Политика», 19.10.2011

В минувшее воскресенье во Владикавказе завершился очередной, пятый по счету фестиваль театров Северного Кавказа «Сцена без границ». Совершенно справедливо жюри львиную порцию призов отдало спектаклю Лакского музыкально-драматического театра «Дом Бернарды Альбы». Он победил в трех номинациях из пяти объявленных: «Лучший спектакль фестиваля», «Лучшая режиссура» и «Лучший женский образ». Соответственно, наградили режиссера-постановщика Аслана Магомедова и Жинасат Динмагомедову, сыгравшую заглавную роль.

Жесткий диалог отца и сына в спектакле «Наемный вождь». Фото – Северо-Осетинский академический театр им. В.Тхапсаева.

Вообще-то в этом спектакле можно было лауреатов и на все прочие награды найти, но Кавказ, как и Восток, – дело тонкое, посторонний, новичок – вроде меня – мгновенно сталкивается со множеством условностей, без которых местная жизнь давно бы уж провалилась в тартарары. Нет, правда. Я, например, сразу после спектакля «Дом Бернарды Альбы» послал эсэмэску Алисе Ганиевой, был уверен – ей будет приятно, написал, что потрясающий спектакль привезли из Махачкалы. Некоторое время спустя получил ответ: «Здорово. На лакском языке?» А я и не спросил, слушал перевод в наушниках, после спектакля переживал: совершенно ясно, и жаль, что ни «Золотая маска», ни другие наши московские фестивали этот спектакль в столицу не выберут, не привезут. Между тем – потрясающая культура, какие паузы с пропущенным в них током высокого напряжения, какая статика – не пустая, почти балетная красота мизансцен, музыка, которая звучит при закрытом занавесе, – редкий случай, когда в театре музыка не раздражает иллюстративностью, напротив, воспринимается как необходимость. Режиссер не боится пауз, не боится даже пустой сцены, оставить ее на какое-то время вообще без актеров, уверенный в том, что пустот эмоциональных не будет. Как много мелких деталей в игре, особенно старших актрис; кроме отмеченной премией Динмагомедовой надо назвать еще и Омарову, которая играет служанку Понсию, вызывая в памяти мастерство и ремесло, какими славились великие старухи Малого, Панкова например.

В Лорке, которого в России сегодня ставят реже, чем прежде, кавказские театры нашли родные, понятные мотивы, понятную и близкую силу страстей, накал эмоций. Другой театр, Дигорский драматический, показал «Кровавую свадьбу» в постановке молодого актера Северо-Осетинского академического театра имени Тхапсаева Гиви Валиева.

Из Тбилиси не было никого, это понятно, хотя Грузия, глядя из Владикавказа, – уже Закавказье. Зато из Грозного приехал Чеченский государственный молодежный театр «Серло», ему досталась награда «За лучший дебют». Руководитель – женщина, Хава Ахмадова. Поставила пьесу своего мужа Мусы Ахмадова «Ушедший за саваном». Перечисление недостатков спектакля заняло бы немало места, а несомненное его достоинство – в том, что театр рассказывает, часто – смеясь, о недавней истории Чечни. Герой, отправляясь за ссудой в банк, оказывается в стане повстанцев-сепаратистов. Автор сам был похищен, в середине 90-х сидел где-то в яме, то есть написал о том, что больно задело его самого. Это на их спектакле побывал однажды Рамзан Кадыров, и благодаря его участию театр получил государственный статус и, соответственно, финансирование. Площадки нет своей, но вот – уже побывали на фестивале и получили первую фестивальную награду. Хотя мы узнали, что прежде чем спектакль вышел, театр прошел несколько экспертных советов и далеко не все были в восторге от того, что «Серло» будет играть спектакль, в котором, мол, республика и ее граждане выглядят непарадно… Пришлось приводить им в ответ пример Булгакова, который любил Россию, но это не помешало ему… и т.д. Перед самым отъездом во Владикавказ разрешение на гастроли было получено от министра культуры Чечни. «Лучше пусть идут в театр, чем в горы», – слова, произнесенные на обсуждении спектакля, как-то растворили желание говорить об отдельных его недостатках.

На спектакле Ингушского театра – полупустой зал. Перед театром – несколько полицейских машин, нашу машину тоже останавливают, пристально разглядывают каждого. Я снова проявляю неосведомленность, для хозяев, наверное, оскорбительную, но на Кавказе это сразу чувствуется, с первой минуты и до последней, гостям прощается многое. Мне без кровавых подробностей напоминают о событиях 1991–1992 годов. Тут только понимаешь действительную ценность таких фестивалей – конфликт ведь и по сию пору не считается урегулированным, а театр – уже может приехать. Да, с соблюдением чрезвычайных мер предосторожности (из гостиницы после ужина труппу к автобусам провожал спецназ), но приехал, играл. Министры культуры Северной Осетии и Ингушетии, две красивые женщины, сидели рядом за одним столом.

Владикавказский театр играл трагедию своего классика Геора Хугаева «Наемный вождь». Глубокая древность, V век нашей эры, аланы, предки осетин, служат наемниками у римского императора. Анатолий Галаов в роли вождя Ардабура монолог, который он произносит во втором акте, играет с шекспировским размахом. Такой, это ясно, мог бы сыграть и Лира, и Клавдия, и Отелло, но также и шута в «Лире», и Фесте в «Двенадцатой ночи». И зал, до того терявший внимание – не всегда было понятно, с какой стати публике рассказывают этот старинный сюжет, – мгновенно замирал, откликаясь на настоящую живую эмоцию и увлекаясь живой игрой.

Григорий ЗАСЛАВСКИЙ,
«Независимая газета», 17.10.2011

«ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД ИЗ АГРАРНОЙ ПЕРЕНАСЕЛЕННОСТИ»

Углубленное ознакомление с осетинским вопросом превратило Сталина из горячего сторонника национально-территориального переустройства страны в непримиримого противника.

В отличие от предыдущих лет, в 1925 году даже самые опытные знатоки закулисной кремлевской жизни не ожидали крупных политических передряг и иных потрясений всесоюзного масштаба. После смерти Ленина Сталину удалось сплотить верхушку партии против Троцкого и в начале 1925 года образовать «семерку», включавшую шесть членов Политбюро из семи и председателя Центральной контрольной комиссии партии Валериана Куйбышева. Седьмым, не входившим в «семерку» членом Политбюро, был сам Троцкий.

Члены нового неофициального органа власти собирались до заседаний Политбюро, рассматривали все входившие в повестку дня вопросы, а на самом заседании Троцкого просто знакомили с уже принятыми решениями. В «семерке», правда, все было не так гладко, как хотелось бы генеральному секретарю ЦК: старые оппозиционеры Григорий Зиновьев и Лев Каменев подспудно готовили атаку на Сталина. Но в открытую стадию конфликт перешел лишь к концу года.

Так что на рубеже лета среди чиновников в центре и на местах царило благостное и вполне отпускное настроение. В планах Сталина, к примеру, значилась рабочая поездка по Кавказу, после которой он собирался месяц-другой отдохнуть в Сочи.

Скорее всего, именно благостным настроением и объяснялась вполне благожелательная реакция Сталина на предложения об объединении в одной республике всех земель, где проживали осетины,— Северной Осетии, входившей в состав РСФСР, Южной, включавшейся в Грузию, и Моздокского района РСФСР. Предложение внесли в ЦК руководители Осетии во главе с ответственным секретарем Северо-Осетинского обкома партии Симоном Такоевым.

Сразу после встречи с осетинской делегацией, 23 мая 1925 года, Сталин отправил в Ростов-на-Дону Микояну шифровку, в которой говорилось:

«Был у меня Такоев и другие осетины. Внимательное ознакомление с делом убедило меня в том, что можно было бы согласиться на объединение Северной и Южной Осетии в Автономную Республику в составе Грузии… Осетинский план присоединения к Осетии Моздокского района фантастичен и совершенно неприемлем, о чем я и сказал осетинам».

О логике подобного решения можно только делать предположения. Не исключено, что Сталин собирался превратить свою предстоящую поездку в Грузию из рабочей в триумфальную. Ведь он привез бы землякам царский подарок — расширение территории Грузии на Северный Кавказ. И тогда царь Сосо Великий, как его называли тогда грузины, мог бы рассчитывать на их полную и безоговорочную поддержку в любых партийных и государственных вопросах. Возможно, решение опиралось на какие-то другие расчеты.

При этом Сталин не мог не знать о подоплеке осетинского объединения: о различных аспектах проблемы ему и в ЦК не раз докладывало ОГПУ. В обзоре, обобщающем все предыдущие сообщения, составленном информационным отделом ОГПУ позднее, в 1928 году, говорилось:

«В основе движения на объединение трех Осетий лежат следующие причины: Сев. Осетия малоземельна, участие на стороне контрреволюции не дало возможности обеспечить себя, подобно соседям, за счет казачества, и единственным выходом из аграрной перенаселенности может быть присоединение к Сев. Осетии Моздокского района Терского округа с 10 000 осетинским населением и где до революции Северная Осетия арендовала 35 000 десятин земли. Южная Осетия, входящая в состав Закавказья, не имеет никаких видов на свое развитие, как по особенно острому малоземелью, так и по недостатку культурных сил. Северная Осетия, напротив, с присоединением Моздока получит возможность удовлетворить земельный голод Юго-Осетии полностью, а также с переизбытком пополнить недостающие ей культурные силы. Помимо указанного, движение вызвано и рядом других причин.

Основные из них: 1) значительный рост за последние годы торгового капитала, уже не укладывающегося в рамках Сев. Осетии и ищущего своего рода «рынки» для приложения своей инициативы; 2) огромное перепроизводство интеллигенции и вытекающее отсюда 3) стремление нацинтеллигенции к большей политической самостоятельности Осетии путем освобождения от «опеки» Края, дабы занять, если не равное положение с Дагестаном, то хотя бы после объединения отойти к Закавказью, где, по мнению осетинской нацинтеллигенции, имеется перспектива на большую политическую свободу действий в национальном развитии».

Многотысячные собрания и сходы осетин требовали незамедлительного превращения трех Осетий (Северная, Южная и Моздокская) в одну.

Проблеме североосетинской интеллигенции в докладе ОГПУ уделялось особое внимание:

«Огромные для Северной Осетии кадры нацинтеллигенции (до 3000 учителей, профессоров, агрономов, врачей, юристов, инженеров, бывших дворян, бывших офицеров, около 2000 человек молодежи, обучающейся в различных вузах, из коих — 60% из чуждых советской власти прослоек, а также около 3000 человек, имеющих среднее образование (не считая учителей, находящихся не у дел), органически связанные своим происхождением с национальной буржуазией, проникнув во все области общественно-политической и хозяйственной жизни области, оказывают тем самым сильное давление на национальное руководство, в подавляющем большинстве вышедшее из ее среды. В связи с этим нацинтеллигенция фактически «делает» политику в области, направляя ее по нездоровому руслу и отражая в ней, более чем в других нацобластях, элементы узкого национализма. Так как не вся осетинская интеллигенция находит приложение своего труда в пределах области и ее кадры непрерывно пополняются молодняком из вузов, в наличии имеется огромная безработица осетинской интеллигенции, непрерывно находящейся в движении в поисках возможности применения своей активности и выхода из данного положения».

