Осетия Квайса



Вадим ЧЕЛЬДИЕВ: «Мой герой — это Иосиф СТАЛИН»

С одной стороны, классика в целом и оперное искусство необходимо популяризировать. И Петербург в этом преуспел: проводятся общедоступные фестивали и концерты, звезды оперы вместо поп-исполнителей выступают на Дворцовой площади в День города. Однако с другой — в деле приобщения молодого поколения к этому классическому искусству далеко не все средства хороши, убежден художественный руководитель музыкального проекта «Моей стране», заслуженный артист Северной Осетии Вадим ЧЕЛЬДИЕВ.

В интервью «Петербургскому авангарду» он рассказал о том, кого он не хочет видеть на сцене театра, что значит для Чечни «свадьба века» и чем «Евровидение» похоже на ООН.

— В чем особенность вашего нового проекта «Моей стране»?

— Это межнациональный мультикультурный проект. В нем принимают участие 25 оперных исполнителей разных национальностей — солистов ведущих театров страны и мира. Также мы пригласили в коллектив симфонический оркестр под управлением Игоря Пономоренко (IP Orchestra). Кроме того, задействованы молодые хореографы-постановщики. Сотрудничаем и с народными ансамблями. Основная цель проекта — популяризация культур народов нашей многонациональной страны, включая культуры народов СССР.

Дело в том, что помимо шедевров в русском оперном искусстве есть еще и такие гениальные произведения, которые просто-напросто оказались не раскрыты. Ведь Магомаевы и Пахмутовы были в каждой республике свои. Минус этих произведений только в том, что их не было слышно за пределами республик. Мы занимаемся поиском таких этнических оперных произведений, обрабатываем их, учим на языке оригинала, после чего выносим на суд зрителя.

— Как вы относитесь к конкурсу «Евровидение», который был задуман, чтобы сплотить послевоенную Европу?

— Отношусь к нему как к ООН, которая была задумана для таких же целей. Но чем служит сейчас ООН? Это сугубо политизировагная организация. Я рад, что нашу страну представила Полина Гагарина. Мне очень нравится ее исполнение. Считаю Полину одной из лучших эстрадных исполнительниц. У нее потрясающие вокальные данные, прекрасный голос, и она драматическая актриса.

— Что сейчас происходит с оперным искусством? Куда оно движется?

— Я как оптимист уверен в том, что все будет хорошо. Однако то, что сейчас происходит на сценах ведущих театров страны, мягко говоря, не очень радует. Когда режиссеры делают гомосексуалистов из Онегина и Ленского, когда у них Татьяна и Ольга проститутки, то это не выдерживает никакой критики. Даже Сергей Шнуров из группы «Ленинград» на сцене оперного театра для меня абсолютно лишний человек.

— А вам не кажется, что это попытки режиссеров осовременить классику, приобщить к опере молодое поколение?

— Можно я задам вам встречный вопрос? Как вы считаете, если взять любое произведение Пушкина и вместо классических фраз вставить туда слова, которые сегодня в обиходе у современной молодежи («ништяк», «по кайфу» и подобные), то это будет красиво? Уверен, что нет. Мне интересно смотреть, как люди жили в ту эпоху, как они вели себя, какими ценностями руководствовались. Мне хочется с головой окунуться в мир, который создал автор произведения… Думаю, что подобные попытки осовременить классику происходят из-за того, что у людей не хватает либо таланта, либо ума сделать что-то свое. Ломать не строить: проще взять шедевр и исковеркать его под современный лад.

— Как, по-вашему мнению, можно приобщить молодежь к оперному искусству?

— Приобщать к любому искусству нужно с детства. Когда я вижу на концертах детей, я больше радуюсь им, чем полному залу. Для меня любой ребенок, который пришел на концерт, — огромная победа. И когда я вижу, что он не болтает и не бегает по залу, а с открытым ртом слушает, я тогда счастлив. Вот это понимание должно быть на государственном уровне.

