Осетия Квайса



«То, что совершили эти двое, не поддается прощению»

Родились и выросли в Беслане. Когда в сентябре 2004 года в первой школе произошел чудовищный теракт, потрясший своей жестокостью весь мир, им, тогда двоим подросткам, было по 12 и 13 лет. Нет, уважаемый читатель, это не начало рассказа о заложниках, прошедших ад заточения в те черные дни. Это – начало жуткой констатации нравственного уродства, которое свершилось с ними в эти дни.

Им сегодня уже перевалило за 20. Уже взрослые верзилы. Но не сработало в них никакого внутреннего тормоза, когда они проникли на территорию строительства Мемориального комплекса над спортзалом школы № 1 и умыкнули партию металлических конструкций, которую затем хладнокровно притащили к местному пункту металлолома и продали. Нет, они продали не кучу железа, они продали совесть, они продали память, они продали святую боль, которая по сей день не утихает во многих домах Беслана. Они приобрели за вырученные 12 тысяч рублей несмываемый Позор, породив у всех своих соотечественников отвращение и презрение.

Константин Юрьевич Цгоев, ранее уже судимый за кражу, и Руслан Владимирович Газзаев. Сейчас они находятся в КПЗ Правобережного райотдела полиции и уже дали признательные показания. Сидят, как загнанные в угол волчата, заикаясь, твердят, что им срочно нужны были деньги. Никакого другого способа заработать и места, как святой школьный островок, где все пропитано скорбью, не нашли.

Беслан в очередной раз потрясен, как и вся республика. Но этот, с позволения сказать, «поступок» самый большой удар нанес по тем людям, в чьих сердцах живет неизбывная боль от потери близких.

Маирбек ТУАЕВ, житель Беслана, потерявший в результате теракта любимую дочь:

– Честно говоря, об этом акте вандализма я узнал из информационных сообщений. Я живу в пятиэтажке, которая расположена рядом со школой, окна моей квартиры выходят в школьный двор. Каждый вечер я с грустью и трепетом вглядываюсь в оставшиеся руины, мысленно общаюсь с моей погибшей дочуркой. Уже на протяжении многих лет наблюдаю: кто бы ни пришел во двор школы, не может сдержать слез. Люди приходят сюда по велению души, чтобы вновь и вновь отдать дань памяти невинно убиенным. Сейчас я испытываю неимоверный шок. Мне никогда и в голову не могло прийти, что у кого-то зародится гнусная идея разжиться на этом святом месте.

Что-то неимоверное происходит с нами. Да, со всеми нами, если старшие не могут воспитать своих отпрысков должным образом, если рушатся все нравственные ориентиры…

Простите, я больше не могу говорить…

Людмила ПЛИЕВА, заместитель председателя Собрания представителей Правобережного района:

– Из числа заложников в том теракте у меня погибли сестра и племянница, на днях похоронили мужа сестры, он был крепкий мужчина, но та трагедия сильно подкосила его.

Я очень давно твержу активистам «Стыр Ныхаса»: эта организация, включающая в свой состав немало авторитетных старших, не должна зацикливаться на проведении фамильных кувдов и других праздничных мероприятий. Надо обращать внимание на те семьи и фамилии, где взращивается вирус бесчестия.

Да, наказание для этих преступников должно быть самым суровым, но где институты общественного порицания? Подонки отсидят и выйдут на свободу, если вообще будут по закону лишены свободы и не отделаются условными сроками. Но где те здравые силы, которые должны заниматься упреждением появления таких подонков? Надо влиять на ситуацию не только силой закона, но и гражданским отвержением всяких потуг на подобные действия. Совершил подобное преступление – пусть вся фамилия ходит с опущенными головами.

Территория первой бесланской школы, каждый ее сантиметр пропитан кровью и слезами… Я считаю, что после произошедшего все мы переступили знаковый порог, за которым – угрожающие перспективы. Этот факт должен всколыхнуть все общество, ибо есть грехи, которые можно искупить. Но то, что совершили эти двое, живущие рядом с нами, это уже не поддается прощению. И это – серьезный сигнал.

Т.ЗУРАБОВ,
«Северная Осетия», 24.08.2012



 
загрузка...
 
Loading...