«Я НЕ РЕШАЮСЬ ДАТЬ НИКАКИХ СОВЕТОВ»

Сталин почему-то решил проигнорировать и предупреждения ОГПУ и мнение Северо-Кавказского крайкома. 23 мая 1925 года в шифровке Микояну о присоединении объединенной Осетии к Грузии Сталин писал: «Обо всем этом я пишу от себя лично. Сообщи мнение крайкома». Однако процесс слияния Осетий начали, не дождавшись ответа Микояна. 25 мая 1925 года высший законодательный орган РСФСР Президиум ВЦИКа рассмотрел вопрос «Об объединении Юго-Осетинской области с Северо-Осетинской и о преобразовании этих двух областей в Автономную Республику». В принятом решении говорилось:

«Поручить Секретарю ВЦИК тов. Киселеву согласовать с Северо-Кавказским крайисполкомом и Грузинским ЦИКом вопрос о возможности объединения Юго-Осетинской автономной области с Северо-Осетинской областью и преобразовании этих двух областей в Автономную Республику в составе Грузии».

Руководство Северо-Кавказского края резко возражало против принятого варианта объединения Осетий. 8 июня 1925 года Микоян отправил Сталину шифровку, где излагался его взгляд на вопрос:

«Несмотря на географические неудобства, хозяйственное обобщение Южной и Северной Осетии, их объединение с точки зрения разрешения национального вопроса для Осетии будет целесообразным.

1) Однако включение объединенной Осетии в состав Грузии и переход в Закавказье ставит под угрозу установившиеся межнациональные взаимоотношения среди национальностей Северного Кавказа и может явиться брешью в недавно организованном Севкрае…

2) Это может явиться прецедентом к превращению в республику Чечни, Кабарды и проч., что может нарушить трудно установившееся равновесие между ними. Надо дать себе полный отчет, идти ли к полному обособлению от казачьей и вообще русской части Севкавказа путями: 1) передача их в состав Закавказья или 2) путем создания Федерации Северо-Кавказских Горских республик, в результате чего Севкрай должен превратиться в Юг России. Этим самым Северо-Кавказские горцы выходят из состава РСФСР или продолжают линию, взятую с самого начала советизации Севкавказа, объединяющую горцев с казаками. Эти возможные пути нам были известны, когда мы организовывали Севкрай в нынешнем составе, исходя из того, что не может быть прочности соввласти без примирения горцев с казаками, причем включение объединенной Осетии в состав РСФСР, а не Грузии считаем политически нецелесообразным, имея в виду внутреннее равновесие Грузии. Причем после объединения Осетии город Владикавказ останется в прежнем своем положении, то есть вольным городом в составе РСФСР, являющимся лишь резиденцией как Осетии, так и Ингушетии, но не входящим в состав этих автономных областей. Мы не говорим о тех затруднениях и бесконечных конфликтах, которые неизбежно будут иметь место между Осетией и ее северокавказскими соседями, разрешение которых станет труднее. Спешку в вопросе о выделении Осетии считаем нецелесообразной».

Осетины надеялись забыть о малоземелье в горах после присоединения к республике плодородных равнин.

Шифровка почему-то задержалась у помощников Сталина до 18 июня, так что процесс слияния продолжал идти своим чередом, и Симон Такоев выехал в Грузию для согласования всех вопросов перехода под закавказскую юрисдикцию.

28 июня первый секретарь Закавказского крайкома Серго Орджоникидзе направил Сталину телеграмму, где говорилось:

«К нам приезжал Такоев и другие товарищи из Осетии по вопросу объединения Осетии в пределах Грузии. Они уверяли, что ты дал согласие на такое объединение. Сегодня получен официальный запрос ЦИК СССР. Прошу дать директиву».

Сталин не стал скрывать от старого товарища, что оказался в непростом положении, согласившись на объединение Осетий. В ответной телеграмме Орджоникидзе, отправленной 29 июня 1925 года, он писал:

«Лично я не возражал против плана осетин, но ввиду поступивших возражений Юго-Востока (Северо-Кавказского крайкома, именовавшегося ранее Юго-Восточным бюро ЦК РКП(б).— «Власть») я очень колеблюсь и не решаюсь дать никаких советов. Очень бы просил тебя отложить с ответом до нашей совместной встречи с Микояном».

«РАСПАД РСФСР — К ЭТОМУ МОЖЕТ ПОЙТИ ДЕЛО»

После состоявшейся встречи, видимо, уже находясь в Сочи, Сталин в августе 1925 года написал письмо в Политбюро, точнее «семерке», о том, как ввиду различных подходов и мнений следует относиться к преобразованиям национальных образований вообще и проблеме объединения Осетий в частности:

Как утверждало ОГПУ, североосетинские торговцы считали перспективным рынком даже бесперспективно бедные районы Южной Осетии.

«До сего времени ЦК держался в национальном вопросе той линии, чтобы не препятствовать превращению национальных областей в национальные республики. Предполагалось, что СССР ничего не проиграет от такого превращения, а политический эффект от этого будет положительный. На этом именно основании я высказался недавно за объединение Южной и Северной Осетии (первая входит в состав Грузии, вторая — в состав РСФСР) в одну область, с тем что объединенную область превратить потом в Осетинскую Республику. Возможно, что это обстоятельство послужило одной из причин предварительного решения президиума Северо-Кавказского исполкома в пользу объединения двух осетинских областей с вхождением их в Грузинскую Республику в виде объединенной республиканской единицы. Но теперь, живя на Северном Кавказе и присматриваясь ближе к действительности, я вижу, что политика эта, будучи доведена до крайности, обязательно должна породить ряд серьезных минусов, способных затруднить наше политическое положение и в русских, и в нерусских районах. Печальнее всего, что минусы эти уже появились, по крайней мере на Северном Кавказе. Во-первых, вслед за осетинами вопрос о превращении в республику и выходе из РСФСР с вхождением в Закавказскую республику ставят чеченцы. Во-вторых, Дагестан подготавливает вопрос о выходе из РСФСР и вхождении в Закавказскую Республику. Несомненно, что за ними потянутся ингуши и другие. В-третьих, видя все это, казаки (терские и кубанские пока что, а затем заговорят и донские казаки) уже поговаривают об автономии и создании казачьих республик, заявляя, что они «не хуже осетин и дагестанцев», что у них «тоже имеются свои особые интересы», что «незачем обижать русских, отказывая им в том, что уже предоставлено нерусским». Это есть ростки русского национализма, т. е. самого опасного вида национализма. Я уже не говорю о том, что все это не может не настраивать национальные республики Севера и Востока РСФСР в духе выхода из РСФСР и вхождения в СССР в качестве союзных республик. Распад РСФСР — к этому может пойти дело, если не изменим политику теперь же. Как тут быть? Либо нужно согласиться с тем, что северокавказские национальные области превратятся в республики, отойдут к Закавказью и составят общую федерацию,— и тогда, во-первых, придется пойти на создание такой же федерации из Татарской Республики, Башкирской Республики, Киргизской Республики и пр., примирившись с распадом РСФСР, во-вторых, придется дать удовлетворение нарождающимся «национальным» стремлениям казаков; либо нужно воздержаться от политики превращения национальных областей в республики, твердо сказав прежде всего осетинам, чеченцам, дагестанцам и другим, что они останутся в составе РСФСР. Отсюда мои предложения:

1) руководствоваться впредь тем, что требования предисполкомов национальных областей, желающих щеголять предсовнаркомами, о превращении областей в республики не должны удовлетворяться;

2) не санкционировать предварительного решения президиума северокавказского исполкома о выходе Северной Осетии из состава РСФСР и объединении ее с Южной Осетией в составе Грузии;

3) держать курс на укрепление РСФСР и сплочение вокруг нее ее национальных областей и республик;

4) укрепить бюджет РСФСР с учетом интересов национальных областей и республик;

5) выдвинуть одним из замов предсовнаркома РСФСР национала».

В Осетию о новом повороте генеральной линии партии не сообщили, и 9 сентября 1925 года Орджоникидзе в письме Сталину упомянул об осетинской проблеме:

«Сегодня приехал ко мне Такоев и показал решение Крайкома Севказа, в котором говорится, что старое решение их отменяется и они согласны на объединение Осетии, но при условии вхождения объединенной Осетии в РСФСР. Более никчемного и неосуществимого решения трудно придумать, здесь дается пища для всякой болтовни о том, что Россия хочет отнять у Грузии Цхинвал. Такоев их запутал, и они не знают, что и как делать. Я Такоеву говорил о нашем разговоре, он это понимает, хотя и не рад такой постановке вопроса. Решение Крайкома считает прямо издевательством. Я ему посоветовал съездить к тебе».

«СЛЕДУЕТ КОНСТАТИРОВАТЬ УПАДОК ДВИЖЕНИЯ»

В отличие от руководства страны, считавшего вопрос об осетинском объединении отложенным на неопределенное время, а, по сути, закрытым, руководители и интеллигенция Северной Осетии продолжали добиваться решения проблемы. В «Обзоре политического состояния СССР за июнь 1926 года», составленном в ОГПУ, говорилось:

«На проходившем с 5 июня по 13 июня областном съезде Советов по докладу крайисполкома выступил ряд делегатов, обвинявших краевые власти в неправильной линии национальной политики — нежелании допустить объединения Южной и Северной Осетии и Моздока. Выступавшие указывали на необходимость, в случае продолжения краем старой политики, перенести вопрос на решение ВЦИКа. За объединение высказывались присутствовавшие на съезде представители Южной Осетии и моздокских осетин».

Однако уже два года спустя, в 1928 году, ОГПУ констатировало некоторое снижение объединительной активности благодаря особой политике индустриализации Северного Кавказа:

«Практически идея объединения выдвигалась на каждом съезде Советов и партийных конференциях после раздела Горской Республики (1924 г.) и ставилась не раз на разрешение высших партийных и правительственных органов. Однако она всякий раз откладывалась по мотивам преждевременности поднятия этого вопроса. Несмотря на это, со стороны осетинского руководства и всей национальной интеллигенции делалось и делается все возможное к подготовке реализации данного проекта. Так, с Юго-Осетией налажена культурно-хозяйственная связь (снабжение учительством, литературой, работниками советского аппарата, переселение югоосетин на северные и казачьи земли и т. д.). Ведется упорное наступление на Владикавказ (массовое вселение осетин в город), в моздокской Осетии было вызвано массовое движение с требованием либо автономии, либо соединения с Северной Осетией. В настоящее время, однако, следует констатировать упадок движения с направлением, очевидно, общественно-национальной мысли на другой фронт — индустриализацию Осетии (Гизельдонстрой, Бесланский комбинат и ряд других мелких заводов, начатых постройкой в 1927 г.), создающую целый ряд преимуществ для Осетии перед другими национальными областями».

С точки зрения доступности даже самых примитивных сельхозорудий и средств передвижения Осетия занимала последнее место на Кавказе.