— Кто ваш герой сегодня?

— Мой герой — очень неоднозначная личность на сегодняшний день. Это Иосиф Сталин. Я не верю в те плохие качества, которые Сталину навязываются. Как говорится, мертвого льва любой осел может пнуть. Человек, который ушел на тот свет с прохудившейся парой обуви, заслуживает уважения. Мне кажется, самое идеальное время было при нем. Все остальное — благодаря тому фундаменту, который он заложил.

— Недавно все активно обсуждали «свадьбу века» в Чечне. Как кавказский мужчина — что вы думаете об этом?

— Никогда в жизни не поверю, что если бы глава Чечни Рамзан Кадыров сказал «я одобряю», а семья девушки не благословила бы брак, то свадьба бы состоялась. Не могу сказать, что осуждаю этот брак или поддерживаю его. И никто не имеет право судить, не разобравшись на самом деле.

На Кавказе свой менталитет, который в России никто не понимает, потому что не стремятся его понять. Неужели у нас в стране больше нет проблем? В Чечне других проблем больше нет? Все общество обсуждает на одном уровне войну на Донбассе и свадьбу в Чечне. Ну разве это не сумасшествие?! Один умный человек сказал: «Если посчитать все деньги, которые были затрачены на последние войны, начиная с Великой Отечественной, с лица земли можно стереть все трущобы и каждому человеку на планете построить дом, обеспечить его счастливую жизнь»…

Знаете, у нас в центре Владикавказа функционирует завод «Электроцинк», который способствовал тому, что смертность детей увеличилась в два раза. И Владимиру Путину писали по этому поводу, и митинги организовывали. Однако на это никто не обращает внимание, завод до сих пор работает. И это никого не волнует…

Для нас новость о том, что какой-то чеченский старик женился на семнадцатилетней девочке, гораздо важнее. Чеченцы сотни лет так женятся. Давайте тогда соберем всех кабардинцев, балкарцев, черкесов и разведем их со вторыми, третьими, четвертыми женами.

— Но многоженство не прописано в законе РФ…

— Но прописано в национальной традиции этого народа. Неужели вы думаете, что народам, которые тысячелетиями живут по своим законам, может противостоять закон РФ, который не работает там, где должен работать? Знаете, людям за кражу телефона или нескольких килограммов никеля дают от трех до пяти лет. Васильева же украла 647 млн рублей (это еще заниженная сумма, мне кажется), а ей дали столько же. Разве это не нарушение закона РФ?

— Вы много путешествуете по стране. Что режет глаз, а что нравится?

— Иногда кажется, что Россия – это Москва и Петербург. На самом деле они резко отличаются от остальных городов России. Например, есть некоторые города, жители которых даже представления не имеют о том, что такое опера. Поэтому очень важно вывозить солистов больших театров в эти провинции. Недавно я выступал в Новоангарске. Там люди со слезами на глазах подходили и говорили, что первый раз в жизни услышали оперу… Раньше Новоангарск вообще был изолирован, чтобы туда добраться, ехать нужно было 300 километров — сперва до поселка Дипкун, дальше по тайге, маршрутами местных старателей, речками и буераками до якутского Сустама.

— А чего не хватает Петербургу?

— Мне кажется, всего хватает. Не достает только сохранения старых ценностей. Исключительно питерских. Потому что Питер — это все-таки абсолютно уникальный город, отличающийся от всех остальных. Все, что за последние пару столетий в России появилось, изначально зародилось в Петербурге. Питер — это духовная кузница русской элиты. Говоря «русской», я имею в виду не только людей этой национальности. Я тоже русский осетин. И мне кажется, попытки как-то осовременить Петербург слишком настойчивые, слишком ярые. Петербург должен оставаться таким, каким он был всегда. Необычным, культурным, волшебным городом.

Беседовала Сара ГАЗДАНОВА
«Росбалт», 07.06.2015



 
загрузка...
 
Loading...