В Южной Осетии накал объединительных настроений никогда не достигал уровня, характерного для Северной Осетии, руководство которой всегда было инициатором действий по слиянию. Но в Грузии нашли действенный способ для нейтрализации любого вольнодумства в югоосетинском руководстве. Точнее, нашли нужного человека. Еще точнее, он нашелся сам. В 1927 году коммунист из Южной Осетии Михаил Санакоев написал письмо членам Политбюро Алексею Рыкову и Николаю Бухарину, а также в Центральную контрольную комиссию при ЦК ВКП(б), рассказав о своей беде:

«Я из крестьян Автономной области С.С.Р.Грузии—Юго-Осетии, Джавского района, получил образование в Горийском Городском училище. С 18 лет, т. е. с 1911 года, учительствовал и одновременно занимался сельским хозяйством. В партию вступил в 1918 году. Участвовал во всех восстаниях против меньшевиков в Юго-Осетии в качестве руководителя. В 1920 году после подавления меньшевиками восстания в Юго-Осетии я эмигрировал в Терскую область, где пробыл до советизации Грузии. В 1918 году в Юго-Осетии в Джавском районе организовал первую ячейку КП(б), в 1921 году по возвращении из Терской области организовал ячейку ЛКСМ, где и состоял секретарем ячейки, райкома КП и ЛКСМ. С 1922 по 1924 г. включительно занимал должность областного инструктора Обкома КП Юго-Осетии, был заведующим Женотдела, агитпропом Обкома, состоял членом Президиума парткома и ЦИКа Юго-Осетии. В 1924 году был кандидатом в члены ЦИК в Грузии. Занимая указанные выше ответственные должности, проявлял всегда преданность и самоотверженность к делу, считался дисциплинированным и выдержанным коммунистом, никогда не уклонялся от линии, намеченной высшими партийными органами, ни в идеологии, и ни в тактике и за указанный период ничем не запятнал себя. С 1921 года в партийной организации Юго-Осетии постепенно начало зарождаться разложение, вначале в виде склоки группировок и интриг. Пока я работал в провинции, я эти разлагающие элементы не замечал, и только после того, как я был переведен в центр (гор. Цхинвали) на должность завагитпропа Обкома, где, прослужив некоторое время и приглядываясь к работе, я стал замечать крупные дефекты, пагубно отражающиеся на работе партии и могущие оттолкнуть беспартийную массу крестьян от партии. Первое, что бросилось мне в глаза,— это то, что пред. ЦИКа тов. Александр Джатиев окружал себя своими родственниками, предоставив им ответственные должности, которые давали малую пользу разоренной стране. Работы как по восстановлению разоренной области, так и по расширению парторганизаций было много, которая требовала преданных делу товарищей. Группа же тов. Джатиева старалась создать себе карьеру и, замечая ошибки тов. Джатиева, никогда не указывала ему, пред. ЦИКа тов. Джатиеву, на его отрицательные черты. А если кто осмеливался выступать против Джатиева, то был немедленно выслан из пределов Области под тем или иным предлогом и даже из партии. До назначения меня завагитпропом я поддерживал тов. Джатиева, но после выявления его недостатков я отошел от него. Считая обязанностью каждого члена партии указывать на их пагубную деятельность, я решил разоблачить группу тов. Джатиева, что и привел в исполнение во время пятой областной партконференции в 1924 г., где я выступил против них с обвинительной речью, указывая на недопустимость пристраивания на ответственные должности своих родственников без признаков годности их к данной работе, недопустимость самовольной расправы с парттоварищами, отсутствие реальной и плодотворной работы и процветание пьянства среди ответственных работников и прочее».

В очищенном от антисталинских элементов городе Сталинири предпочитали не вспоминать об отвергнутом Сталиным плане слияния Осетий.

«ПРОЯВЛЯЮТ ПРИСУЩУЮ НАРОДУ КРОВНУЮ МЕСТЬ»

Как писал Санакоев, после критики правящая группировка взялась за него:

«После моего разоблачения на партконференции против меня началась систематическая травля со стороны тов. Джатиева, что и вынудило меня в ноябре того же года выехать в Тифлис и сообщить в ЦК и ЦКК КП Грузии. В результате поданных мною и другими парттоварищами докладных записок в Юго-Осетию выехала полномочная комиссия Заккрайкома и по расследовании нашла целый ряд дефектов в работе, которые частью были опубликованы в газете «Заря Востока» (от 13 сентября 1926 года). Все же комиссия не детально разобрала всю пагубную деятельность группы тов. Джатиева и, с другой стороны, не приняла решительных мер для оздоровления в будущем партийной и советской деятельности по Юго-Осетии, и дело закончилось только смещением некоторых наркомов с должностей и исключением из партии таких товарищей, выход которых из партии не мог разрядить грязную атмосферу. Тов. Джатиева же с должности ответственного секретаря Обкома перевели опять на должность пред. ЦИКа, а меня благодаря кляузным и ложным обвинениям джатиевской группы заочно исключили из партии. В январе 1926 года я в Зак. КК ВКП(б) представил опровержение против всех обвинений и просил о детальном разборе моего дела. По выяснении моего дела Зак. КК ВКП(б) восстановила меня в правах члена партии со старым стажем, но группа тов. Джатиева, в руках которой был аппарат Обкома Юго-Осетии, ходатайствовала пред ЦК КП Грузии, чтобы меня оставили в гор. Тифлисе. И я в силу партдисциплины принужден был остаться в г. Тифлисе и не выезжать в Юго-Осетию, где находилась и ныне находится моя больная семья, состоящая из пяти душ нетрудоспособных: больной старухи-матери, туберкулезной жены и трех малолетних детей… После трехмесячного учета в ЦК КПГ(б), т. е. 4 мая 1926 года, я устроился сотрудником Зак. и Груз. ГПУ, где работаю и сейчас… Неоднократно просил Контрольную Комиссию и ЦК объяснить мне, в чем заключается мое преступление, за которое я осужден на бесконечное партвзыскание и изгнание от родной семьи, но не мог получить ответа… Я лично думаю, что члены Обкома Юго-Осетии в отношении моего дела проявляют присущую народу (горцам-осетинам) кровную месть. Они не могут забыть моих выступлений против неприемлемых действий джатиевской группы и, зная мое тяжелое положение, зная также и то, что по своему слабому здоровью не сумею больше оставаться в Тифлисе, хотят вынудить меня оставить партию. И действительно, ихняя месть почти достигает цели. Мне, больному человеку, приходится нести двойную непосильную ношу: во-первых, партвзыскание, которое морально убило меня, и во-вторых, невозможность помочь нуждающейся семье. Считая такое проявление мести со стороны членов и партии недопустимым, прошу ЦК ВКП(б) разобрать мое дело, защитить меня от бесконечного преследования товарища Александра Джатиева, разрешить мне вернуться на родину в Юго-Осетию и работать по месту жительства моей семьи».

Самым действенным средством борьбы с объединительными настроениями в Южной Осетии оказались застарелые обиды отдельных семей.

Кто-то из адресатов письма передал его Сталину, и в купировании объединительных настроений это сыграло ключевую роль. Обиженного Михаила Санакоева направили в Юго-Осетинский областной отдел ОГПУ, а в 1930 году он возглавил отдел. При его деятельном участии в 1934 году Цхинвали переименовали в Сталинири. В ходе «большой чистки» 1937-1938 годов Санакоева, правда, расстреляли. Но особой нужды ни в нем, ни в его знании местной интеллигенции уже не было: в ходе репрессий старую интеллигенцию ликвидировали по всей стране, включая и Северную Осетию, где она была в избытке, и Южную, где ее не хватало. У объединительного движения не стало движущей силы, и о нем никто больше не вспоминал многие годы.

«Коммерсантъ-Власть», 17.10.2011

Фото: РГАКФД/Росинформ /  Коммерсантъ

Выборы президента Южной Осетии пройдут 13 ноября. Нынешний президент Эдуард Кокойты в них участия не принимает: у него заканчивается второй конституционный срок. От местной партии власти «Единство», которую Кокойты недавно возглавил, кандидатом в президенты выдвинут глава МЧС Южной Осетии Анатолий Бибилов. Как считается, его кандидатура одобрена Москвой.

30 сентября. У здания правительства сторонники Дзамболата Тедеева пытаются обеспечить независимость Южной Осетии от суверенной демократии.

Оппозиционных кандидатов по примеру старших товарищей в Южной Осетии стараются к выборам не подпускать. Еще весной были внесены поправки в закон о выборах, который устанавливает десятилетний ценз оседлости для кандидатов: поправки уточняют, что речь идет о последних десяти годах перед выборами. А перед началом кампании парламент разъяснил, что гражданин не считается живущим в Южной Осетии, если отсутствует больше трех месяцев в году. Таким образом, от выборов отсекались наиболее опасные для Кокойты оппозиционные кандидаты. В их числе был и Дзамболат Тедеев.

Однако его сторонники с этим не согласились. 30 сентября они попытались прорваться в здание ЦИКа, где в это время принимали решение об отказе в регистрации Тедеева. Охрана здания открыла стрельбу. Власти сочли происшедшее попыткой захвата ЦИКа.

Начались аресты. Тедеев, которого обвинили в организации беспорядков, забаррикадировался в доме своего отца в центре Цхинвала, а несколько десятков сочувствующих ему местных жителей окружили дом, чтобы не пустить туда ОМОН, если власти решат начать штурм.

Из России в Южную Осетию направились известные спортсмены, желающие поддержать Тедеева. Их не пропустили. 3 октября власти Южной Осетии запретили въезд в республику российских граждан, мотивируя это необходимостью сохранения стабильности перед выборами.

5 октября местная Компартия и ее лидер и на тот момент глава парламента Станислав Кочиев приняли жесткое обращение, в котором осудили власть за осложнение отношений с Россией и за преследования оппозиционных кандидатов, а также призвали ЦИК «дать возможность всем гражданам участвовать в выборах». В тот же день на экстренном заседании парламента тайным голосованием спикеру Кочиеву был вынесен вотум недоверия (Компартия на заседание не пришла).

До 8 октября ЦИК Южной Осетии должен был дать ответ еще 23 желающим участвовать в президентских выборах. Можно ожидать, что всем известным в республике оппозиционным кандидатам в регистрации будет отказано: все они либо имеют бизнес в Москве, либо там живут. Таким образом, к моменту выхода этого номера Южная Осетия будет зачищена от оппозиции и готова к выборам.

Москва в этой ситуации заняла выжидательную позицию и как будто не вмешивается в происходящее. Известно, правда, что в разгар противостояния в Цхинвале Игорь Сечин принял в Кремле главу МЧС Южной Осетии Анатолия Бибилова. А в беседе со мной один из местных чиновников, комментируя отстранение оппозиции от выборов, сказал: «Мы считаем, что эти люди — разрушители. Они думают, что деньгами можно всех избирателей купить. Они Южной Осетии не нужны. И мы ничего страшного не совершили. Мы действуем по тем же правилам игры, которые установлены в Москве».

С Дзамболатом ТЕДЕЕВЫМ мы разговаривали по телефону 5 октября. На момент подписания номера в печать конфликт еще не разрешился, а Тедеев со своими сторонниками ждал штурма дома.

«ПРОСТО ЛЮДИ ЗАСКОЧИЛИ МЕНЯ СПАСТИ»

– Почему  вы вступили в открытое противостояние с властями Южной Осетии?

– Это они вступили в противостояние. В пятницу, 30 сентября, это все началось. Сейчас мы сидим в моем доме, со всех сторон нам заблокировали входы и выходы, на перекрестках, на соседних улицах дежурят силовики. Во вторник нам сказали, что у них приказ в течение 72 часов нас отсюда выбить. Не знаю, как они собираются это делать, у нас тут мирные люди, есть женщины. Но от них можно ждать чего угодно.

– Возможно, вас просто хотят доставить к следователю, ведь против вас возбудили дело, а вы отказались туда идти?

– Меня хотят бросить в тюрьму. И непонятно за что, мы ничего не нарушали, мы с законом дружим. Это просто их прихоть, чтобы сегодня освободить политическую поляну только для своих кандидатов. А наши люди это знают, вот поэтому сюда люди идут и живым щитом становятся вокруг моего дома. Уже шестые сутки мы тут. Мы не можем отсюда выйти, потому что тех, кто выходит, избивают или сажают в тюрьму. У нас тут ленинградская блокада.

– А почему вы не идете на компромисс?

– Да я уже сказал, что готов к диалогу. 30 сентября мы просто пришли к ЦИКу на регистрацию. Никаких политических лозунгов не было с нашей стороны. Никаких митингов не было.

– А что было?

– Центризбирком находится на третьем этаже, мы пришли на первый этаж и ждали, когда они нас пригласят. И вот тогда в здание врывается пьяный генпрокурор со своими охранниками, нас оттолкнули в сторону. А сам он поднялся наверх в ЦИК, чтобы оказывать давление. Когда они нас оттолкнули, и мои сторонники это увидели, они тоже стали к нам подходить, потому что им не понравилась эта ситуация.

– Но, по данным следствия, они не просто подходили: была попытка захвата здания, массовые беспорядки.

– Беспорядки — это когда люди друг друга избивают. Никаких беспорядков не было, просто люди заскочили меня спасти. Когда несколько моих друзей внутрь заскочили, за ними захлопнули дверь. Госохрана открыла беспорядочную стрельбу в воздух. Услышав стрельбу, люди, которые были на улице, рванули в здание, они хотели меня защитить. О каком захвате идет речь?

– В ЦИКе говорят, что к ним генпрокурор так и не зашел.

– Конечно, они вам это говорят. Но я знаю, что председатель ЦИКа позвонила генпрокурору и сказала, что настроения там такие, что члены ЦИКа за меня могут проголосовать. Потому что не было никаких оснований мне отказать. А у генпрокурора в этот день племянник родился. И еще он новое здание прокуратуры обмывал. Вот он навеселе и явился. А потом, когда мои люди отошли назад от здания, генпрокурор вышел и всех обматерил трехэтажным матом. Это слышали все.

– А кто разбил стекла в здании?

– Стекло разбил племянник президента Алихан Пухаев, у него даже руки были порезанные, ему там оказывали медицинскую помощь. Вы можете это представить, что даже родственники против него?

– По официальным данным, арестовано более 30 человек по факту участия в беспорядках.

– Это они так говорят. А я говорю, что более 120 человек задержано. К нам родители молодых людей приходят, говорят, что задержаны. Мы все фиксируем. Люди говорят, что силовики арестовывают ребят, а потом на их машинах катаются. Просто правовой беспредел получается. И, к сожалению, все это происходит уже после того, как Южную Осетию признали независимым государством. В 2008 году мы много чего ждали. Мы думали, что какие-то правила будут юридические, что законы будут работать. Мы имеем право сделать свой выбор, и никто не может нас этого права лишить. Но сегодня так получается, что нас лишают гражданских прав. Потому что сегодня власть в Южной Осетии работает по беспределу.

– Когда вы сюда ехали, с кем-то в Москве говорили, советовались?

– Меня убивает знаете что? Что с Южной Осетией, как с усыновленным ребенком,— взяли его, усыновили, а потом бросили и забыли. Да, я сейчас на эмоциях, я могу утрировать, но раз признали Южную Осетию, значит, надо ее воспитывать, поддерживать, помогать. И я думаю, что люди, которые курируют Южную Осетию, просто не доводят до наших руководителей страны объективную информацию. Если бы Дмитрий Анатольевич или Владимир Владимирович знали, что здесь творится, все уже было бы совершенно по-другому.

«А ВАМ НЕ КАЖЕТСЯ СТРАННЫМ, ЧТО ЕЩЕ ШЕСТЬ ЧЛЕНОВ ЦИКА ПРОГОЛОСОВАЛИ ЗА МЕНЯ?»

– Со стороны все выглядит иначе: ЦИК отказал вам в регистрации, а вы не согласились, и начался конфликт.

– А с чем мне соглашаться? Как вы можете себе это представить: трех кандидатов зарегистрировали и только потом, когда ЦИК должен был рассмотреть мой вопрос, они экстренно собрали парламент и изменили под меня закон? То есть нас, потенциальных кандидатов, поставили в неравные условия.

– Изменения в закон были внесены еще до того, как началась регистрация. То, о чем вы говорите,— это специальное разъяснение парламента по поводу ценза оседлости.

– Да, и они это разъяснение дали уже после того, как три кандидата были зарегистрированы, а трем отказали! А это специальное разъяснение должны были сделать до регистрации первых кандидатов. У меня все документы были в порядке. Они говорят мне, что я не попадаю под ценз, но у меня есть трактовка этого закона спикером парламента Северной Осетии Станиславом Кесаевым. Он первоклассный юрист. И по его трактовке я подхожу по всем параметрам: я родился в Южной Осетии, у меня есть паспорт гражданина республики, я плачу за услуги ЖКХ, я туда приезжаю, и это подтверждают мои соседи,— так какие проблемы? Что я много в Москву езжу? Так по закону у нас свобода передвижений, никто не ограничивает меня.

– Но ведь парламент разъяснил, что ценз оседлости — это когда не более трех месяцев в году вы находитесь за пределами республики.

– Это вот как раз их новая трактовка, которую они дали после регистрации первых трех кандидатов. За день до рассмотрения моего вопроса. Все эти ограничения только еще больше раздражают народ. За эти десять лет люди реально устали от Кокойты. И хотят от него избавиться, и это бы объективно показали выборы. Он хочет любой ценой остаться, зацепиться за соломинку, чтобы не потерять эту власть.

– Все-таки объективно вы проиграли, семь членов ЦИКа проголосовали против вас.

– А вам не кажется странным, что еще шесть членов ЦИКа проголосовали за меня и двое воздержались? Воздержались, кстати, потому, что на них оказывали давление, к ним приходили домой, и, я это точно знаю, есть люди, которые могут это подтвердить. Целую ночь, пока у них шли разногласия по поводу меня, к ним туда приходил генпрокурор, и еще с каждым членом ЦИКа по отдельности разговаривали представители КГБ, МВД, госохраны. Так почему все-таки, если у меня нет ценза и я нарушаю закон, шесть членов ЦИКа проголосовали за меня? Потому что я проходил по всем юридическим канонам.

ЦИК направил в МВД запрос, чтобы они сказали, я здесь живу или нет. Соседей опросили, они сказали, что да, я здесь проживаю. Паспорт есть, регистрация есть. Но МВД прислало бумагу, что я здесь не проживаю. На каком основании такие данные — непонятно. Потом они запросили пограничников РФ, потому что наши пограничники не регистрируют пересечение границы. А какое российские пограничники имеют отношение к нашим выборам?

– Но ведь российские пограничники дали в итоге какую-то бумагу.

– По этому документу видно, что я часто пересекал границу.

– А вы на заседании ЦИКа сказали, что у вас был документ от российских пограничников, который позволял пересекать границу без регистрации на российской стороне.

– Да, у меня был документ, что можно без регистрации проезжать. Такие документы имеют ФСБ, ГРУ, спецслужбы российские. У меня такой тоже есть.

– А на каком основании вам дали такой документ?

– Я сегодня в РФ работаю. Общаюсь с людьми, где-то они мне помогают, где-то я им. На таком основании. За десять лет последних мне создавали массу проблем в Южной Осетии, меня сюда не пускали, а у меня родители больные, мне надо было приезжать. Когда я регистрировался, наши пограничники звонили в Цхинвал, и против меня выставляли ОМОН, СОБР и не пускали меня домой. Я был вынужден через своих близких, ребят, с кем я дружу, просить такой документ. Тем более что я сам военнослужащий.

– Но ведь в итоге российские пограничники не подтвердили, что у вас был такой документ.

– А кто это знает? На заседание ЦИКа пришел начальник югоосетинского КГБ и сказал, что российские пограничники не подтвердили. А что он еще мог сказать? Я показал свой документ, есть показания соседей, я им ведомость даже предоставил, что я тут 15 лет зарплату получал,— у меня в Цхинвале своя борцовская школа. Но они ничего не хотят видеть. Как с ними бороться, я не знаю.

«Я ПРИШЕЛ УЧАСТВОВАТЬ В ВЫБОРАХ ТАК ЖЕ, КАК И ОН В СВОЕ ВРЕМЯ ПРИШЕЛ»

– Говорят, что в 2001 году вы и ваш покойный брат помогли Эдуарду Кокойты стать президентом. А потом он вас из власти вытеснил, и поэтому вы ему мстите.

– У меня нет к нему никаких претензий, кроме того, что сегодня он лишает нас права выбора. Да, в свое время мы его поддержали, его знать никто не знал, здесь, в Южной Осетии, он не жил никогда. А у нас было уважение людей. Его предвыборный штаб у меня был в спортшколе. И полгода он жил у меня в доме, где я сейчас от него защищаюсь, а люди закрывают меня живым щитом. А потом через девять месяцев он избавился от тех людей, кто его привел. Но я против него ничего лично не имею.

– А почему, как вам кажется, президент Южной Осетии так боится оппозиции?

– Мне кажется, сегодня на него влияет его окружение. Его просто кто-то подстрекает. Но я-то иду на мирное решение этого вопроса. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Потому что ни один из нас этого не стоит. Почему он не идет на мирное урегулирование, это вопрос. Если он отдаст приказ штурмовать, это позор на весь мир.

– То есть вы ему не мстите и не собираетесь?

Нет, я просто пришел участвовать в выборах, так же, как и он в свое время пришел. И десять лет назад, когда его выбирали, председателем ЦИКа был та же женщина, которая сегодня снова назначена, Белла Плиева. И тогда, десять лет назад, у него не было югоосетинского паспорта, и соседи на площадке квартиры его родителей не подтверждали, что он здесь жил. Но председатель ЦИКа его зарегистрировала. А у меня сегодня есть все документы, а меня не зарегистрировали. Понимаете?

– А почему вы до сих пор не подали апелляцию на решение ЦИКа?

– Если я выйду, меня сразу же отвезут в тюрьму. И своих людей я тоже не хочу подставлять. Все потому, что они реально понимают, у нас есть рейтинг. И на выборах мы можем победить. У нас тут средневековье, понимаете?

– Правда, что с вами в доме находится Анатолий Баранкевич, возглавлявший минобороны Южной Осетии во время августовской войны с Грузией?

(Баранкевич в августе 2008-го не возглавлял министерство обороны Южной Осетии, откуда, опасаясь высокого авторитета генерала, его загодя убрал Э.Кокойты, назначив на должность секретаря Совета безопасности РЮО без реальных полномочий; например, Анатолию Константиновичу предписывалось заниматься снабжением отдаленных горных сел и возглавлять паводковую комиссию. А вот когда началась война Верховный главнокомандующий сбежал из Цхинвала, а оборона города легла на плечи именно Баранкевича – ред. «Осетия-Квайса»)

– Да, он рядом со мной. Это мужественный человек. И многие ребята, которые в 2008-м защищали Цхинвал, сейчас со мной. Достойные люди не могут уже быть с этой властью.

– Если вам дадут возможность уехать, вы уедете?

– Я же сказал: я за мирное решение.

«Коммерсантъ-Власть«, 10.10.2011

Фото: Лана Парастаева /  Коммерсантъ

Экстренное заседание парламента Южной Осетии состоялось в отсутствие спикера: Станислав Кочиев, по данным пресс-службы парламента, был на больничном. Депутаты от возглавляемой им Компартии демонстративно на заседание не явились — таким образом, в зале находилось всего 23 народных избранника. Тайным голосованием — 19 против 4 — было принято решение о вынесении вотума недоверия спикеру. Причину своего решения депутаты объяснять не стали.

Как рассказали «Ъ» источники в парламенте Южной Осетии, попытку избавиться от слишком независимого спикера власти предпринимали давно. Еще летом к господину Кочиеву пришли депутаты от Народной партии и предупредили его — это было связано с тем, что спикер отказался инициировать вотум недоверия правительству, с которым у президента Южной Осетии периодически портятся отношения.

С того времени Станислав Кочиев, страдающий сердечным заболеванием, на заседания парламента не приходил. Это, однако, не мешало ему принимать решения, которые шли вразрез с генеральной линией власти. Так, вчера утром Компартия распространила заявление, в котором осудила участников массовых беспорядков 30 сентября (вызванных отказом ЦИК Южной Осетии в регистрации кандидатом в президенты известного спортсмена Дзамболата Тедеева), в том числе и силовые структуры. Жесткой критике подверглась и исполнительная власть — в частности, за введенные 3 октября ограничения на въезд российских граждан в Южную Осетию.

«Мы считаем, что особую ответственность за осложнение ситуации в республике несет исполнительная власть,— говорится в обращении.— Мы обращаемся к президенту как гаранту конституции Республики Южная Осетия с требованием прекратить нарушения прав человека, освободить задержанных, открыть границу с РФ, не мешать свободному передвижению граждан не только Южной Осетии, но и России. Призываем ЦИК дать возможность всем гражданам Южной Осетии, как и раньше, в том числе и проживающим за пределами республики, участвовать в предстоящих выборах». Предупредив, что противостояние в республике может привести к «непредсказуемым последствиям», Компартия призвала исполнительную власть к «сдержанности и благоразумию».

Как отмечает источник «Ъ» в парламенте, после такого демонстративного несогласия с действиями президента шансов у господина Кочиева не осталось. Сам Станислав Кочиев заявил вчера журналистам, что его отрешение от должности связано с выборами. «Это сделали, потому что знают, что я буду противодействовать фальсификации выборов»,— пояснил теперь уже бывший спикер. Временно исполняющим обязанности главы парламента вчера был назначен первый вице-спикер, лидер партии «Единство» Зураб Кокойты.

Ольга АЛЛЕНОВА,
«Коммерсантъ», 06.10.2011

Фото: Лана Парастаева / Коммерсантъ

Беспрецедентное решение о введении особого режима пересечения границы с РФ было принято в Цхинвале в понедельник поздно вечером. По официальной версии, это вызвано необходимостью «обеспечить общественную безопасность и стабильность в республике».

Как пояснила «Ъ» представитель пресс-службы МИД Южной Осетии Альбина Чехоева, «ограничения касаются категорий иностранных граждан, которые могут дестабилизировать обстановку». Конкретизировать эти категории сотрудница пресс-службы не смогла, сообщив лишь, что ограничения не касаются российских военных, сотрудников ФСБ, работающих в республике строителей, а также граждан, направляющихся в Южную Осетию по семейным делам. На вопрос «Ъ», могут ли российские журналисты проехать в Южную Осетию, представитель МИДа сообщила: «Желательно пока от этого воздержаться». При этом собеседница «Ъ» оговорилась, что ограничения «носят временный характер, продлятся всего несколько дней, и до выборов будет восстановлен обычный порядок пересечения границы».

Российские пограничники о происходящем в Южной Осетии вчера, похоже, ничего не знали. Руководитель пресс-службы погранслужбы ФСБ по Северной Осетии Александр Солод заявил «Ъ», что пограничники на КПП «Нижний Зарамаг» «работают в штатном режиме» и что «никто не получал приказа о каких-то дополнительных условиях пересечения границы с российской стороны». На вопрос об ограничениях на южноосетинской стороне господин Солод ответил: «Это не имеет к нам отношения».

Оппозиция Южной Осетии назвала меры Цхинвала «демонстративной наглостью», не исключив, что ограничения связаны с желанием властей заблокировать въезд в республику посредников из Москвы, желающих разрешить конфликт между властями и оппозицией. В Цхинвале в самом разгаре противостояние между властями и главным тренером РФ по вольной борьбе Дзамболатом Тедеевым, которому ЦИК отказал в регистрации кандидатом в президенты (см. «Ъ» за 3 октября).

За последние двое суток количество задержанных сторонников Тедеева, принимавших участие в беспорядках 30 сентября, выросло, по официальным данным, до 34 человек. В штабе Тедеева утверждают, что задержанных в разы больше и что из республики его самого уже просто так не отпустят.

Однако до сих пор власти не пошли на силовой вариант, опасаясь массовых протестов. «Вокруг дома, где находится Дзамболат, огромное количество людей,— сообщил вчера «Ъ» по телефону его двоюродный брат Валерий.— Они хотят одного: чтобы отпустили всех задержанных по политическим мотивам и чтобы дали всем кандидатам равные права в кампании».

Как заявил «Ъ» источник в парламенте Южной Осетии, «Тедеев давно бы пошел на мировую, если бы не ждал подкрепления из России». По словам собеседника «Ъ», на помощь главному тренеру сборной РФ по вольной борьбе уже пытались проехать несколько групп спортсменов из Северной Осетии и Дагестана — на границе их развернули. Появлялась информация и о том, что депутат Госдумы Арсен Фадзаев намерен прибыть в Цхинвал на переговоры с Эдуардом Кокойты — известно, что господа Фадзаев и Тедеев друзья. «Границу закрыли, чтобы избежать приезда всех этих визитеров, которые могут дестабилизировать обстановку»,— пояснил собеседник «Ъ» в парламенте Южной Осетии.

Президент Кокойты на встрече с членами ЦИКа в понедельник поблагодарил их за «мужество и принципиальность», пообещав, что примет «все необходимые меры» для сохранения порядка. Он намекнул, что не позволит третьим силам вмешиваться во внутренние дела Южной Осетии — это можно трактовать как объяснение ввода особого режима на границе.

Впрочем, даже цхинвальские чиновники в беседе с «Ъ» называют ужесточение курса властей «опасным и негативным» шагом. Один из зарегистрированных ЦИКом кандидатов в президенты Алан Кочиев заключен под стражу по обвинению в избиении местного депутата. А в понедельник бывший лидер Народной партии Роланд Келехсаев, также подавший документы в ЦИК, по его словам, был избит в Цхинвале неизвестными в масках.

Как сообщил «Ъ» сам господин Келехсаев, он заехал в дом к Дзамболату Тедееву, чтобы поддержать его, а потом отправился во Владикавказ, однако его машину заблокировала «Нива», из которой выскочили вооруженные люди в камуфляже и масках. «Они приказали мне лечь на землю,— рассказывает господин Келехсаев.— Кто-то ударил меня по голове, я потерял сознание. Очнулся в ГОВД, лежал на полу лицом вниз. Какой-то человек спрашивал меня, где документы и печать «Народной партии», которую у меня рейдерским захватом отобрали в 2009 году. Через полчаса меня отпустили». Получить комментарий в генпрокуратуре Южной Осетии «Ъ» вчера не удалось: мобильные телефоны генпрокурора Хугаева и заместителя генпрокурора Кокоева не отвечали.

«То, что творится в Южной Осетии,— позор,— заявил «Ъ» Роланд Келехсаев.— Власти должны одуматься и понять, что надо искать компромисс и договариваться с оппонентами, а не запугивать их и сажать в тюрьму».

Ольга АЛЛЕНОВА; Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ,
«Коммерсантъ», 05.10.2011

Фото: Лана Парастаева / Коммерсантъ

// Главный тренер сборной России по вольной борьбе
рассказал о случившемся в ЦИКе

В эти выходные в столице Южной Осетии городе Цхинвале развернулись практически боевые действия. Всеми силами нынешние власти республики пытаются отодвинуть от участия в грядущих президентских выборах Дзамболата ТЕДЕЕВА, главного тренера сборной России по вольной борьбе. Вчера ЦИК ЮО отказал Тедееву в регистрации кандидатом из-за якобы несоблюдения 10-летнего ценза оседлости.

По словам самого Дзамболата, генпрокурор республики Таймураз Хугаев лично приехал в здание ЦИКа, чтобы проконтролировать отказ Тедееву в регистрации на выборы. В ЦИКе едва не развернулась настоящая бойня, когда, как говорит пока несостоявшийся кандидат, Хугаев стал кричать матом на сторонников Тедеева, а его самого ударил так, что тренер упал. О том, что сейчас происходит в Южной Осетии, спецкору «МК» рассказал сам Дзамболат ТЕДЕЕВ.

- Дзамболат Ильич, претензии к вам насчет несоблюдения ценза оседлости справедливы?

- Сегодня чтобы определить соблюдение ценза оседлости, нужно смотреть на несколько факторов – регистрация, оплата коммунальных услуг, налогов, амбулаторная книжка из поликлиники, где человек хотя бы раз в год должен появляться. Все это у меня есть. Кроме того, доказать, что человек проживает или не проживает в Южной Осетии 10 лет, можно, взяв объяснительные у его соседей. К моим соседям приезжали участковые, опрашивали их. Все подтвердили, что я живу здесь. Но ЦИК написал то, что им нужно было. Не понимаю, зачем тогда они присылали этих участковых? Есть прямой указ от президента ЮО Эдуарда Кокойты и генпрокурора Таймураза Хугаева не допустить меня к участию в выборах любой ценой. И этот указ выполняется. После регистрации трех кандидатов трактовку Конституции и законов начали менять специально под меня.

- Что в субботу происходило в здании ЦИКа? Информационные ленты пестрели сообщениями, что там чуть ли не стрельба началась…

- Было и это. Но только не с нашей стороны. Нам назначили время, к которому я и мои представители должны были прийти в ЦИК на прием. Мы пришли, подтянулись и наши сторонники. Ни меня, ни моего представителя долго не пускали. Потом представитель все-таки поднялся на третий этаж, где вершат судьбы кандидатов, а мы остались ждать на первом этаже. И вдруг в здание врывается в стельку пьяный генпрокурор Южной Осетии Хугаев, начинает крыть нас отборным матом и расталкивать. Он меня ударил, я упал. После чего Хугаев побежал на третий этаж. Народ испугался за меня, часть людей побежала следом за генпрокурором. Я людей успокоил. А потом когда ЦИК объявил нам отказ в регистрации, Хугаев вышел из здания на площадь, где собрались мои сторонники, и снова обматерил людей. Сейчас около 250 человек написали заявления об оскорблениях и угрозах со стороны Таймураза Хугаева, завтра мы собираемся отнести их в органы. Вот только куда их подавать, если он сам генеральный прокурор?

- Дзамболат, говорят, у вашего дома сейчас развернулась настоящая оборона?

- В субботу вечером мой дом хотели захватить бойцы СОБРа и ОМОНа. Они приехали на четырех «Газелях». Мы отстояли дом. Весь вчерашний вечер и весь сегодняшний день ко мне на улицу Островского прибывают люди, которые поддерживают меня, чтобы защитить меня и мою семью, если со стороны властей последуют дальнейшие провокации. Мы разбили в огороде палатки, здесь же и готовим на всех. Сейчас на территории дома находится около 800 моих сторонников. Правда, около 150 человек сейчас уже арестовано. Люди в масках и камуфляжной форме забирали их и увозили в неизвестном направлении. Приходят родители молодых людей, ищут их. Мы отправили в милицию своего адвоката, так его туда не пустили, сказали, что самого посадят в СИЗО, если он не уйдет. Происходит правовой беспредел. Сегодня за задержанных нам стали назначать выкуп – 15-20 тысяч рублей за каждого человека. Это при том, что в Южной Осетии среднемесячная зарплата – максимум 10 тысяч…

- Каковы ваши дальнейшие действия?

- В первую очередь, мы требуем, чтобы освободили людей. Ведь забрали даже матерей, у которых дома остались грудные дети. А после этого мы будем защищать свои интересы в суде – правовым методом. Хотя ЦИК находится под тотальным давлением, а законы фактически не работают, мы будем бороться. Ведь юридическая правда абсолютно на нашей стороне.

Екатерина ПЕТУХОВА,
«Московский комсомолец», 2.10.2011

// Сторонники оппозиции едва не захватили правительство

В Южной Осетии вчера едва не началась «цветная революция». Сторонники кандидата в президенты республики, главного тренера сборной России по вольной борьбе Дзамболата Тедеева, окружили здание правительства и ЦИКа и попытались проконтролировать регистрацию своего лидера. Властям удалось рассеять около тысячи сторонников господина Тедеева только после того, как бойцы республиканского ОМОНа открыли огонь поверх толпы. Обстановка в республике может еще больше накалиться в связи с тем, что вчера поздно вечером ЦИК отказал господину Тедееву в регистрации кандидатом.

Массовые столкновения около здания правительства Южной Осетии, в котором располагается и ЦИК ожидающей 13 ноября президентских выборов республики, начались около четырех часов дня по московскому времени. Как рассказали «Ъ» три очевидца событий, в это время к зданию подошли около 20 сторонников одного из самых известных кандидатов в президенты республики — тренера сборной России по вольной борьбе Дзамболата Тедеева. Они пытались проникнуть внутрь и проконтролировать ход регистрации своего кандидата. По словам источника «Ъ» в штабе господина Тедеева, вчера истекал последний отведенный законом срок на регистрацию, поскольку документы инициативная группа подала в ЦИК десять дней назад.

По словам очевидцев, в здании ЦИКа в этот момент находился генпрокурор Южной Осетии Таймураз Хугаев — близкий родственник действующего президента Эдуарда Кокойты. Он и его охрана вступили в перепалку со сторонниками Дзамболата Тедеева. Вскоре на площади перед Домом правительства собралась толпа сторонников господина Тедеева. По данным властей Южной Осетии, собрались около 150 человек, сторонники российского тренера говорят о 2-4 тыс. Опрошенные «Ъ» очевидцы событий называют цифру 1 тыс. человек. Так или иначе, но масштаб протестов для Цхинвала беспрецедентен — такое количество противников власти на улицах южноосетинской столицы не собиралось с момента признания республики в августе 2008 года.

Отбить атаку на здание правительства смогли лишь прибывшие на место столкновений бойцы республиканского ОМОНа, давшие несколько автоматных очередей поверх голов толпы.

«Благодаря грамотным и оперативным действиям толпу удалось оттеснить»,— сообщил «РИА Новости» руководитель пресс-службы президента и правительства Южной Осетии Вячеслав Седов. С наступлением темноты сторонники Дзамболата Тедеева начали расходиться по домам.

Как рассказали «Ъ» источники в штабе Дзамболата Тедеева, его команда ожидала проблем с регистрацией. В этом году в Южной Осетии был принят закон, вводящий десятилетний ценз оседлости для кандидатов в президенты. Сам господин Тедеев последние десять лет проводил в России, но настаивал, что жил в Южной Осетии, а на территории РФ находился в командировках. 28 сентября ЦИК обратился в парламент Южной Осетии за разъяснениями относительно того, считаются ли временные выезды за пределы республики нарушением десятилетнего ценза. Депутаты пришли к выводу, что «срок проживания считается непрерывным, если лицо выезжало за пределы республики не более чем на три месяца в течение одного года».

Вчера ЦИК обратился к парламенту за повторным разъяснением. Депутаты несли свой ответ в ЦИК в сопровождении членов инициативной группы по выдвижению Дзамболата Тедеева. Именно в этот момент и произошла их стычка с генпрокурором Хугаевым и его охраной. Мобильные телефоны Дзамболата Тедеева и Таймураза Хугаева вчера не отвечали.

«Мы будем дожидаться ответа от ЦИКа. Если комиссия откажется регистрировать Дзамболата, свою кандидатуру выдвинет его двоюродный брат Валерий. Но мы будем бороться дальше»,— заявил «Ъ» собеседник в штабе господина Тедеева. Судя по всему, борьба будет ожесточенной. Дело в том, что у господина Тедеева есть личные счеты с президентом Кокойты. В 2001 году Дзамболат Тедеев и его брат Ибрагим сыграли ключевую роль в победе Эдуарда Кокойты на выборах, но затем отношения между ними испортились, и братья были изгнаны из Южной Осетии. Ибрагим Тедеев спонсировал оппонентов Эдуарда Кокойты, а в октябре 2006 года был застрелен во Владикавказе при странных обстоятельствах. «Дзамболат поклялся на могиле брата, что достанет Кокойты,— рассказал «Ъ» источник в окружении тренера.— И от своих слов он не откажется».

Поздно вечером ЦИК с перевесом в один голос принял решение отказать Дзамболату Тедееву в регистрации кандидатом.

Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ; Александр ГАБУЕВ,
«Коммерсантъ», 1.10.2011

Фото – Радио Свобода

// Лидера североосетинской банды киллеров, застреливших мэра Владикавказа, ждут в суде Ростова-на-Дону

Главаря кровавой банды киллеров из Северной Осетии Олега Гагиева (Ботэ) будут судить не в гражданском суде Владикавказа, а в Ростове-на-Дону, в Северо-Кавказском окружном военном суде. Такое решение Верховный суд принял для того, чтобы обеспечить безопасность свидетелей — им до сих пор угрожают оставшиеся на свободе бандиты. На счету подручных Гагиева расправы с действовавшим и бывшим мэрами Владикавказа, чиновниками администрации Северной Осетии и высокопоставленными офицерами МВД.

Об окончании расследовании дела уроженца Южной Осетии Олега Гагиева, более известного в криминальных кругах под кличками Ботэ и Малыш, Следственный комитет объявил еще в июле этого года. Однако до последнего момента было не понятно, где будут судить Гагиева. Верховный суд подтвердил решение о передаче из гражданского суда в  Ростов-на-Дону, в Северо-Кавказский окружной военный суд. Обычно такие меры предпринимаются, когда судят террористов или военнослужащих.

Гагиев не террорист, но его киллеры обезглавили практически всю верхушку Северной Осетии. Во Владикавказе в октябре — декабре 2008 года были убиты мэр города Виталий Караев, его предшественник на этом посту и бывший вице-премьер республики Казбек Пагиев и один из руководителей североосетинского уголовного розыска Виталий Чельдиев вместе со своим сыном.

Кроме того, следователи считают, что подручные Гагиева причастны еще к целой серии убийств и покушений — чиновников администрации главы Северной Осетии, милиционеров, коммерсантов и конкурентов по преступному бизнесу.

Для расследования заказных убийств в республике высадился целый десант — 24 сотрудника Следственного комитета из 17 регионов России, а также около 150 полицейских. «Варяги» потребовались еще и потому, что у гангстеров среди местных силовиков оказались сообщники. Например, зампрокурора Пригородного района Северной Осетии Марат Габеев — сейчас он в бегах и находится в федеральном розыске. Кроме него бандитам помогали оперативник регионального УБОПа Рафаэль Калагов и 32-летний участковый Гиви Слонов. Силовики помогали сообщникам выйти из мест оцепления, а также предоставляли угнанные автомобили для выезда на убийства.

Несколько бандитов, среди которых оказался действующий офицер УБОПа, пошли на сделку со следствием и признали свою вину почти в 15 убийствах и покушениях, участии в банде. Они получили по 18–19 лет лишения свободы. Киллер Александр Джуссоев, «правая рука» Ботэ, приговорен к 19,5 года. Родственники их жертв с нетерпением ждали начала суда над главарем. Тем более что имена заказчиков преступлений до сих пор остаются тайной.

Однако передать его дело в суд летом не удалось. Следователи заявили, что оставшиеся на свободе сообщники Гагиева стали угрожать свидетелям по делу, которых насчитывается более 200 человек. По фактам угроз было возбуждено уголовное дело, а Генпрокуратура обратилась в Верховный суд с ходатайством о передаче дела Гагиева для рассмотрения в другой регион для обеспечения безопасности участников процесса.

 Адвокат Гагиева Алан Баграев категорически возражал против передачи дела из  Северной Осетии, называя доводы Генпрокуратуры надуманными.

— Удаленность от Владикавказа создаст серьезные проблемы при доставке свидетелей, — считает Баграев.  При этом он подчеркнул, что его клиент (пока он находится в СИЗО в Северной Осетии) настаивает на своей невиновности и будет просить о рассмотрении его дела судом присяжных.

Предположительно, процесс в Ростове-на-Дону начнется в самое ближайшее время: 15 октября истекает очередной срок ареста Гагиева, находящегося под стражей больше двух лет.

Владимир БАРИНОВ,
«Известия», 28.09.2011

// Глава кремлевской администрации навестил Южную Осетию

Глава администрации президента России Сергей Нарышкин посетил 20 сентября Южную Осетию, где принял участие в заседании российско-югоосетинского делового форума и праздновании Дня независимости республики. Российский чиновник имел возможность оценить, как идет подготовка к президентским выборам, которые Южной Осетии предстоят меньше чем через два месяца.

Поздравив народ и президента Эдуарда Кокойты, Нарышкин заявил, что будет «очень внимательно и подробно решать вопросы, чтобы придать новый дополнительный ритм нашим отношениям». Именно Нарышкин в 2009-м, когда Южная Осетия готовилась к первым после признания Россией выборам парламента, прямо дал понять Кокойты, что в Кремле не хотят, чтобы тот продлевал свое пребывание у власти дольше положенных двух сроков.

Но к осени 2011 года не стало яснее, кто был бы Москве симпатичнее действующего президента. Зато на глазах складывается конфигурация, благодаря которой Эдуард Кокойты и после отставки сможет сохранить в Южной Осетии влияние на политическую ситуацию: для этой «рокировки» республика готова использовать весь опыт своего большого соседа. В воскресенье, 18 сентября, правящая партия «Единство» выдвинула своего кандидата в президенты — им стал глава МЧС республики Анатолий Бибилов. Кроме Бибилова депутаты рассматривали еще одну кандидатуру — директора цхинвальского хлебокомбината Вадима Цховребова по прозвищу Булочка, но тот в итоге взял самоотвод (правда, в центризбирком уже независимо от партии обратилась инициативная группа его сторонников). Одновременно участники съезда учредили должность председателя партии, на которую выбрали Эдуарда Кокойты.

Кроме того, в Южной Осетии объявлено о создании отделения «Общероссийского народного фронта», куда, несмотря на суверенитет республики, уже вступили 900 человек. Автором идеи ОНФ в ЮО считается член политсовета югоосетинского «Единства» Тарзан Кокойты. «Фронт» может стать инструментом и для закрепления статуса Эдуарда Кокойты, и для «промоушен» лояльного по отношению к нему преемника.

Проблема в том, что единой кандидатуры преемника нет. Сам Кокойты в начале сентября объявил, что поддержит Анатолия Бибилова и генпрокурора республики Таймураза Хугаева. Кроме них есть чрезвычайный и полномочный посол Южной Осетии в России Дмитрий Медоев, который 20 сентября сопровождал Нарышкина в поездке в республику. А накануне он дал понять, что не исключает своего выдвижения.

Правда, по данным на вечер 20 сентября, ни Медоева, ни Хугаева еще не было среди тех, кто уже формально выдвинут инициативными группами и партиями «на соискание» статуса кандидата в президенты. Зато в списке кроме директора хлебокомбината есть уже 18 потенциальных кандидатов, и перечень не закрыт. Бросается в глаза группа последовательных оппонентов действующего режима, которые пока явно распыляют силы, но потом, вероятно, попытаются объединиться вокруг тех, кого допустят до выборов.

Из оппозиционеров документы в ЦИК подали глава партии «Отечество» Вячеслав Гобозов, бывший министр образования ЮО Алла Джиоева, предприниматель Альберт Джуссоев, экс-лидер Народной партии Роланд Келехсаев и главный тренер сборной России по вольной борьбе Джамболат Тедеев. Есть несколько провластных кандидатов «второго ряда» (например, председатель госкомитета ЮО по информации, связи и массовым коммуникациям Георгий Кабисов) и группа выдвиженцев, не связанных ни с властью, ни с оппозицией, например экс-командир СОБРа республики Сослан Тедеев. В списке есть бывший начальник ГАИ, бывший министр обороны, хирург, банковский клерк, заместитель цхинвальского мэра, главный пристав минюста, предприниматель и бывший депутат парламента.

Столь массового ажиотажа президентские выборы в ЮО не вызывали еще никогда, и пока толпа желающих свидетельствует скорее о деградации политических институтов, чем о расцвете плюрализма. Впрочем, появление в ЦИК такого множества инициативных групп еще не означает, что кандидатов в итоге окажется столько же: многие будут отбракованы избиркомом, например, в связи с правилом десятилетнего ценза оседлости.

Иван СУХОВ,
«Московские новости», 21.09.2001

Предвыборная кампания в Южной Осетии стартовала съездом партии «Единство» и выдвижением кандидата от власти — главы МЧС республики Анатолия Бибилова. Однако политические перспективы Южной Осетии обозначило не столько выдвижение ключевого кандидата в президенты, сколько избрание действующего главы республики Эдуарда Кокойты председателем партии большинства. Спецкор «Ъ» ОЛЬГА АЛЛЕНОВА попыталась разобраться, кто теперь в Южной Осетии будет главным.

Преемник

Официально предвыборная кампания в Южной Осетии еще не началась — выборы состоятся 13 ноября, и ЦИК пока не зарегистрировал ни одного кандидата. Однако в минувшие выходные стало ясно, какой будет Южная Осетия, по крайней мере, в ближайшие пять лет после выборов.

Съезд партии «Единство», состоявшийся 18 сентября, преподнес сразу два сюрприза. Первый — партия, имеющая большинство в парламенте, выдвинула кандидатом в президенты главу МЧС Южной Осетии Анатолия Бибилова.

О том, что господина Бибилова на выборах поддержит Кремль, «Ъ» писал еще в августе. По данным «Ъ», господин Бибилов произвел благоприятное впечатление на главу МЧС РФ Сергея Шойгу, а также оказался «комфортным» партнером для Минрегионразвития, курирующего восстановление республики. «Бибилов не входит в ближайшее окружение Кокойты, но в то же время не является его противником, а значит, он сможет и дистанцироваться от своего предшественника, и сохранить гражданский мир»,— пояснил «Ъ» источник в российском МИДе. Правда, представители оппозиции Южной Осетии, собравшиеся 7 сентября во Владикавказе на предвыборный форум, утверждали, что «кандидатуру Бибилова на самом деле поддерживают околокремлевские круги, а не президент РФ» и что «Дмитрий Медведев поддержит того кандидата, который наберет большинство голосов, как это было в Абхазии».

В самой Южной Осетии до начала сентября кандидатуру Анатолия Бибилова не воспринимали серьезно — преемником считали нынешнего генпрокурора республики Станислава Хугаева — не только идейного соратника Эдуарда Кокойты, но и его родственника. Предполагалось, что только этот человек поможет господину Кокойты сохранить контроль над республикой.

Однако 2 сентября глава Южной Осетии заявил, что считает достойными кандидатами на пост президента и Бибилова, и Хугаева. А на съезде «Единства» 18 сентября предпочтения властей окончательно были отданы главе МЧС. «Очевидно, Кокойты понял, что лучше не идти против воли Москвы,— полагает председатель исполкома партии «Ирон» Виссарион Асеев.— Хотя не последнюю роль сыграло и то, что у Хугаева нет 10-летнего ценза оседлости, и если ради него ЦИК сделает исключение, тогда придется регистрировать и оппозицию — Альберта Джуссоева и Джамболата Тедеева, а этого Кокойты не может допустить».

Интрига вокруг прописанного в законе ценза оседлости будоражит южноосетинскую общественность уже несколько месяцев. Ранее оппозиционный господину Кокойты бизнесмен Альберт Джуссоев пояснил «Ъ»: «В законодательстве Южной Осетии был прописан 10-летний ценз оседлости для кандидатов в президенты, но трактовать его можно было по-разному. Например, так, что любой человек, проживавший в республике когда-либо в течение десяти лет, даже в юности, имеет право баллотироваться. Весной этого года парламент внес поправки в закон, по которым кандидатом в президенты может стать гражданин ЮО, проживавший именно последние десять лет в республике». «Эти поправки незаконны,— полагает бывший лидер Народной партии Южной Осетии Роланд Келехсаев, выдвинутый инициативной группой в президенты.— Они лишают половину наших граждан конституционного права баллотироваться. Все знают, что из-за сложной политической ситуации многие просто не могли здесь жить».

По мнению Виссариона Асеева, поправки в закон были внесены специально для того, чтобы не дать возможности зарегистрироваться главным оппонентам Эдуарда Кокойты: и глава фирмы «Стройпрогресс» Альберт Джуссоев, и главный тренер сборной России по вольной борьбе Джамболат Тедеев последние годы больше времени проводили в Москве, чем на родине. Пока ЦИК Южной Осетии только рассматривает кандидатуры Тедеева и Джуссоева, но уже в ближайшую неделю решение по ним будет принято. Каким оно будет, в Южной Осетии не сомневаются. По словам Виссариона Асеева, «Тедеев и Джуссоев сильные конкуренты, и Кокойты не допустит их к выборам».

С этой же целью, по мнению оппозиции, летом власти провернули целую кампанию ради сохранения старого состава ЦИК республики. По закону, полномочия ЦИКа истекали 31 августа, и до этого времени парламент и президент должны были представить свои квоты — по семь человек в состав нового ЦИКа. В июле парламент провел заседание, на котором утвердил свою квоту, после чего был распущен на летние каникулы. Однако вскоре после этого, как рассказали «Ъ» в парламенте ЮО, депутатов вызвали из отпусков и провели экстренное заседание, на котором было отменено предыдущее решение. Все это производилось в отсутствие спикера Станислава Кочиева, который находился на лечении. По словам источника «Ъ», недовольство власти вызвали несколько кандидатур в парламентской квоте в ЦИК, не устроивших президента Кокойты. В новом списке, утвержденном парламентом, этих фамилий уже не было.

Интересная коллизия случилась и с назначением главы нового ЦИКа — им стала Белла Плиева, возглавлявшая ЦИК два предыдущих срока. «По закону Плиева не может возглавлять ЦИК больше двух раз подряд,— утверждает источник «Ъ» в парламенте.— Однако они нашли небольшую лазейку в законе и добились своего, назначив ее в третий раз председателем ЦИКа. Это многим не понравилось, и Компартия за это критиковала президента. После этого у Компартии начались проблемы — к ее председателю и спикеру Станиславу Кочиеву пришли депутаты от Народной партии и предложили уйти с этой должности «по состоянию здоровья». Он отказался, но, скорее всего, они своего добьются, им нужен более послушный парламент, ведь парламент решает все». По мнению Виссариона Асеева, новый ЦИК Южной Осетии больше чем наполовину состоит из преданных властям представителей старого Центризбиркома, и «это было главной задачей власти».

Контролер

Еще одним сюрпризом воскресного съезда партии «Единство» стало избрание президента Кокойты ее лидером. По этому случаю президент Южной Осетии заявил, что никуда не уйдет из республики и остается в политике. Эксперты расценили это как демонстрацию ясных намерений господина Кокойты возглавить парламент. Если еще в начале года сторонники Эдуарда Кокойты предполагали, что Южная Осетия могла бы повторить российскую модель, а Эдуард Кокойты — стать премьером, то сейчас все понимают невозможность такой конструкции. В республике, бюджет которой состоит на 80% из российских денег, премьером и контролером этих средств всегда будет «варяг», присланный из Москвы.

«Единственным вариантом для Кокойты сохранить контроль над ситуацией — это возглавить парламент»,— полагает Виссарион Асеев. Однако в парламенте республики «Ъ» сообщили, что господин Кокойты не проходил по выборным спискам в парламент в 2009 году и не является депутатом, и поэтому не может стать и спикером. «Даже если кто-то из депутатов захочет сложить полномочия в пользу Эдуарда Джабеевича, по закону на место этого депутата придет следующий в партийном списке,— пояснил собеседник «Ъ».— Так что теоретически для нынешнего президента есть только два варианта: ждать новых выборов или распустить парламент и провести выборы досрочные».

Однако оба этих варианта не обеспечивают господину Кокойты сохранения его влияния — до новых выборов он может потерять много времени, да и сами выборы не гарантируют ему полной победы, зато дают новые шансы оппозиции. Таким образом, у него остается только один шанс: оставаясь лидером партии большинства, контролировать парламент и исполнительную власть.

Эта задача была бы трудновыполнимой при наличии сильных оппозиционных групп в парламенте, однако после смещения руководства Народной партии в 2009 году и передачи ее в руки сторонников нынешнего президента парламентская оппозиция перестала представлять серьезную угрозу для господина Кокойты. Последним препятствием на пути к достижению полного контроля над обеими ветвями власти для Эдуарда Кокойты остается Компартия и ее лидер спикер Станислав Кочиев, не раз демонстрировавший независимость в принятии решений. Однако из-за слабого здоровья он в скором времени может покинуть этот пост.

«Коммерсантъ», 20.09.2011

Фото: Заур Фарниев/Коммерсантъ

Для того чтобы голосование в пользу действующего президента было возможно, потребовались некоторые процедурные инновации, а именно изменения и дополнения в партийный Устав. Была учреждена сама должность председателя партии, которая отныне считается высшей выборной позицией.

Попытаемся разобраться в причинах подобной политической комбинации.

На 13 ноября нынешнего года в Южной Осетии намечены выборы президента республики. Между тем, задолго до старта предвыборной кампании в республике закрутилась серьезная интрига. В этой интриге было несколько узловых моментов. Самый важный из них – это перспектива третьего срока для президента Кокойты.

К этой теме лидер Южной Осетии в разные периоды относился по-разному. До парламентской кампании 2009 года он не исключал возможности пролонгации своих полномочий. В ходе выборов парламента республики (первых после «пятидневной войны» и признания государственной независимости) Москва устами Сергея Нарышкина, главы администрации Дмитрия Медведева отправила недвусмысленный сигнал в Цхинвал: нарушения Конституции Южной Осетии будут считаться «красной линией» в асимметричных стратегических отношениях. Кокойты с этим согласился. И стал озвучивать свое мнение о невозможности менять Основной закон в угоду себе.

Но при этом нельзя сказать, что президент Южной Осетии тут же смирился и взял под козырек. Были и определенные «прощупывания» позиций Кремля, когда была задействована риторика по поводу независимости и невозможности «внешнего вмешательства». Были и косвенные сюжеты, в которых Кокойты пытался испытать Москву на прочность (конфликт президента с премьер-министром республики Вадимом Бровцевым).

Наконец, были действия команды, которую мы можем назвать «коллективным Кокойты». В мае нынешнего года инициативная группа во главе с заместителем министра обороны Южной Осетии Ибрагимом Гассеевым начала кампанию по проведению референдума о снятии ограничений на занятия поста президента для одного человека. Когда же эта затея не была поддержана высшей судебной инстанцией Южной Осетии, были предприняты иные методы давления. 15 июня 2011 года группа вооруженных людей совершила форменный набег на югоосетинский парламент, пытаясь заставить депутатов проголосовать за поправки к Конституции, открывающие для Кокойты «третий срок». Впрочем, эта попытка также не удалась.

Заметим, что эти неконституционные действия никоим образом не поддерживались лидером Южной Осетии публично (формально). Напротив, он многократно заявлял, что не собирается изменять Конституции республики. Но при этом он фактически не вел какой-либо содержательной критики «коллективного Кокойты», то есть тех людей, которые толкали ситуацию к силовым сценариям.

Москва долгое время держала паузу. Однако после молчания длиною в несколько месяцев слово снова взял Сергей Нарышкин. В ходе своей встречи с Кокойты 19 августа 2011 года он снова заявил, что идея «третьего срока» невозможна. По словам высокопоставленного представителя Кремля, Москва будет работать с любым главой, которого изберет народ.

На первый взгляд, ничего нового глава администрации Дмитрия Медведева тогда не сказал. Про право народа на встрече незадолго до этого в Селигере говорил и Владимир Путин. Однако здесь были свои важные нюансы. Нарышкин четко дал понять своему визави из Цхинвали: 13 ноября будет избран кто-то другой, не сам Кокойты.

Впрочем, это был сигнал не только и не столько политику Кокойты, сколько его команде, «коллективному Кокойты». Россия обозначила свой интерес в спокойной и цивилизованной смене власти. Без осложнений, эксцессов, гражданских конфликтов и без попыток продавливания «третьих сроков».

В итоге 2 сентября 2011 Кокойты назвал двух возможных кандидатов на роль своего преемника. Были названы имена генерального прокурора Южной Осетии Таймураза Хугаева и руководителя МЧС Анатолия Бибилова. Эта двойственность, однако, недолго продолжалась. Уже через 12 дней действующий президент Южной Осетии определился с кандидатурой своего преемника. Выбор пал на Анатолия Бибилова. В ходе встречи с ним Кокойты, обращаясь к нему, заявил: «С учетом вашего опыта и знаний, личностных качеств, самого активного участия в становлении республики, как независимого государства, считаю вашу кандидатуру наиболее приемлемой на нынешнем этапе развития страны».

Прошло еще 4 дня. И кандидатура Бибилова получила институциональную поддержку. Во-первых, его поддержала югоосетинская «партия власти» (имеющая самую крупную парламентскую фракцию) «Единство». 18 сентября он был выдвинут на Съезде партии, как «единый кандидат». Во-вторых, Бибилова поддержал не только уходящий президент, но и новоизбранный председатель партии.

Таким образом, в один заход Эдуард Кокойты решил несколько проблем сразу. Вопрос о «третьем сроке» отпал. Теперь это уже не узловой момент избирательной кампании. Обозначился и преемник Кокойты. Еще несколько месяцев тому назад Бибилов не выглядел, как стопроцентный претендент. Шансы того же Хугаева многие рассматривали, как более предпочтительные. Но после 18 сентября с «единым кандидатом от власти» стало все понятно. Но это еще не все.

Стало понятно, какую позицию после своего ухода от президентства займет Эдуард Кокойты. В случае с Южной Осетией путинский вариант (то есть переход на работу председателя правительства) был бы весьма проблематичен.

Этот орган в особенности после признания независимости и начала нового «российского этапа» югоосетинской постсоветской истории стал играть роль «поставщика услуг», которые идут из Москвы в Цхинвали. Эту роль Кремль хотел бы оставить за собой, отдав функции «потребителя» услуг президенту и его команде.

Разыгрывать же комбинации с парламентом, полагаю, никакой возможности не было. Прежде всего, потому, что еще с конца 1990-х годов роль парламента здесь была существенно снижена (и фактически, и формально). Выборы в высший представительный орган, к тому же, прошли недавно, в мае 2009 года. И чтобы поставить Кокойты на пост спикера требовалось сначала избрать его депутатом на досрочных выборах, которых власти не слишком хотели бы. Зачем, в самом деле, давать хотя бы теоретические шансы оппозиции.

В итоге найдено оригинальное и креативное решение. Кокойты возглавляет «партию власти», имеющую самую большую парламентскую фракцию, членов в аппарате всех структур, включая и силовые органы. При этом именно эта партия продвигает вперед своего «единого кандидата». А значит, имеет право спрашивать с него в порядке «партийной дисциплины».

Тем самым, 18 сентября 2011 года Южная Осетия сделала первый шаг к формированию политического тандема с местной спецификой. С одной стороны, Бибилову еще надо победить. Да, Южная Осетия – это не Абхазия. Претенденту от «партии власти» здесь будет намного легче вести свою кампанию. Поддержка со стороны Москвы может быть намного более концентрированной. Здесь ведь не наблюдается выдвижение претендентов от разных групп республиканской элиты (как было в Абхазии с конкуренцией между Анквабом и Шамбой).

Да и оппозиция здесь слабее. Просто потому, что в отличие от Абхазии она группируется не в республиканской столице, а за пределами частично признанной республики. Так, например, оппозиция Кокойты проводила 7 сентября свою встречу по выборной тематике во Владикавказе.

Нельзя исключать, что разнородная югоосетинская оппозиция пойдет на выборы отдельными отрядами. Это также облегчит задачу «единому кандидату» от «партии власти». Однако легкость предстоящих выборов для него будет кажущейся. Эдуард Кокойты недвусмысленно заявил, что уходя, он остается и «будет работать с народом Южной Осетии». А значит, и с вновь избранным 13 ноября 2011 года президентом.

Таким образом, частично признанная республика отчасти пытается воспроизвести у себя российский опыт. Президент исполняет статьи Основного закона и не выходит за лимит положенных ему двух легислатур. Но при этом он не уходит из политики, сохраняет не просто неформальное влияние на принятие решений, но и пытается его оформить институционально.

Однако вопрос о слаженности «тандема» остается открытым. И дело здесь не только в личных амбициях предшественника и преемника. Просто в случае с Россией над Кремлем не было каких-либо наблюдателей, которые могли бы вмешаться в работу «тандема» и скорректировать ситуацию. В Южной Осетии это возможно. И не исключено, что Москва после победы «единого кандидата» захочет ограничить неформальное влияние Эдуарда Кокойты, превратив его в символическую фигуру, чье воздействие на принятие управленческих решений не будет критически важным. Впрочем, и здесь, как говорится, возможны варианты.

Сергей МАРКЕДОНОВ, приглашенный научный сотрудник
Центра стратегических и международных исследований,
США, Вашингтон

Политком.RU, 19.09.2011

// Его инициаторы хотят объединиться с Владимиром Путиным и Россией

Вчера в Южной Осетии прошло первое заседание инициативной группы по созданию «Осетинского народного фронта «Россия-Осетия»", который намерен примкнуть к «Общероссийскому народному фронту» (ОНФ) Владимира Путина. Инициаторы, в качестве которых выступили южноосетинские партия «Единство» и Народная партия, заявляют, что новое движение будет способствовать скорейшему объединению Северной и Южной Осетий в составе России. В «Единой России» «Ъ» напомнили, что ОНФ создавался «для решения вопросов внутри страны».

Инициативная группа, заседавшая вчера в Цхинвале, объявила, что в «Осетинский народный фронт» могут войти все «считающие себя гражданами России», живущие как в Южной Осетии, так и за ее пределами. Член партии «Единство» и представитель президента Южной Осетии в парламенте республики Тарзан Кокойты заявил, что вступать в новый «Фронт» могут как отдельные граждане, так и коллективы предприятий. Председатель Народной партии Казимир Плиев, говоря о перспективах новой организации, сказал, что «Осетинский народный фронт» «заявляет об ассоциированном участии» в движениях «Интернациональная Россия» и ОНФ Владимира Путина. В принятой на заседании декларации инициаторы создания фронта заявили о «стремлении к воссоединению искусственно разделенного осетинского народа в рамках общего субъекта Российской Федерации» и призвали «положить конец разгулу и вольнодумию бездарных чиновников».

Напомним, Южная Осетия была признана Россией в качестве независимого государства в августе 2008 года после пятидневной войны с Грузией. Эдуард Кокойты, работающий президентом республики с 2001 года, призывал к вхождению Южной Осетии в состав РФ даже до августовских событий, а после войны неоднократно высказывался за превращение республики в субъект РФ. Состоявшийся в республике в 2005 году референдум также подтвердил желание подавляющего большинства жителей республики присоединиться к России. В августе этого года на молодежном форуме «Селигер» Владимир Путин заявил, что Южная Осетия в будущем может присоединиться к Таможенному союзу РФ, Белоруссии и Казахстана, а ее будущее «будет зависеть от самого осетинского народа». Однако несколько дней спустя президент Дмитрий Медведев в интервью двум российским и грузинским СМИ заявил, что вопрос о вхождении Южной Осетии в состав России пока не стоит.

Источник «Ъ» в одной из южноосетинских политических партий «не видит для этого никаких препятствий». Говоря о том, можно ли считать создание «Осетинского народного фронта» предвыборным шагом сторонников Эдуарда Кокойты (13 ноября в республике пройдут президентские выборы, в которых господин Кокойты участия не примет), собеседник «Ъ» сказал, что «при желании можно увидеть и такое. Но Южная Осетия хочет в состав России — с Кокойты или без него, разницы нет». В то же время источник «Ъ» отметил, что было бы разумнее «создать такое движение уже после выборов, чтобы не было никаких вопросов».

Официальной реакции из Северной Осетии вчера не последовало. Однако высокопоставленный североосетинский чиновник сказал «Ъ», что инициатива «Фронта» «вряд ли найдет отклик у российской власти», но, поскольку идея объединения с РФ в Южной Осетии, безусловно, популярна, «Осетинский фронт» «может возглавить уходящий в ноябре Эдуард Кокойты». По мнению чиновника, это может стать для нынешнего президента Южной Осетии хорошей возможностью остаться в политическом поле республики. «Люди считают, что признание Южной Осетии — во многом заслуга лично Кокойты, а если так, то он сможет привести республику и в Россию»,— сказал собеседник «Ъ».

Секретарь президиума генсовета «Единой России» Сергей Неверов отметил, что «у каждого есть право решать, что создавать и под какие задачи». «Но все-таки «Общероссийский народный фронт» — это общественная коалиция тех, кто живет в стране и поддерживает Владимира Владимировича (Путина.— «Ъ»), а также тех, кто пойдет в Госдуму под эгидой «Единой России»",— сказал «Ъ» господин Неверов, напомнив, что ОНФ создавался «для решения вопросов внутри страны». В свою очередь, глава исполкома «Единой России» Андрей Воробьев сказал «Ъ», что если идея ОНФ симпатична организаторам в Южной Осетии, то никто им не вправе запретить ею воспользоваться.

Заур ФАРНИЕВ, Владикавказ; Александр ГАБУЕВ, Мария-Луиза ТИРМАСТЭ,
«Коммерсантъ», 19.09.2011

Фото: Николай Цыганов / Коммерсантъ